Четвертый, уже шагнувший к Чапеку, обернулся на шум (профессионалом он был ещё тем), и получил удар опять-таки в межреберье. Говоря проще в сердце.
Всё это заняло от силы четыре секунды. По-суворовски, быстрота и натиск.
Это Это что? Это вы их того оглушили? спросил Чапек, не веря глазам своим. Да и верить было нечему, слишком уж темно.
Ещё скажите связал руки и доставил в полицию. Нет, конечно. Я их убил. Вы как раз спрашивали, сколько человек я убил. В мае пока четверых.
И вы так просто это говорите.
Не совсем просто, сердце с двухсот ударов в минуту возвращалось к обычным шестидесяти, то ж и дыхание. Но, конечно, делать дело сложнее, чем разговоры разговаривать.
Луна, наконец, выглянула из-за облачка. Арехин склонился над убитым, потом над вторым, над третьим
Они менялись на глазах. Лица, конечности возвращались в начальную сущность. Гигантские саламандры.
Я слышал Слышал, что такое бывает, но думал обычные легенды, Чапек был бледнее саламандр, хотя крови и не терял.
Саламандры тем временем таяли, будто снегурочки в русской печи. Даже быстрее.
Что теперь? Звать полицию? спросил Чапек.
А что мы им расскажем? Что на нас напали люди, которые превратились в чёрт знает что, а потом и вовсе растаяли, оставив после себя четыре костюма магазина готового платья, четыре ножа и Нет, нижнего белья они не носили. И карманы пусты убедился Арехин.
Чапек отошел в сторону. Рвало его долго, хотя какая с кофе рвота, желчь одна.
Вы думаете, полиция в это поверит? продолжил Арехин.
У Чапека продолжалась рвота.
И даже если поверит, это ведь не вопрос веры, это вопрос делопроизводства.
Откуда они? И почему
Я думаю, их создали очень быстро. Из подручного материала рыб, лягушек, а более всего инфузорий, плесени и прочей дряни. Наложили ментальную матрицу: они и сами верили, что являются людьми, удачливыми бандитами.
Кто создал?
Кто мог, тот и создал. Откуда мне знать? Это ваш город. Думаю, умельцы создавать големов не перевелись. Бецалель творил истуканов из земли, а эти по сути, из воды. Другая школа, но направление схоже. Вот и создали. Не из экономии даже, и уж точно не ради нашего удивления. Нас требовалось срочно убить, очень срочно. Быстрее, чем выписать из Лондона или Варшавы профессионалов. Но теперь выпишут. Или создадут что-нибудь половчее, Арехин нашёл ступеньки, ведущие вниз, к площадке у самой воды. Лодкам причаливать, рыболовам сидеть или вот, как ему, отмыть клинок от крови. Хотя разве это кровь
Облако совсем оставило луну, и он, как мог, осмотрел себя. Зрение и нос утверждали: кровь или иная жидкость на одежду не попала. Особенность колотых ран кровь изливается не наружу, а внутрь. Преимущественно.
Вытерев клинок насухо носовым платком и убедившись, что тот после процедуры ничем не запятнан, Арехин вернул трости её мирную сущность. Платок же бросил в ближайшую урну. Обыкновенный платок из чешского галантерейного магазина, таких здесь двенадцать на дюжину.
Все это время Чапек молчал. Арехин и его осмотрел нет ли крови. Не было.
Продолжим прогулку? сказа Арехин
Простите, нет желания.
А что делать?
Тут рядышком улочка от волнения Чапек позабыл название, улочка ну, неважно. Можно поймать извозчика.
Ну, пойдемте ловить.
И хоть не было у них ни загонщиков, ни охотничьих собак, ни ловчих сетей, извозчика они поймали.
Любезный, отвези нас в хороший русский ресторан, распорядился Арехин.
Почему в ресторан?
Вам необходимо выпить водки. И закусить. Говорю, как фельдшер военного времени.
Чапек попробовал возражать, что, мол, поздно, что водку он не пьёт, что вообще сейчас не до этого.
Спорить с более опытным человеком нехорошо. У вас же, пан Чапек, нет опыта в подобных делах? И теперь моя очередь угощать.
Чапек замолчал.
Извозчик понял приказ дословно и привез их к ресторану, который так и назывался: «Русский». Располагался он неподалеку от Малостранской башни, видом радовал, а потому, расплатившись с извозчиком, Арехин повёл Чапека внутрь. Тот совсем раскис и шёл, словно к зубному врачу: и нужно, и страшно.
Ресторан и в самом деле оказался хорош: несмотря на позднее время нашлось и горячее, и икорка (из Персии, но не хуже нашей, предупредил половой), и много всякого-разного, но обязательно вкусного и свежего. И, разумеется, водка, не белоголовка, а польская «Зубровка», но за неимением гербовой сойдет и «Зубровка».
После первой рюмки Чапек начал оживать, после второй потянулся к закускам, а после третьей стал задавать вопросы.
Так вы считаете, что на нас напали не люди?
Вы сами видели.
Чапека это известие, похоже, обрадовало. Одно дело быть если не соучастником, то свидетелем убийства четырёх человек, совсем другое случайно присутствовать при ликвидации какой-то нежити, колдовских чар, морока.
Признаться, о многих диковинах слышал, но всегда считал это вымыслом, фантазией досужих обывателей. Да я и сам присочинить не прочь, но столкнуться лицом к лицу Это как с трамваем: пока он катит где-то по рельсам, параллельно нашей жизни, он сливается с обыденностью, но если вдруг вы, поскользнувшись на рельсах, видите тот же трамвай, надвигающийся на вас