В переулке Морлокк было темно. Погода испортилась окончательно.
Мистер Грызлобич стоял у водостока и задумчиво глядел на заблудившуюся молодую мисс. Неподалеку, в темном углу, замер молчаливый господин, наблюдавший за ним так пристально, что на душе у мистера Грызлобича засвербело неприятное ощущение: он уже был в подобной ситуации, он уже видел этих людей Это было вчера? Или неделю назад? Или же это совершенно другие люди?
Он почесал голову Что же предпринять?
А девушка между тем оглядывалась по сторонам и выглядела такой испуганной и несчастной, что ему стало ее жалко. Снова?
«Подойти к ней? Заговорить? Узнать, кто она и что здесь делает?»
Мистер Грызлобич все не мог решиться шагнуть к девушке что-то его останавливало. В голове поселилась мысль: «Это Габен, здесь волки одеты по последней моде в красивенькие овечьи шкуры».
Незнакомка, очевидно, не стала дожидаться
его решения сорвалась с места и быстрым шагом направилась в один из боковых ходов. Вскоре она скрылась в темноте.
Гхм, кхе-кхе кашлянул мистер Грызлобич, поворачиваясь к незнакомцу, по-прежнему стоявшему в темном углу.
Ему вдруг показалось, что тот что-то сказал.
Что, простите? поинтересовался мистер Грызлобич. Вы ко мне обращаетесь?
Человек в углу затряс головой и снова что-то сказал, но разобрать что-либо не удалось.
Ох, не стоило мистеру Грызлобичу делать то, что он сделал следом, но его будто что-то подтолкнуло вперед.
Он шагнул к тому месту, где стоял мрачный тип, и его даже не посетила мысль, что заговаривать с незнакомцами поздним вечером, да еще и в переулке Морлокк это не лучшая затея.
Д-добрый вечер, поприветствовал человека в углу мистер Грызлобич, подойдя, и одновременно с этим мрачный незнакомец ответил тем же.
И тут мистер Грызлобич пораженно застыл. Эти глаза этот взгляд
«Да это же это же»
Он узнал жуткого человека во тьме. Он не раз прежде видел его. И встретить его в этом переулке для мистера Грызлобича было настоящей неожиданностью.
«Это же я!»
Он испустил вздох облегчения: это всего лишь старое зеркало. Что оно делает в переулке?
«Ну и болван же я»
Мистер Грызлобич хмуро оценил свой непритязательный вид. Подумать только: испугался самого себя!
«Нельзя же быть таким впечатлительным!» подумал он и уже развернулся было, чтобы уйти, но тут отражение сказало:
И далеко мы собрались?
Мистер Грызлобич отшатнулся. И отражение сделало то же самое.
Кажется, я совсем спятил пробормотал он испуганно. Или все дело в этом сиропе или
Или. Отозвалось отражение.
Меня не проведешь! гневно воскликнул мистер Грызлобич, и его зеркальный двойник все повторил.
А потом повторил снова, но на этот раз говорило только отражение.
И тут мистера Грызлобича посетила жуткая догадка. Говорило с ним вовсе не его отражение. Там кто-то и правда стоял Кто-то прятался за зеркалом.
А затем начали происходить еще более странные вещи. Зеркало начало поворачиваться, отползая в сторону. А за ним в клубящейся тьме
Мистер Грызлобич попятился.
Порой волки не следуют овечьей моде и выглядят как волки.
Маньяк из переулка Морлокк! Это был он!
Из пересохшего горла мистера Грызлобича вырвался крик.
А в следующий миг раздался звон разбившегося стекла о камни брусчатки, которой был вымощен переулок, ударилась небольшая бутылочка. В воздух поднялось зеленоватое дымное облако.
Мистер Грызлобич вдохнул его, покачнулся и рухнул на подкосившихся ногах.
Когда к месту происшествия на крик прибежали, там уже никого не было.
Пришел в себя мистер Грызлобич от звуков странной музыки, раздававшейся совсем рядом. Тягучая заунывная мелодия вырывалась из рога граммофона она навязчиво лезла в уши, и от нее никуда было не деться.
Но удерживала мистера Грызлобича не только музыка.
С ужасом и непониманием он обнаружил, что лежит на хирургическом столе; три широких кожаных ремня придавливали его к столешнице, руки были прижаты к бокам он мог пошевелить лишь пальцами.
С этим осознанием пришел холод: кто-то снял с него ботинки и носки ступни были покрыты чем-то мокрым и липким. Ту же мерзкую субстанцию нанесли и на лицо она лениво стекала со щек, подбородка и лба. А еще она пахла то ли мылом, то ли свечным воском.
Мистер Грызлобич застонал и оторвал голову от стола, часто заморгал, пытаясь разглядеть что-либо кругом.
Глаза быстро привыкли к полутьме.
Он был в каком-то подвале или котельной. Грубые каменные своды низко нависали над головой, кирпичные стены скрывались за ржавыми трубами, а единственная дверь, тяжелая и глухая, как совесть процентщика, стояла на запоре.
На крючке слева от двери висела керосиновая лампа, под ней на столике с колесиками уместился граммофон, игла царапала пластинку, рог, чуть поскрипывая, поворачивался.
У другой стены в несколько ярусов разместились клетки. В глубине их кто-то ворочался, шуршал и ворчал, на мистера Грызлобича не мигая глядели десятки светящихся желтых глаз.
Нет прохрипел он. Только не это
Мистер Грызлобич задергался, пытаясь освободиться, но ремни держали крепко.
Помогите! закричал он. Эхо отразилось от стен и стремительно умерло.
Когда последние его отзвуки затихли, раздался приглушенный голос: