Немного понимаю: знаю, как нужно чинить камеру и куда заливать бензин.
О-о! Это уже хорошо. Не каждый парень знает это. Тебя как зовут?
Костя.
Константин, значит? Очень хорошее имя. А меня зовут Николай Васильевич, а проще дядя Коля. Вот мы и познакомились... Ты живешь в этом доме?
Нет. Вон в том, и Костя показал на дом через дорогу.
Занимаясь мотоциклом, Куприн все время поддерживал разговор с мальчиком. А тот, совершенно освоившись, охотно помогал ему, подавая то ключ, то гайки.
Вы, наверное, с рыбалки едете? посмотрев на рюкзак и торчащий из него разобранный спиннинг, спросил Костя, когда работа уже подошла к концу.
Почти угадал. Только не с рыбалки, а на рыбалку.
А почему так поздно?
Да вот из-за этого упрямца: барахлил всю дорогу, не езда, а мучение.
Куда же вы теперь поедете?
Хотел доехать до Лидумского озера, но теперь уже опоздал. Придется порыбачить где-нибудь здесь на Даугаве. А ты тоже интересуешься рыбалкой?
Да, я умею рыбачить на удочку и на донку, поспешно ответил мальчуган и, покосившись на рюкзак, нетвердо добавил: И на спиннинг... немного.
Ты и места хорошие, наверное,
знаешь?
Конечно, знаю, радостно подтвердил Костя. Хотите, покажу?
Идет!.. Вот только если мотоцикл капризничать не будет. А тебя родители отпустят на реку? Куприн вопросительно посмотрел на мальчугана.
У меня мама только. Да ее дома нет. Вы не беспокойтесь, торопливо говорил мальчуган, она меня пускает даже одного.
... Теперь налево! громко кричит Костя. Он сидит сзади и цепко, как краб, держится за Куприна.
Осторожно притормаживая на спуске, Куприн вывел мотоцикл к реке. Остановившись у крутого обрыва, он не спеша собрал спиннинг, поставил катушку и тщательно подобрал блесну.
Ну! Ловись рыбка не маленькая, а большая, крикнул он, делая первый заброс.
Побросав еще несколько минут, он, подмотав блесну, передал спиннинг Косте. Первый же его заброс был неудачным: катушка, смотав изрядный кусок лески, сделала большую «бороду».
Ничего, Костя. Это у всех бывает, успокоил его Куприн. Ты пока распутывай, а я буду готовить обед. Все равно время сейчас не для клева.
Сидя у большого плоского камня и угощая мальчугана городской закуской и лимонадом, Куприн незаметно расспрашивал его.
А у дяди Генриха много блесен?
Много, почему-то вздохнув, ответил Костя. Больше, чем у вас.
А почему он не обучил тебя владеть спиннингом? Ты, конечно, умеешь, но можно еще лучше...
Да он мне никогда спиннинг не дает. Говорит: поломаешь. Лови лучше на донку, с обидой и копируя чужой голос, ответил Костя. А я разве поломал у вас? Он мельком взглянул на лежащий спиннинг с нераспутанной еще леской и быстро отвел взгляд.
А куда вы с ним ходите?
Вот сюда, на Даугаву, а в другие места не берет. Говорит, что далеко, и я устану. И ничего я не устану! с жаром продолжал мальчуган. Если хотите, я до самого Лидумса дойду... Или до Коряжьего. А это тоже не близко: почти пять километров.
Из дальнейших расспросов Куприн установил, что действительно никакой привязанности у мальчугана к своему постояльцу не было, говорил о нем неохотно и не скрывал своей детской обиды на него.
Когда обед подходил к концу, Куприн достал коробку с блеснами и, раскладывая их на газете, незаметно положил туда и мельхиоровую пуговицу с головой тигра. Как он и рассчитывал, Костя сразу же обратил на нее внимание. Он взял пуговицу и стал с интересом ее рассматривать.
Что это ты смотришь? спросил его Куприн.
Мальчуган помолчал, а затем спросил:
Зачем она вам?
Я использую ее на леске у блесны, схитрил Куприн.
А у вас много таких пуговиц?
Нет. Только одна.
А я знаю, где есть еще такие.
Наверное, не такие... явно подзадоривая мальчугана, усомнился Куприн.
Такие же. Точно такие! упрямо повторил Костя. Они были пришиты к плащу дяди Генриха.
А где же сейчас этот плащ?
Он сжег его почему-то и в землю закопал.
Стараясь не выдавать своего интереса, Куприн умело ставил вопросы и узнал от мальчугана все, что имело значение для дела. Оказывается, месяца два тому назад, Костя, увидев что дядя Генрих с ведром и лопатой пошел к лесу, где протекала маленькая речушка, незаметно отправился за ним. Он подумал, что тот тайком от него опять пошел копать личинки миноги, решил подсмотреть и узнать, где обитает эта наживка, на которую ловится крупная рыба. Скрываясь в кустарнике, Костя незаметно следовал за дядей Генрихом и подсмотрел, как тот, опустившись в овраг, собрал кучу хвороста, разжег костер, достал из ведра свой плащ с такими же вот пуговицами, сжег его, а затем вырыл яму и закопал в нее остатки костра. На вопрос Куприна, не разрывал ли Костя эту яму и не говорил ли об этом матери или кому-либо другому, мальчик ответил отрицательно.
Почему ты, Костя, не рассказал об этом свой маме?
Костя удивленно посмотрел на Куприна.
А если бы мама проговорилась дяде Генриху? А я его немного боюсь. Он такой сердитый и, конечно, уж не стал бы меня брать с собою на рыбалку.
Это ты правильно рассуждаешь. Подсматривать и ябедничать не хорошо. Ты же не девчонка, видя, как сконфузился мальчишка, Куприн спас его: Но мне-то ты рассказал не умышленно, а случайно? И это больше не повторится, так ведь?