Понеси тебя леший!
Жеребеночек отстал от матери, пошел на пожню, потом в лесок и скрылся, а Ерема не заметил, только, допахав поляну, увидел, что нет жеребенка, пошел искать его, но не мог найти и уехал домой. На другой день всей семьей ходили искать не нашли. Ерема пошел в округу (деревня) к Ивану Ерасимову поворожить.
Тот ему сказал:
Поди на росстань (место, где пересекаются дороги), сруби березу, встань на пень и скажи: "Эй, эй, эй, покажись не мал, не велик со среднего человека" (т.е. со взрослого обыкновенного). Не забудь прибавить это, а то он тебе покажется страшилищем и испугаешься, да еще сними с себя крест.
А как выйдет, ты и скажи: "Отдай жеребенка". И через день найдешь его на том же месте.
Ерема, мой сватушка, не боится ни креста, ни перста, пришел на перекресток, срубил березу, встал на пень и зарыкал, что леший, а голосина у него здоровенный:
Эй, эй, эй, выдь покажись со средственного человека!
Вдруг и в самом деле вышел человек и спросил:
Чего те надоть?
Отдай жеребенка, едва мог проговорить Ерема. Хотя и не робок был, да все-таки испугался.
Человек скрылся, а Ерема пошел домой. На другой день, а это было уже дней через шесть, он нашел на том же месте своего жеребенка.
Третий мой сосед, который слывет в деревне за вруна, рассказал мне, как его водил леший.
Осенью мне пришлось ночью идти из Новолоку (деревня) со сходу домой, а ночь хоть в глаза ткни. Иду уж на память, подхожу к своему полю, да и думаю: "У этих заворот (ворот) пошаливает и пугает". Только что подумал, слышу: догоняет. Обернулся здоровается, по голосу слышу, наш Ванько. Я обрадовался и говорю:
Где был, Ванько?
Да ходил вот в Лешино, было небольшое дело.
Вот и пошли мы. Идем уж порядочно времени, своей деревни не видно, а ведь всего-то до нее две версты. Я и говорю:
Кой черт мы с тобой, Ванька, долго идем?
А вот и гумна видна, сказал тот.
Идем. Слышу, у меня ноги промокли, и думаю: "Кой черт! Кажется, сапоги новые, и дорога сухая, неужели не там идем?"
Смотрю, кочки и чувствую, что идем болотом. Вижу, дело не ладно и давай читать воскресную молитву: "Да воскреснет Бог и разыдутся врази его", по-староверски, в нашем приходе много раскольников.
Вдруг мой Ванька захлопал руками, захлопал и скрылся, а я остался в болоте и не знаю, куда идти. На мое счастье, зазвонили в колокольню, я по звону и догадался, что завел "он" меня в жаравичное болото , с одну версту за деревню.
Да ведь ты мастер врать, сказал я ему.
Вот мне с места не сойти, если вру.
Да мне, старики, что-то плохо верится; пока сам не увижу лешего не поверю.
Один мужик на это сказал:
Вот что ты сделай. Ты часто ходишь в сузоком (лес) на озера удить рыбу. Ночью ты выйди из избушки, повались поперек дороги, лежи только до полночи, а с полночи леший проваливается сквозь землю. Леший обязательно пойдет этой тропинкой и разбудит тебя, и тут ты его можешь увидать.
Бывает, что лешие защекочивают до смерти заблудившихся. Похищенных женщин и детей леший учит на худые дела, например: во время пожара заставляет раздувать огонь, наставлять всех и каждого на худое драки, ссоры, кражи. Леший со своими похищенными может ходить везде, только не может зайти в те деревни, где есть совсем черный петух, двуглазая собака (т.е. такая, у которой над глазами есть пятна вроде других глаз) и трешерстная кошка (три сорта шерсти полосами). Лешие напускают на стада волков и медведей. Пастухи в таком случае берут у знатоков отпуска и при этом обещают лешему корову или две, тогда при помощи лешего пасут целое лето. Обещанных коров обязательно съест волк или медведь.
Лешего можно вызывать. Для этого выходят в лес, снимают крест, обчерчиваются кругом, вызывают лешего, и он спрашивает, что нужно... Обчерчиваться нужно лучше, чтобы черта была видна кругом, а то леший может вытащить из черты и замучить. Когда придет леший и станешь с ним говорить, обязательно нужно запомнить первое слово, которое скажешь, и до тех пор, пока не вспомнишь его, он будет разговаривать с тобой до пения петухов. (Какие слова-приговоры нужно для вызова лешего, к сожалению, ни от кого не мог узнать).
ДОГОНЯЙ КАМЕНЩИКА СЕМЕНА, ДОГОНЯЙ!...
Приметил: впереди человек с котомкою идет. Догнал его. Гляжу, знакомый, каменщик из Михалева.
Мир дорогой, говорю, куда, Семен Иванович?
До города, отвечает, подряд там взял, тороплюсь на работу.
Так садись, подвезу до нашей деревни.
Сел ко мне на телегу Семен. Разговоры тотчас повели; я про базар рассказываю, а он про Питер, откуда всего с год вернулся. Пространно
он рассказывал насчет питерских горничных, разных барышень и про веселье в трактирах. Такой забавник!
Наволоком до нашей деревни четыре версты, кумова лошадка вперед позабежала; я погоняю своего воронка, нахлестываю, чтобы догнать, потому беспокоюсь о куме, уж очень захмелевши он был. Хлещу, а догнать не могу. Ну, думаю, ничего, гнедко знает дорогу и к перевозу свернет. А Семен знай себе городит, балясы точит.
Не видал я, как и солнышко закатилось, зорька вспыхнула, заалелась, излучинка речки нашей блеснула, значит, деревня близко. Точно: погодя выглянули бани, еще сажен полсотни и мы будем на перевозе. Гнедка кумова видно, славно таково бежит. Семен про что-то чудное рассказывает, больно уж смешное: я так и покатываюсь со смеху, моченьки моей нету, даже живот закололо.