Скоро будет, Степанович, подтвердил Гончаров. Тоже ведь про вашу готовку слышал, небось, сейчас слюнями исходит. Ему в гренадерское расположение ещё нужно забежать и кое-какой должок отдать, потом он сюда прибежит.
Ага, ну тогда не буду вынимать пирог, сделал заключение Клушин. А то кто его знает, сколько ещё ходить будет, а снедь-то и остынет.
Так вы бы сами поели пока, плотно увязывая стопку книг, предложил
Тимофей. Вот же, сам говорил, что не обедали.
Успе-ется, отмахнулся дядька. Антип ещё нескоро с конюшни вернётся. Всех коней пока там почистит и обиходит. Вашбродь, я чего спросить-то вас хотел, слыхал, что только лишь две казённые вьючные нам положены?
Ну да, две, подтвердил Тимофей. Одна под офицера и одна для строевого десятка. Ты, Степанович, точно решил со мной уходить? Тяжело ведь, дорога дальняя, больше двух тысяч вёрст пути. Может, лучше тут останешься?
Обижа-аете, ваше благородие. Тот укоризненно покачал головой. Как же это я вас одного и безо всякой опёки оставлю? Да и не хочу я более господ менять, хватит уже, довольно. Вот вас догляжу и через годок, Бог даст, по большой выслуге с военной службы совсем подчистую выйду. А тут уж какая разница, хоть с Кавказа, хоть с Румелии, всё одно ведь откуда уходить. Да и тем паче был ведь я уже в этой самой Румелии. Бивал там турку с графом Александром Васильевичем. Антиресно на старые места опять поглядеть.
Ну смотри сам, Степанович, пожав плечами, проговорил Тимофей. Мне-то с тобой хорошо. Как с отцом родным. Да и спас ты меня у той горной реки. Я даже сейчас и представить не могу, как же это без тебя вообще можно.
Ох, ну вы и скажете тоже, господин прапорщик, засмущался Клушин и, засуетившись, стянул висевшую на крючке бурку. Всё имущество нужно ещё перебрать да починить. Сейчас бурочку с папахой поправлю, приговаривал он, оглядывая вещи. Местное, горское одеяние оно ведь очень удобное для дороги. Кажному бы такую нужно при себе иметь горя знать не будешь. И это, Тимофей Иванович, может, ещё одну лошадку для вьюков прикупим? Не увезём мы всё на двух вьючных. По уму бы вообще ещё пару с собой взять.
Та-ак, сколько тут у меня всего? Тимофей полез в баул и, достав из него кожаный кошель, забрякал серебром. Ну не знаю, так-то две трети жалованья перед Рождеством давали, спасибо командованию в камеру посадили, даже и рубля не успел потратить, заметил он и покачал головой, пересчитывая деньги. Итого сто двадцать три рубля с копейками здесь. Сторгуешься на всю сумму, Степанович?
Хм, всё тратить никак нельзя, почесав голову, произнёс тот задумчиво. Давайте, ваше благородие, сто, пробегусь по знакомцам, глядишь, и найду за такие деньги пару. Всё-таки не строевых ведь коней, а вьючных покупаем. Да у меня ещё и из трофеев кое-что на особый случай отложено. Сторгу-уюсь. Он махнул рукой. Вот вечером и пойдём с Антипкой вместе.
Вскоре с улицы заскочил в дом запыхавшийся Марков.
О-о, какой у вас тут запах обалденный! прокричал он с порога. Вы, небось, и ждать-то меня не стали, а Тимоха?! Всё слопали со Степановичем?!
Ага, одни крошки тебе остались, подтвердил Гончаров. Руки ополосни и подсаживайся. Ещё немного бы погулял и точно бы без обеда оказался. У тебя деньги-то остались от последней выплаты? А то Архип Степанович говорит, мало нам тех вьючных, что с казны дают, мы вот ещё пару хотим себе прикупить.
Да я тоже об этом думал, признался, подсаживаясь к столу, Димка. Одного фуража и провианта сколько нужно с собой везти! А тот же котёл, десятскую палатку, свои вещи и артельные. И ведь голым в дальнюю дорогу и в такую пору не поедешь. Это ведь не лето, когда для коней прямо под ногами корм. Без двух рублей девяносто у меня, Тимох.
Это ты куда же тридцать дел, Димка?! воскликнул удивлённо Гончаров. Получал ведь столько же, сколько и я? Ну ладно два десятка только недавно в камере проиграл, а остальные?
А вот нечего чужое добро считать, произнёс тот иронично. Долги были кое-какие, рассчитался. Да ладно тебе. На одну-то хоть вьючную столько хватит?
Это ты у Степановича уже спрашивай, ответил Гончаров. Архип Степанович, поможешь Дмитрию Алексеевичу верховую прикупить?
А чего бы не помочь, помогу, конечно, согласился тот, подшивая верхний крючок на бурке. С вашим Антипом пойдём, ваше благородие, за ними. Мы уж с Тимофеем Ивановичем говорили про это. Сейчас наложу вам из чугунка, Антипка придёт, и пробежимся по знакомцам.
Сиди, Степанович, сами! воскликнул Тимофей. Сиди, сиди! Чего у нас рук, что ли, нет? Давай миску, Димка! Ну как думаешь, много желающих будет из твоего взвода уходить?
Даже не знаю. Из унтеров Пестов Егор согласен, и ещё трое рядовых сразу желание изъявили, остальные пока мнутся. Ну пару-то ещё точно уговорят. А вот дальше не знаю. Дал подумать время до вечера.
Вот и я не знаю. Настаивать и приказывать не стал, пусть всё по желанию будет. Лёнька точно со мной согласится ехать, вот в ком в ком, но уж в нём я уверен, а дальше Бог его знает. Тяни к себе, Дим. Он поставил на стол наполненную едой