пособниками Митридата , но Сулла, победив его в 94 году, завладев такими его территориями, как Иония , Лидия и другие, перебив двести тысяч его солдат и оставив царю лишь те страны, которые достались ему по наследству от отца, лишил работы моряков Понтийского владыки. Моряки не могли уже сражаться за «отца» своего Фарнака , а потому им ничего не оставалось, как бороться за собственные интересы.
К ним присоединились все, кого коснулись грабежи римских проконсулов, отправленных на Восток, киликийцы , сирийцы, киприоты, памфилийцы .
Занятый воинами между Суллой и Марием Рим оставил море без защиты, и пираты полностью завладели им. Они не довольствовались лишь нападениями на лодки, галеры и большие корабли; по словам Плутарха, они опустошали прибрежные города.
Вскоре к этим авантюристам, к этим людям без рода и племени примкнули и проскрипты Суллы из нобилитета и всадников.
Известно, что французское слово bandit происходит от итальянского bandito, но далеко не все знают, что пиратство стало своеобразной защитой Запада от Востока, пусть не совсем честным, но романтическим и даже поэтическим занятием, которое позволило Байрону, своеобразному Шарлю Нодье своего времени, создать такого героя, как Конрад, подобного французскому Жану Сбогару.
Пираты владели портами, наблюдательными пунктами, хорошо защищенными крепостями и обменивались на больших расстояниях на море и на суше знаками и сигналами, понятными только им.
Их флот был обеспечен первоклассными гребцами, великолепными штурманами, храбрыми моряками. Их корабли были построены под пристальным надзором лучших судостроителей Греции и Сицилии. Некоторые из судов восхищали своей пышной отделкой; так, корма одной галеры, принадлежавшей их главарям, была позолочена, салоны и каюты устланы пурпурными коврами. Волны разбивали посеребренные весла и, наконец, добыча, полученная с помощью грабежа, считалась чуть ли не военным трофеем.
Часто по вечерам до жителей прибрежных городов доносились звуки такой прекрасной музыки, что ее можно было сравнить разве что с пением сирен. И в море можно было видеть, как проносится по волнам плавучая крепость, освещенная словно праздничный город. Это пираты пели и гуляли, празднуя очередную победу.
Но бывало, что на следующий день город отвечал песням, слышанным накануне, отчаянными и безнадежными криками за веселым праздником следовал кровавый разгул.
Число кораблей, бороздивших воды между Гадесом и Тиром, Александрией и проливом, что у острова Лесбос , составляло свыше тысячи. Более четырехсот городов были завоеваны или разграблены пиратами, иногда их заставляли откупаться.
Совершались все новые набеги, разрушались храмы, считавшиеся священными: так случилось с храмами в Кларосе , Дидиме , на Самофракии , с храмом Цереры на Герминии , Эскулапа в Эпидавре, Юноны на Самосе , Аполлона на мысе Акций и на островах Левкада , Нептуна в Иссе , на мысе Тенар и острове Калаврии .
Потом злодеи приносили жертвы своим богам, отмечали свои тайные религиозные праздники, в числе которых и праздник Митры , с которым они впервые познакомились в Риме. Иногда они сходили на берег и превращались в обычных разбойников, грабителей с большой дороги, нападали на прохожих и путешественников, опустошали и разрушали прибрежные дома просто так,