25 О возчике, который поехал не по той дороге
Однажды, оставшись наедине с женой, муж сказал ей: «Эх, девонька, тут что-то не в порядке, слишком уж быстро у тебя вырос живот. Я полагаю, дело не без греха. Изволь мне сказать правду, как это вышло, и если это сделал не поп, не монах и не еврей, я прощу тебя, оставлю все как есть, и живи со мной честь честью. Если же ты будешь запираться и не скажешь мне правды, я прогоню тебя и ославлю перед всем светом». Добрая молодая жена немного подумала и сказала: «Ах, любезный мой супруг, молю тебя, прости меня ради Господа. Я буду лучше прежнего угождать тебе весь век и скажу тебе чистую правду, уж ты поверь мне!» И она рассказала: «Это сделал один возчик, заночевавший в доме моего отца». Муж сказал: «Вот угораздил Господь этого возчика! Эх, возчик, возчик! У тебя такая широкая дорога, а ты заехал моей жене не скажу куда!» И примирился с тем, что было.
Так что он и она, ее отец и ее мать остались в чести и с честью; жена не была опозорена, и добрым людям заткнули рты. И другим не худо бы поступать так же, а то встречаются дураки, которые, вдоволь опозорив своих жен и загадив собственное гнездо, берут их потом обратно, чтобы вдвоем сесть в лужу.
26 О монахе, который метил в лютеран туфлей
Однажды сей монах снова напал на еретиков-лютеран и прямо-таки взбеленился, а как раз тогда в церковь пришли те двое, быть может, именно для того, чтобы послушать, как он беснуется. Монах заметил, что они направляются к церковным дверям, пуще прежнего распалился и сказал: «Любезные друзья, сами видите, как обстоит дело с еретиками-лютеранами; они обособляются и отделяются от святого Римского престола и от нашей матери, святой христианской Церкви, она же существо и тело святой христианской веры, а мы все ее члены. Так, если мы обособимся от ее тела и впадем в лютеранскую ересь, мы повреждаем все тело, и вот вам пример: когда
у здорового человека размозжено бедро, не все ли тело его исковеркано? Или когда красавец лишается глаза, не весь ли его лик искажен? Посему, любезные друзья, избегайте лютеранской ереси! Мне ведомо, что кое-кто из ихних здесь присутствует, хотя и не хочет в этом повиниться». С этими словами он сорвал туфлю с ноги и воскликнул: «Будь что будет, в кого-нибудь из них да попаду!» А поскольку он мог попасть в каждого, то каждый и струхнул, и многие нагнулись, и в церкви послышалось хихиканье. Тогда монах сказал: «Ах, Боже милостивый! Я стращаю и увещеваю вас день за днем, и все без толку; вижу, вижу, сколько здесь еретиков-лютеран!» Тогда все прихожане разошлись из церкви по домам, а монах все еще буйствовал и неистовствовал на кафедре.
27 О торговце селедками
28 О простодушном крестьянине
29 Как фогт пил щёлок вместо водки
Однако он недолго придерживался такого запрета и вскоре начал опять открывать свою лавчонку по воскресеньям; тогда городской фогт пригрозил ему, что конфискует водку вместе со стаканами. Когда упомянутый проходимец это услышал, он наполнил большущий стакан щёлоком, подмешал туда малость шафрана или чего другого, не знаю уже чего, только с виду жидкость не отличалась от водки, взял и выставил сей стакан на прилавок, о чем фогту немедля донесли его служители, с которыми фогт в немалом гневе бросился конфисковывать водку. Увидев его издали, проходимец убрал прочие стаканы и блюда, и на виду остался только стакан самодельного пойла. Фогт подошел и обрушился на весельчака с гневными словами, а водочник знай себе придуривается, смотрите, мол, как я перепуган. Тем временем один служитель городского фогта схватил стакан и подумал, что это богатая добыча. Фогт со своей челядью вернулся домой, слуги притащили большое блюдо, вылили туда мнимую водку, посахарили и собрались отведать доброй жженки. Но когда фогт, как подобает господину, сделал первый глоток и его приспешники не отстали от него, один взглянул на другого, и последовали плевки да премногие проклятия; тогда и удосужились разглядеть, что в стакане, а там был старый щёлок. Фогт послал двух своих прислужников, чтобы они схватили мошенника, но тот скрылся.
На другой день фогт обвинил его перед городскими властями, за проходимцем послали и привели его под конвоем. Когда он предстал перед господами, те сказали: «Ответь, мошенник, как смел ты предложить честному человеку вместо водки такой дикий напиток?» А проходимец молвил в ответ: «Милостивые господа, я не предлагал ему подобного напитка, он сам изъял его у меня силой. Если бы он спросил у меня доброй водки, я бы ему таковой и подал; ведь стакан-то,
который он у меня изъял, заменял мне вывеску, мол, смотрите, добрые люди, здесь продается водка, а коли такой стакан разобьют, убыток не велик». И господа отпустили проходимца до следующей провинности; так попал впросак фогт вместе со своими присными, поддавшись чревоугодию.
30 О двух злющих соседях
Мог ли господин поступить разумнее с двумя такими задирами; оставалось только отпустить их, чтобы они сами договаривались между собой.
31 Как два барышника обменивались плутнями
Другой барышник вернулся в гостиницу вечером, когда уже садились ужинать, и у него не осталось времени наведаться в стойла, как заведено, чтобы взглянуть на лошадей; его тоже кликнули на ужин, а за столом он увидел первого барышника и, поздоровавшись, спросил: «Чем бы нам поменяться?» Другой ответил ему: «Я бы выменял плутню». Тот сказал: «Что ж, идет; моя плутня к твоим услугам». Надо вам сказать, что у него был конь, хромавший на все четыре ноги, одноглазый, паршивый, словом, худшей плутни и вообразить невозможно. Вот его владелец и сказал: «Чья плутня хуже, тот выиграл; идет?» А за столом сидели другие добрые, честные купцы и возчики; они тоже вступили в беседу, и обмен был скреплен общим согласием: чья плутня хуже, тот выиграл, а проигравший оплачивает все, что съедено и выпито купцами и прочими сотрапезниками за столом.