Всего за 199 руб. Купить полную версию
Верхняя одежда сотрудников различалась цветом: рабочие куртка и брюки черного цвета, ИТР темно-синие. Начсостав голубые, чуть ли не джинсовые; правда, мы этого не увидели. Нижнее белье: летнее и зимнее, соответственно хлопчатобумажное (х/б) и полушерстяное (п/ш). Обувь: ботинки яловые высокие, по щиколотку (работягам полагались такие же по фасону, но кирзовые подчеркнул Рыбин) Носки х/б. Защитные каски белого цвета. Рабочим полагались желтые или оранжевые.
Так, подытожил завхоз. Ну, вроде бы с одеждой, обувью все, теперь дополнительные средства.
Из таких средств мы прежде всего получили армейский «тактический фонарь» коробочку немногим больше портсигара под плоскую батарейку 4,5 вольта, способную светить в режиме обычном, мигающем, а также трехцветном. Тут же проверили и работоспособность этого, как сейчас бы сказали, девайса. Все работало отлично: мигало, светило белым, зеленым, красным.
Вовка пришел в детский восторг:
Ты смотри! Прямо светофор! и залился жизнерадостным смехом.
Но это было еще не все. Выдали нам, так сказать, и интеллектуальное оснащение: офицерский планшет, рабочий блокнот в клеточку, шариковые ручки самые простые, по цене 35 копеек. Карандаш ТМ, ластик. И, наконец, душевой комплект: мы получили по вафельному полотенцу, розовому бруску мыла «Земляничное» и по натуральной лыковой мочалке, издававшей совершенно волшебный древесно-лесной запах.
Вот теперь все! Экипированы полностью, Рыбин широко улыбнулся, золотой зуб хищно сверкнул. Но завхоз тут же согнал улыбку: Ребята, предупреждаю! Все это только на территории объекта. Ничего не выносить за пределы! Вплоть до мочалки. У вас в душевой будет свой шкафчик, все там остается. И теперь А, вот и ваш непосредственный начальник! Он вам все остальное расскажет.
В помещение, улыбаясь, шагнул здоровенный светловолосый парень в очках. Ростом за сто девяносто, в плечах черт знает сколько. Возраст около тридцати. Редеющие волосы гладко зачесаны назад. Чем-то он заметно смахивал на знаменитого штангиста Юрия Власова не лицом, а общим типажом, конечно: такой амбал-интеллектуал.
Михаил Антонычу наш пламенный привет! прогремел он. Начальнику штанов, сапог и валенок!
Ну-ну, с юмором отругнулся Рыбин. Валенок у меня вовсе нет, а без штанов и сапог наших не видать бы вам ваших нейтронов с протонами
Эт-то верно! захохотал здоровяк. Да здравствуют советские завхозы! Труженики закромов Родины!
Михаил Антонович только отмахнулся, посмеиваясь. Сел за стол, вынул из ящика бланки счет-фактур, накладных, синие листки копировальной бумаги. А завлаб наконец-то воззрился на нас. Глаза у него были очень светло-голубые, почти белые.
Так, а это молодое пополнение? Ну, будем знакомы! Мартынюк Геннадий Кириллович, можно Гена. Не обижусь.
Ладонь у него показалась мне размером со средний книжный том, но жал руку он бережно, без пустого озорства. И вообще в целом было в нем нечто сразу же располагающее, даже ободряющее. Словом сразу в плюс. И заговорил деловито, без предисловий:
Ну, парни, у нас с вами час на первое знакомство с объектом, а потом мне в лабораторию, есть дела неотложные. Имущество получили?
Сейчас, ответил за нас Рыбин. Накладные выпишу и забирай свое пополнение.
Ладно, согласился Мартынюк и вдруг элегически вздохнул: А я сейчас хорошее такое вливание получил от Алексей Степаныча! Узнал откуда-то про наш погром
Все тайное когда-нибудь становится явным, сдержанно молвил Рыбин, не поднимая головы и продолжая заполнять бланк.
А завлаб, помолчав, задумчиво проговорил вслух:
Кто-то капнул ему, без вопросов А кто вот это вопрос!
Ну, вопрос твой без ответа, сказал завхоз совершенно спокойно. Это департамент Пашутина, там сплошь секреты. Что есть правильно!
Геннадий помолчал, думая о своем. Лицо его не то, что омрачилось, но отразились в нем некие не озвученные мысли.
Да, наконец, произнес он. Эти ребята работать умеют. Дело свое знают.
Видать, какие-то взрослые темы у него с «этими ребятами» случались.
А меня прямо так и тыкало сказать: да это ж он, Рыбин тебя и слил, а теперь вид делает, что его номер тут десятый! Но, разумеется,
я промолчал. Однако зарубку в памяти сделал.
Тут наш завлаб стряхнул с себя задумчивость, сказал бодро:
Ну, Антоныч, завершил ты свои бессмертные строчки?
Бессмертная душа, как попы говорят, неожиданно ответил Рыбин. Но это вряд ли.
Мартынюк, показалось, опешил от такого ответа.
Ну ты глубоко копнул, в голосе прозвучала легкая насмешка. На философском факультете не учился?
Меня жизнь учила лучше, чем всякий факультет, Михаил Антонович расписался в накладных. Тебе, Гена, такие университеты и не снились Расписываемся в получении, молодежь! Проверяем все по списку. И поступаете в распоряжение Геннадия Кирилловича.
Тот весело подмигнул нам:
Вперед, юниоры! Приобщаться к высотам и глубинам науки.
И мы вышли в коридор вслед на новым шефом, в обнимку с барахлом, которого получился изрядный объем. Я еще и папку тащил, не забывая о загадочном письме в ней.
Могучая фигура Мартынюка рождала в коридорной полутьме причудливые волны теней. Шагал он быстро, не оглядываясь. Но мы не отставали.