- Верно! Хотя и у неё самой всё имеется. А уж то, что она баба, а не девка, и так понятно. Лишь глянет на себя в зеркало, - хмыкала она злорадно.
- Но и Иван-царевич вовсе не юноша! засмеялась Валентина. Так что они квиты!
- Во-во! улыбался Гришка. Веселым пирком да за свадебку.
Как и просил Иван, свадьбу решили сыграть в селе, у невесты, там же и венчаться, благо церковь ещё в начале двухсотых была отреставрирована. Тогда в те времена, конца советского периода, она стояла совсем развалюхой, в которой скрывались пьяницы и лазали ребятишки. Окна и двери не один раз пытались забивать досками, чтобы не было трагедии и с теми и с другими, но каждый раз кто-то вновь отрывал их, делая ходы-выходы. Видать, приглянулось помещение вдали от любопытных глаз сельчан для одних и наоборот ищущих адреналина для других. ЛесА, что сохранились по стенам, были шаткими и грозились обвалиться старые перекрытия храма. Но прыткие подростки всё же умудрялись лазить и не боялись свалиться. За них тревожились взрослые, которые вновь и вновь забивали страшное строение. Но вскоре нашелся меценат-любитель старины, который и возродил храм, построив на его останках новую церковь. А как его освятили, поклонился и исчез. Говорят, отстраивает где-то другие разрушенные святилища. Зачем он тратит на это деньги, никто не знает, но как поговаривают на селе, отмаливает какие-то свои грехи.
- Видать, грехи его тяжелые. Прости, Господи, раба твово! - вздыхали старухи и крестились на золотой купол своей церквушки.
За месяц до этого, Татьяна с Иваном уже знали, что завязались отношения меж ними более тесные. Она и Ирина иной раз не показывались у Валентины по вечерам, как всегда. Теперь сошлись и пропадали у Татьяны. Там им было о чем поговорить, кроме писем и видеоразговоров по скайпу. Они уже болтали попросту и обо всем. Их отношения крепли день ото дня. Татьяна даже тряхнув мошной, купила себе смартфон и иной раз сама, без Иры, общалась со своим Иваном. А та тоже стала как-то сторониться и отмалчиваться, до тех пор, пока все не узнали, что она после отказа Валентины, всё же поддерживала связь с Джоном из Канады.
Во-первых, тренировалась с зыком, как всем объясняла вначале, ведь она преподавала в школе английский язык. К тому же ещё занялась рекламой его скакунов, размещая фотографии коней на сайтах. Сначала шли только восторги и лайки, но
потом откликнулись и желающие купить. Это было интересно и выгодно, как для Джона, так и для Ирины. Так она стала его менеджером по продажам. Увлеклась и подсела на этой работе. Ей нравились и кони, и моложавый хозяин. Она, хоть и не была красавицей, все же мила и общительна. К тому же один раз была замужем, правда еще в студенческие годы. Этот брак был скоропортящимся и быстрым. За месяц они не только поженились в свои двадцать лет, но даже успели развестись. И молодая преподавательница английского после института уехала к своей бабке в это село и поселилась надолго, устроившись в местную школу. Так и прижилась. К тому же переняла «факел дружбы» и с её подругами, когда умерла. Эти подруги приняли Ирочку без всякой проверки на прочность и стали для неё своими в доску. Она для них дочкой, они для нее роднёй. Так иной раз чужие, становятся роднее своих. Вот почему Ира была всегда со своими старыми подругами откровенна и помогала, как могла. И её теперешняя замкнутость была непонятна и подозрительна, о чем и начала возмущаться Валентина.
По сути, та осталась одна из всей былой компании. Юля с Гришкой тоже редко показывались и не торопились в гости. Они пребывали в своем «медовом» состоянии. Хоть и не зарегистрировались, но сошлись и стали жить в доме Юлии. Свой же дом Григорий хотел превратить в местный хостел мини гостиницу, чтобы сдавать внаем приезжим и летом и зимой.
- Всё же деньги, - улыбался он на слова насмешливых своих выпивох-дружбанов. Нам счас они во как нужны.
И показывал ребром по горлу.
Они завистливо смеялись, но в то же время понимали и принимали его желание. Старость была не за горами. Одному её не пережить.
- Если что, зови, подмогнём! - кричали они вслед своему бывшему собутыльнику. Мы ж не всё пропили! Есть где, и есть чем!
Он, смеясь, отмахивался, мол, и сами с усами.
Так что у Валентины собирались нечасто, но всё же в баньку зятевскую захаживали и вспоминали, как сошлись и как подруги помогли.
- Ты нам за это должен! усмехались Валентина и Татьяна. Вот только чем расплачиваться будешь!
- Как чем? подхватывал Григорий их подколку. Натурой, конечно. Меня на всех вас хватит. Верно, говорю, Юльк?
Он поворачивался к бабке и та со смехом била его в плечо:
- Поговори мне ещё! Неча другим рот разевать на моё. Что упало, то пропало! Теперь ты весь мой с потрохами.
- А потрохи, видать, справные, раз ты за них так волнуешься! язвила Татьяна, как всегда вступая с той в полемику.
- Не тебе о том судить! кивала Юлия Петровна и ухмылялась. Вот явится твой Иван, и будешь за него говорить. Моего мужика не замай!
- Ой-ой! всплескивала та руками. Скажите, какие мы жадные! Одной все досталось. А подружкам как же?