Искра была напугана. В ее глазах появились слезы. Девочку напугала неизвестность. Весь мир перевернулся в один день. Доброжелательные, родные лица друзей и знакомых, окружавших ее заботой и вниманием столько лет, сменились на крикливых, одинаковых и суетливых китайцев.
Какие же они странные! Почему они так кричат? сквозь слезы спросила удивленно дочь.
Привыкай, малыш. С этими людьми нам теперь придется жить какое-то время, обреченно, безрадостно ответил папа Сергей.
Я хочу домой! Папа, мы можем вернуться сейчас? подняв глаза, она жалобно смотрела на отца и с надеждой ждала его положительного ответа.
Отец молча помотал головой и, ничего не сказав, просто обнял Искорку.
А в это время Чан продолжал прыгать как кузнечик за металлической перегородкой, отделяющей пассажиров от встречающих их людей, размахивая уже раздражающей всех табличкой.
Идите ко мне! китаец неугомонно привлекал внимание и зазывал замерших в оцепенении гостей.
Сергей в ответ кивнул головой и ленивым взмахом руки поприветствовал встречающего их Чана.
Искра была напугана и сильно удивлена, насколько велика разница культур, даже еще не перешагнув порог нового дома. Все было настолько чужим и странным. А эти запахи, они раздражали нос и хотелось постоянно его чесать. Да еще эта женщина, которая на непонятном языке, что-то настойчиво объясняла по громкоговорителю, заглушая все остальные звуки в терминале аэропорта.
Обратной дороги нет! встав на одно колено, обреченно сказал отец. Ну, по крайней мере в ближайшее время. Тебе придется смириться с этим. Я буду рядом. Ты справишься. У нас все будет хорошо.
Мне страшно! всхлипывая, Искра обняла отца и сильно, сильно прижалась к нему.
Глава 3. Занесло
Город казался бескрайним. Вымершим. Людей на дорогах не было совсем. Первое, что бросалось в глаза это порядок. Коммунистическая система невооруженным глазом была ярко проявлена в таких мелочах, как флаги на улицах вдоль дорог и тотальная чистота.
После длинного перелета обессилившим путникам было трудно оценить то, что предстало перед ними. Новая страна пугала своей непредсказуемостью. Слишком много переменных возникло перед математиком и его дочкой.
Практически сбежав из своей страны, они с надеждой смотрели в будущее, полное творческих изысканий для отца и совершенно непонятное для Искры. Сергей Иванович слабо себе представлял перспективы реализации дочери в китайском обществе. Совершенно другой менталитет, странный язык и китайские обычаи делали их белыми воронами среди дружественной нации. Слишком много различий в привычках и манере поведения могло стать препятствием для их интеграции в обществе и развитии.
Больше всего отец опасался гонений и домогательств среди китайских подростков. По крайней мере в его детстве ему неслабо доставалось от придурков и шпаны, которые постоянно доказывали себе свое превосходство превосходство силы над умом.
И все это им только предстояло понять и примерить, как говорится, на собственной шкуре.
Мысли продолжали атаковать обеспокоенный ум Сергея Ивановича. Прислонившись лбом к стеклу, он с интересом наблюдал новый уклад
жизни из окна старенькой иномарки. Искра спала у него на коленях, а господин Чан, сидя рядом с водителем, показывал ему дорогу.
Спустя примерно час автомобиль остановился возле какого-то дома, естественно, китайской наружности. Улица была настолько узкой, что помещалась только одна машина, даже людям рядом с ней пройти было бы проблематично. Дверь открыл товарищ Чан и еле внятно, шёпотом пробормотал:
Вы приехали! Аккуратно. Не шумите, у нас так не принято, суетился китаец.
Сергей разбудил Искру.
Дорогая вставай, нам пора. Мы приехали.
Хорошо, я не сплю. Где мы? спросонья спросила она.
Мы дома. Мы дома, с ноткой сожаления ответил отец.
Старый район, включал в себя все атрибуты китайской жизни. Запахи еды даже в ночное время, сковывающая компактность жилых помещений, тонкие стены, уличный туалет и отсутствие элементов современного уклада жизни, таких, как центральная канализация, сильно смущали Сергея.
Все брезгливо раздражало и разочаровывало с первого взгляда. И лишь Искорке было все равно. Она так устала, что с трудом передвигала ноги. Для нее было самое главное одолеть несколько этажей по деревянной лестнице и желательно лечь спать не в одну кровать с какой-нибудь китайской бабушкой.
Еще немного. Ваша комната двадцать три, улыбчиво сопровождал китайский друг Сергея.
В руках у него был чемодан, который по своим размерам был чуть меньше, чем ширина коридора. Он то и дело за что-то цеплялся, пробираясь через многочисленные двери нескончаемого мрачного пролета.
Продвигаясь с Искрой на руках, Сергей Иванович отчетливо слышал чей-то разговор, иногда до него доносились скрипы половиц и даже устойчивый храп будущих соседей. Это было странно. Он к таким условиям не привык. Все происходящее сильно расширяло его зону комфорта. Пока что на этом этапе знакомства с китайской инфраструктурой радоваться особо было нечему. Оставалось только надеяться и верить, что найдутся силы и основания на то, чтобы двигаться дальше и, возможно, когда-то, в обозримом будущем, ситуация поменяется и все наладится, а пока придется жить с тем, что есть.