Главными положительными героями турецкой волшебной сказки являются младший сын падишаха, шахзаде, или сын бея крупного феодала, правителя, или сын бедных людей, часто бедной матери, сирота. Вместе с тем, как уже было отмечено П. Н. Боратавом, турецкие сказки и волшебные и новеллистические отличаются тем, что значительное количество их посвящено приключениям женских персонажей младшей дочери падишаха, дочери бедных людей дровосека, вязальщика метел, садовника, дочери одинокой матери или проделкам хитроумных женщин. П. Н. Боратав объясняет это тем, что рассказывание сказок как отдельной вид сказительского искусства сформировалось в Турции преимущественно в женской среде и особенное внимание слушательниц привлекали женские судьбы: именно обрисовке героинь сказительницы посвящали все свое мастерство, выписывая женские характеры со старательностью и украшениями .
Однако следует отметить, что в ряде сказок действуют девушки, переодетые мужчинами («Отец шести дочерей», «Прекрасный-Продавец-Халвы», «Хассес-паша»
и др.). Мужское обличье дает девушкам возможность вести себя увереннее, а также помогает им уберечься от разнообразных опасностей. Переодевание, изменение внешнего облика, превращение в другие живые существа и даже предметы природы, рассчитанное на невозможность опознания не только обыкновенными людьми, но и персонажами, обладающими магической силой, занимает в турецких сказках чрезвычайно большое место, выполняя важную функцию в скитаниях героев в поисках счастья.
Сюжеты волшебных сказок развертываются по универсальной, установленной В. Я. Проппом модели от недостачи к ее ликвидации через преодоление различных преград ; цепь событий обычно завершается свадьбой и исполнением желаний героя и героини. Особенно вознаграждены бывают героини, проявившие терпение и покорность судьбе, что является главной добродетелью мусульманской женщины («Ситти Нусрет», «Камень терпения». «Падишах-Молния»). Одновременно с этим в сказках изображаются весьма предприимчивые девушки, умеющие постоять за себя даже лучше мужчин («Отец шести дочерей», «Аху-Мелек», «Дочь садовника, который выращивал базилик», «Ленивый Хасан», «Илик-султан» и др.). Можно сказать, что героини, девушки и женщины, обладающие находчивостью, смелостью и даже хитроумием, которые позволяют им добиться своих целей, обрисованы в сказках, как волшебных, так и новеллистических, с большой симпатией («Хитрая женщина», «Рыбак и его сестра», «Милостью Аллаха я выйду замуж за сына падишаха»).
Кроме помощников-животных обрести свое счастье героям волшебных сказок иногда помогают и такие мифологические персонажи, как дэв чудовище полуантропоморфного облика, огромного роста и пери, обычно предстающая в сказках в виде прекрасной девушки, которая может превращаться в голубку. Часто герой сказки вступает в супружескую связь с пери (мотив чудесной жены), и она становится его верной помощницей в борьбе со злым началом, олицетворенным в жестоком и завистливом падишахе, который посылает героя на неминуемую гибель («Сапожник и падишах», «Пастушок и голубка»). Падишах-отец часто бывает причиной злоключений своей младшей, а также единственной дочери, но в финале сказки она или одерживает над ним верх, или доказывает свою правоту («Мехмед-лежебока», «Утелек», «Аху-Мелек», «Попугай», «Батюшка-дэв», «Ленивый Хасан»).
Помимо падишаха отрицательными персонажами бывают старшие, завистливые сестры («Дядька-арап»), мачеха и ее мать («Нардание-ханым». «Нар-Танеси», «Эврем-бей»), старуха-повитуха («Чан-Кушу, Чор-Кушу», «Падишах и три девушки»), свекровь («Аху-Мелек»). дядька воспитатель, шахзаде («Прекрасный-Продавец-Халвы»), муфтий («Хитрая женщина»). Иногда злое деяние совершает героиня сказки, за что ей приходится расплачиваться разными невзгодами, т. е. причиненное героиней зло порождает ту недостачу, которую ей же предстоит и ликвидировать («Эврем-бей»).
Девушка героиня сказки тоже может стать возлюбленной сверхъестественного существа (мотив чудесного мужа), как, например, в сказке «Бенли-Бахри», где будущий муж появляется в виде черного кота. В другом сюжете девушка выходит замуж за коня, который в действительности оказывается прекрасным юношей, но не заколдованным, а носителем собственной магической силы, поскольку он является сыном женщины-дэва («Чембер-Тияр» и видинский вариант этой сказки «Дочь падишаха и Билеиз»). В двух последних сказках усиленно используется мотив превращения героини и ее чудесного супруга в разные предметы живой и неживой природы. При этом умеют превращаться сами и превращать других только «сверхъестественные герои, например, Чембер-Тияр превращает девушку сначала в яблоко, потом в сад, а себя в садовника, девушку в дерево, а себя в змею, далее обоих в букеты цветов, в просяные зерна. Все это делается, чтобы уйти от погони дэвов родственников Чембер-Тияра. В сказке, записанной у видинских турок, Билеиз превращает свою невесту в мечеть, а себя в муэззина, затем ее в арбуз, а себя в огородника, после этого ее в розовый куст, а себя в змею. Характерно, что превращения, изменяющего облик героев, оказывается вполне достаточно, чтобы обмануть другие сверхъестественные существа: они не догадываются, что перед ними те, за кем они гонятся, и таким способом герои избегают опасности. Для того чтобы обмануть чудесного мужа, бывает довольно простого переодевания в необычное платье, как, например, в сказке «Дочь дровосека». Девушка, спасаясь от мужа-арапа (см. ниже), одевается в балахон, обмазанный смолой и облепленный хлопком. После этого ее не узнают не только люди, решив, что перед ними, очевидно, белая