Сейчас на молебен пойдем напомнил Однорукий.
Скажи, что после молебна, если он не выйдет на работы, я его, тунеядца, диссидента облезлого
На святое помазание сам прибежит, как миленький, вставил подчиненный.
Если ты еще раз меня перебьешь, я оторву тебе вторую руку! Ногой креститься будешь. Ясно?!
Так точно! звякнул пятками Однорукий.
К философу бегом марш!
Подчиненный подпрыгнул и почесал во всю железку. Помчался он через плац, через выгоревшую пустошь, где раньше стояла подстанция, через песчаную косу, которую намело последним ураганом, да так и не убранную, и скрылся за барханами. Там силы покинули его, и он потерял сознание.
Очнулся он возле бочки философа. Однорукий окинул взглядом пустырь, увидел длинную борозду на песке и огорчился. Тот, кого он, как представитель власти, должен был отчитать и наставить на путь истинный, волок его, представителя, точно дохлого ящера. Подрыв авторитета налицо. Хромой все-таки напыщенный дурак. Если он так заботится о своем авторитете, ему не следовало
посылать своего заместителя до раздачи утреннего сухого пайка. Вот же философ лежит, ухмыляется. Он не бегает сломя голову, не суетится, бережет силы, поэтому никогда не попадает впросак.
Что это со мной было? невинно спросил Однорукий, щурясь от бившего в глаза солнца. Мне показалось, что я умер.
Я бы не рискнул сказать, что ты умер, отозвался философ. Но и утверждать, что ты жив, тоже не стану.
Все силлогизмами изъясняешься, оклемавшись, сказал посланец. Я к тебе с приказом от Хромого. Он велел передать тебе, философу, что если ты, философ, не перестанешь философствовать и не выйдешь на работу, то он тебя
Ну-ну, продолжай.
Дикси. Я все передал почти дословно, ответил Однорукий и попытался встать на ноги.
Ни пса я не понял. Диоген перевернулся на другой бок, устраиваясь поудобнее на солнышке. Ты сходи-ка к Хромому, уточни этот вопрос.
Я еще не восстановил силы, ответил однорукий посланник. Я тут немного полежу, если ты не возражаешь
Валяй. То есть валяйся, сколько влезет.
Скажи, Диоген, в чем смысл жизни?
А ты как разумеешь?
Я полагаю, что смысл жизни состоит в том, чтобы быть кому-то нужным, выполнять полезную для общества работу
Реникса, перебил философ. Смысл жизни в самой жизни, и потому, сколько ни работай, смысла от этого не прибавится.
А может, смысл в чем-то более возвышенном, например, в Боге? Ты вот мне скажи, есть Бог или его нет? Я все как-то сомневаюсь
Сомнение это хорошо, удовлетворенно произнес философ. Не люблю тех, кто никогда не сомневается, фанатики, дрянь Если тебя интересуют вопросы веры, я тебе так скажу: мир это сон. Причем, у каждого свой. Стало быть, утверждать что-либо категорично было бы неумно.
Но ведь без Бога не будет в мире справедливости! вскричал однорукий богоискатель и от возбуждения даже сумел подняться на колени. Кто накажет плохих, кто вознаградит праведных? Без Высшего судии всякая жизнь теряет смысл, зачем же мы живем и мучаемся? Нет, ты как хочешь, но это несправедливо.
Вот чудак, право, усмехнулся Диоген. Ну кто тебе сказал, что мир справедлив?
Пастор говорит, что Господь справедлив и каждому воздастся по делам его
Для вас Бог, что для Хромого костыль. Придумали гаранта справедливости. Ваша теология лишь отражение ваших же подспудных желаний. Но это не значит, что так оно и есть на самом деле. Ты говоришь мучаетесь, страдаете и все такое прочее. Но вот вопрос. Кто или что заставляет вас это делать? Станьте господином самого себя! И вы избавитесь от страданий. А что делаете вы? Вместо того чтобы предаваться медитации, вы начинаете стонать: жизнь трудна, жестока и тэдэ. Требуете от жизни подай то, подай это. «Хорошо, Господи, идете вы на компромисс, если уж не на этом свете, то хотя бы за ее порогом, на том свете, но даруй нам блаженство».
Солнышко уже припекало, философ перевернулся на другой бок и закончил свою мысль:
А я вот ничего не требую. Ни от кого: ни от жизни, ни от коллектива. И уж тем более от мифической сверхличности, созданной вашим убогим воображением. Есть у меня пустырь, эта бочка, эти деревья Созерцая природу, я получаю эстетическое удовольствие. Я живу и радуюсь. Еще у меня есть «думатель». Философ постучал себя по голове. Что мне еще надо? Я мыслю, следовательно существую.
А для чего существуешь?
Да не для чего. Просто существую, и все! Впрочем, могу и не существовать, мне все едино.
Почему же тогда не умираешь? задал провокационный вопрос посланец.
Именно потому, что все равно А ты для чего существуешь?
Я-то ясное дело для чего Для того, чтобы строить Космодром. Ведь нас сюда, в невообразимую даль, за тем и послали, чтобы мы подготовили плацдарм, так сказать, для Светлого Будущего
Ну конечно Они прилетят на все готовенькое, а вы тут вкалываете
Ничего, хорошо потрудимся, большую благодарность получим за то. Почет и уважение Льготы.
Ой, дурак, ну дурак, и дурак же ты. Одно слово, роботяга. Роботяге хоть кувалдой по башке бей, все равно он останется роботягой.
Но ведь Программа!.. Как можно идти против Программы?