Всего за 449 руб. Купить полную версию
«Есть ли кто-нибудь в брохе? Впустите меня, ради всего святого».
Дейрдре услышала этот призыв и спросила у своей приемной матери:
«О, что это за крик?»
«Да ничего особенного, Дейрдре, успокойся. Это просто птицы в воздухе, сбившиеся с пути, ищут друг друга. Пусть они пролетят мимо к лесной полянке. Здесь нет для них ни укрытия, ни дома».
«О матушка, но ведь птица попросила войти внутрь ради бога всех стихий, а ты сама все время говоришь мне, что мы должны делать все, о чем просят его именем. Если вы не позволите птице, которая цепенеет от холода и умирает от голода, войти и согреться, то чего тогда стоят все ваши увещевания и ваша вера. Но поскольку я доверяю тому, чему вы меня учите, и вашей вере, в которой вы меня воспитали, я сама впущу ту птицу».
И Дейрдре встала, отодвинула дверной засов и впустила того охотника внутрь. Она поставила стул, на который вошедший человек мог бы сесть, а на стол еду и воду.
«О, во имя этой жизни и одеяния святых, ты, человек, который пришел сюда, держи язык за зубами! обратилась к нему старуха. Не такое уж для тебя великое дело держать рот на замке и не распускать язык, когда тебе дают убежище и очаг в мрачную зимнюю ночь».
«Что ж, сказал охотник, хорошо, я буду держать рот на замке, а язык мой будет нем, раз я пришел в ваш дом и пользуюсь вашим гостеприимством; но клянусь руками моего отца, деда и моими собственными руками, если бы кто-нибудь из важных людей мира увидел это прекрасное создание, которое ты здесь спрятала, то никто бы не оставил ее надолго тут с тобой».
«О каких людях ты говоришь?» спросила Дейрдре.
«Я скажу тебе, юная красавица, ответил охотник. Это Найси, сын Уснеха, а также Аллен и Арден, его два брата».
«И что это за люди, как они выглядят?» спросила Дейрдре.
«Их волосы черны, как перо ворона, их кожа белизной подобна качающемуся на волнах лебедю, а щеки цвета крови пятнистого красного теленка, они могут бежать и прыгать, как лосось в бурном потоке или олень на серых горных склонах. А Найси на голову выше остальных людей в Эрине».
«Кем бы они там ни были, сказала кормилица-няня, лучше убирайся-ка ты отсюда и иди своей дорогой. О повелитель света и солнца! Воистину я не испытываю к тебе добрых чувств, и мне жаль ту, что впустила тебя в наш дом!»
И охотник ушел. Но направился прямо во дворец Конхобара. Слугам короля он велел передать, что желал бы с ним говорить, если король сочтет возможным снизойти. Тот внял его просьбе и вышел к нему.
Дейрдре и кормилица. Иллюстрация Джона Д. Бэттена из книги Джозефа Джекобса «Кельтские сказки», 1892 г.
Jacobs, Joseph; Batten, John D. (illustrations). Celtic Folk and Fairy Tales. G. P. Putnams Sons. New York and London, 1892
«Что ты хочешь мне сказать?» спросил король охотника.
«Я только хочу сказать тебе, о мой король, сказал охотник, что видел самое прекрасное создание, когда-либо рожденное в Эрине. И я пришел рассказать тебе об этом».
«И кто же эта красавица? И где ее можно увидеть? И как получилось, что ее никто не видел, пока ты с ней не встретился? Если, конечно, ты ее в самом деле видел?»
«Клянусь, я ее видел, сказал охотник. Но ее видел только я ни один другой человек не найдет ее сам, если я не открою путь к тому месту, где она живет».
«Хорошо, и ты укажешь мне то место, где она живет? И будет тебе хорошая награда за это, такая же хорошая, как и награда за эту твою весть о ней», сказал король.
«Я покажу тебе путь к ней, о король, хотя, скорее всего, они будут этому не рады», сказал охотник.
И тогда Конхобар, король Улада, послал за своими ближайшими родственниками, а когда они к нему пришли, рассказал о своем намерении. Хотя птицы запели среди скалистых пещер и в рощах, когда солнце еще не встало, а на каждом кустике, цветке и стебельке висели тяжелые капли росы, еще раньше проснулся Конхобар, король Улада, и в прекрасной предрассветной тишине свежего и нежного майского утра двинулся в путь со своим маленьким отрядом ближайших друзей, чтобы забрать Дейрдре из глубин зеленого холма, где она жила. С ним было много юношей, шаг которых был поначалу когда они отправлялись в дальнюю дорогу легок и пружинист. Но, добравшись до хижины, они еле-еле волочили ноги, их шаги были слабыми и неуверенными столь долгим был их путь и столь неровной была их дорога.
«Вон там, внизу, на дне лощины, находится хижина, где живет та женщина, но я не пойду далее не хочу попасться на глаза старухе», сказал охотник.
Конхобар со своими приближенным спустился к зеленому холмику, где жила Дейрдре, и постучал в дверь хижины. Няня ответила:
«Никто не заставит меня открыть двери моей хижины сегодня ночью, разве что сам король со своей армией. Я была бы вам благодарна, если бы вы сказали, кто это стучит в дверь моего дома».
«Это я, Конхобар, король Улада».
Когда же бедная женщина услышала, кто стоит у двери, она поспешно подняла засов и впустила короля и всех из его свиты, кто смог войти внутрь.
Когда король увидел перед собой юную девушку, ради которой затеял этот поход, он понял, что никогда не видел ни днем, ни ночью создания столь прекрасного, как Дейрдре. Он воспылал к ней таким страстным чувством, на которое только было способно его сердце. Сопровождавшие его герои подняли Дейрдре на свои высокие плечи, и ее вместе с ее приемной матерью доставили ко двору Конхобара, короля Улада.