Как же она меня выбесила этим своим Кирюшей и готовностью вот так, с наскока, захапать себе чужое.
Моего мужа, квартиру, мою жизнь всё ей подавай. Ну что же, пусть съездит, поговорит с врачом. Вот только просто так я её не отпущу, скажу уж, чтобы не надеялась напрасно:
Про мужа моего это пожалуйста, забирайте. И его, и заботы о нём, и его проблемы. Квартира же эта наша совместная собственность, причём половину на покупку давным-давно мне лично давал мой отец. А здесь ещё и дочь наша прописана. Если вы думаете, что у меня не найдётся хорошего адвоката, разочарую. Найдётся. А вот дело моего мужа, это да, это полностью его детище. Вот только Кирилл просто прекрасный отец и недавно сделал подарок Варюше на десятилетие. У неё есть доля в этом бизнесе. Кстати, Жанна, вы же хотите, чтобы я развелась с Кириллом и освободила место вам, не так ли?
Ушлая девица очень внимательно слушала меня всё это время и осторожно кивнула на мои слова.
Я так и не решилась ни на что к приезду девицы. Только начав с ней общаться, я поняла, на кого меня променял муж. Больно ли мне было? Да. Хотела ли я сделать и ему больно?
Наверное, именно поэтому я решила развестись с ним, резко оторвать то, что причиняло мне боль. Но сейчас, в такой момент? Но как я буду приходить к нему, зная всё это? Я же не сдержусь, выскажу, и не раз. Это знание будет жалить, портить жизнь, напоминать.
Поэтому я поступила хоть и жёстко, но рвать так рвать. И я очень убедительно сказала:
Вы же понимаете, Жанна, что просто так нас не разведут. Мне нужны доказательства его измены. Ваша любовная переписка. Вы же можете её скопировать и мне отправить?
Девицу я убедила и даже получила фото записей. Будет ли это аргументом при разводе, я не знала пока. Когда эта молодая разлучница ушла, я как дура сидела, просматривала переписку и рыдала.
Слёзы, сопли, мне было больно. Как бы я ни приняла тот факт, что измена была, и не единожды, читать про жизнь мужа с другой было больно.
Решительно закрыла всё это, обещая, что больше смотреть не буду, и позвонила адвокату. Фото я ему отправила, заявление поеду писать завтра. Мне нужно было развестись как можно быстрее.
Кирилла бросать в таком положении я не собиралась, всё же он был отцом моего ребёнка. Тем более Варя не простила бы мне, если бы я не разрешала им видеться.
С лечащим врачом мужа я продолжала общаться, приезжала к мужу, и мы даже поговорили. О нас, о Жанне и о том, что нам со всем этим делать.
Уверена, если бы не серьёзный перелом и не постоянная боль, разговор с мужем вышел бы коротким, он про развод и слова слушать не стал. А тут выслушал, подумал, вот только ответ его мне не понравился.
Его слова набатом звучали в голове, а я изо всех сил сопротивлялась, боясь завязнуть в этом ужасе:
Мы семья, Алиса. Муж был белый как мел, морщился от боли, хотя я знала, что он на обезболивающих. Но голос его звучал так уверенно, проникая в сознание. Я даже начала кивать, когда он продолжил: Я люблю тебя, пусть мы и отдалились в последний год друг от друга. А Жанна Она увлечение, слабость. Временная. Такое бывает, да и ты в последнее время стала как неродная. И я всё зависал на работе. Но мы вместе можем это изменить. Не дури, милая, подумай и реши правильно. Развода я тебе не дам.
Глава 5
Пусть даже с ней он расстанется, пройдёт пару-тройку месяцев, я расслаблюсь, перестану держать руку на пульсе, опять превращусь, как сказал муж, в скучную домохозяйку. А муж встанет на ноги, вернётся в бизнес, в дела, в этот сумасшедший ритм, и быстро найдёт очередную бойкую девицу, да хотя бы и в своей же компании.
Тем более я не просто так хотела развестись. У меня была причина, которой я делиться с Кириллом не собиралась. Потому что я ему не верила. Больше я ему не верила.
Даже сейчас, когда я смотрела, как Варя разговаривал с отцом, а он терпел боль, стараясь ей не показывать, как внимательно слушал дочь, а та желала ему выздоравливать.
Я просто не верила больше своему мужу.
Всё это время я стояла и смотрела на мужа, оценивая его как мужчину.
В памяти встала картина из той, прошлой, прекрасной жизни, полной доверия и искренности между нами.
Мой Кирилл крепкий, высокий, спортивный.
Сильные руки мужа могли с лёгкостью поднять меня и кружить, кружить. Как было там, в отпуске, когда мы танцевали с мужем на фоне огромного окна, ночи и медленно шедшего снега.
Внутри, в гостиной, на первом этаже двухэтажного коттеджа, который мы сняли, звучала тихая медленная музыка, а мы отдавались нашим чувствам. Варюша уже спала наверху, а это время было только для нас двоих.
Муж шептал мне на ухо низким, проникновенным голосом, порождая мурашки и потаённые желания:
Какая ты... Алиска, давно такой не была. Когда я тебя такой видел? Забыл уже. А в отпуске ты стала той, прежней. И наряжаешься для меня. Ты самая красивая, люблю.
Я не удержалась, а кто бы смог? Слова любви, искреннее горячее желание любимого человека. Я взвизгнула, когда он поднял меня на руки как пушинку, и, покружив меня пару кругов, слушая музыку, он понёс меня в спальню.
Поцелуи, прикосновения, касания наших тел, медленные движения, превратившиеся в беспорядочные, полные страсти и желания её разделить с любимым.