Посмотрел я на портсигар видно, что серебро, надпись сделана в виньетке, вещь красивая, ничего не скажешь, да еще и принадлежала такому человеку. Взял я у него портсигар вместо 1000 долларов. Дома держал в надежном месте; иногда доставал, читал надпись и думал: где Лев Толстой, великий писатель, его роман «Война и мир», и где я?! А вот мы пересеклись в некотором роде его личная вещь принадлежит мне! Никогда не знаешь, что в жизни может случиться!
А потом приехал сюда один гастролер-профессионал по нардам,
и я проиграл ему крупную сумму. Предложил ему портсигар по своей цене, за 1000 долларов. Он согласился взять, но вначале захотел показать его ювелиру, чтобы оценить вещь. Повел я его к своему знакомому бухарскому еврею, он большой магазин держит на Санрайс-бульваре. Только показал я ему портсигар, он как-то странно на меня посмотрел, отошел в свою конторку и приносит штук 10 таких же точно портсигаров.
В последнее время в Майами прямо-таки эпидемия на эти портсигары, раскладывает он их перед нами. Вот, «Лев Толстой», как у тебя, вот «Ивану Тургеневу от Полины Виардо», вот «Владимиру Маяковскому от Лили Брик», вот по-французски «Александр Дюма пер», отец то есть, вот Куприна портсигар, вот Горького (Пешкова), «Капри 1915 год», «Чарли Чаплину от Уны О'Нил» и еще штуки три, имена их забыл.
Что, все одинаковые портсигары имели? удивился я.
Нет, все были одинаковыми лохами, которые эти портсигары покупали. Им красная цена 100 долларов, а люди отдавали за них тысячи.
Свой долг гастролеру я вернул достал деньги, а портсигар оставил на память, чтобы напоминал, как меня Володька-Пудель кинул. У меня такой характер если меня накололи, никогда не подам виду, что я понял, что меня накололи. Всегда делаю вид, что я все сделал правильно и всем доволен. И потому Пудель не удержался и как-то спрашивает, продал я портсигар или нет? Я говорю, что продал, одному коллекционеру, сторговались на пять тысяч. Пудель аж побледнел:
Иди ты! Дай мне номер этого коллекционера.
А у тебя что, еще такой портсигар есть? спрашиваю.
Нет, такого больше нет, откуда? говорит Пудель и глаза опускает.
А какой есть? не отстаю я.
Льва Троцкого, говорит Пудель. Редчайшая вещь. Подарок Фриды Калло.
Кто такая?
Его любовница, художница. Жена знаменитого Диего Риберы! говорит Пудель.
Это тоже талант, скажу я вам, не каждому такое придет в голову. Для своей аферы Пудель, видно, весь интернет перелопатил, чтобы выяснить, чьи имена писать на портсигарах. Фрида Калло! Я и имени такого не слышал! А надписи делала эта его крокодилица: мне сказали, она работала в Винницком универмаге, делала гравированные надписи на подарках и наверняка привезла сюда свой инструмент.
Дай его телефончик. 10 процентов тебе, просит Пудель.
Знал бы сохранил номер! сделал я вид, что очень жалею об этом. И потом он живет в городе Шарлот, Северная Каролина, не думал я, что попаду туда еще.
Имя-фамилию не запомнил? не отстает Пудель. Я через Интернет его найду!
Подожди, сейчас вспомню! сделал я вид, что начал что-то вспоминать. Есть! Джон Мак-Грей! Точно! Фамилия, как в одной блатной песенке, потому и запомнил.
Пудель тут же записал и побежал домой, чтобы искать этого лоха по Интернету, по «Еллоу пейджес». Ищи, дорогой, ищи на здоровье. Мама тебе матах!
И вот сейчас Пудель увидел меня, что-то сказал своей жене и направился ко мне, а она пошла в магазин, мне только рукой помахала (знаю, не любит меня, потому что я был на соседней койке в тот день, когда мы с ними познакомились: я ее подругу жарил, а она с Пуделем в той же комнате трахалась и кричала, как резанная.)
Серж, смотри, какое дело, присел Пудель за мой столик. Есть один испанец с бабками. И у него проблема нужен телохранитель, кто-то ему угрожает. Ты имеешь право на оружие, лайзенс секьюрити у тебя есть. Могу тебя ему порекомендовать. Стольник в день платит, 10 процентов мои. Как тебе?
А если меня грохнут? спрашиваю Пуделя.
Да ты что?! Там этим и не пахнет! Просто он бздун страшный, вот и хочет подстраховаться.
Ладно, говорю, давай номер.
Он дает мне номер и говорит, чтобы, когда я позвоню этому Эмилио, его имя не называл, тот все равно его не знает: а сказал бы, что я от Адика Эпштейна.
Я вначале решил, что даже звонить не буду, потому что от Пуделя вряд ли что-нибудь хорошее может обломиться, но вечером все же позвонил. «Что я теряю», думаю. Этот Эмилио, когда узнал, что я имею все лайзенсы предложил тут же ночью приступить к работе, потому что ночью он особенно тревожится за свою безопасность, так как живет в небольшом собственном доме, а прислуги и охраны у него нет.
Выходит, что я день и ночь должен быть с вами и все за 100 долларов? спросил я.
А что, 100 долларов не деньги? удивился этот Эмилио.
Деньги, но не для меня с моими лайзенсами и опытом, сказал я и уже хотел дать отбой, когда этот Эмилио чуть ли не закричал:
Подождите, а сколько вы хотите?
За ночь 200, а днем 100, сказал я.
Что я могу хорошо в жизни делать так это торговаться.