Сергей Андреевич Красов - Суперопер стр 12.

 Какая-то ты загадочная птица,  кадровик задумчиво посмотрел на Макара,  может, чей-то родственник? Хотя, это вряд ли. Тогда тебя просили бы оставить при Управлении, а не сослать к чёрту в задницу. Ну, ладно, можешь ничего не объяснять. Со временем сами всё узнаем. Раз просят сослать подальше  поедешь инспектором оперчасти в ИТК-17, там всего три опера, включая начальника оперчасти, одного не хватает. Колония особого режима, то есть содержатся в ней особо опасные рецидивисты, занимаются обработкой леса. Расположена она в посёлке Чикса-озеро, это, так сказать,  столица отделения. Есть ещё более отдалённые колонии поселения, но там оперативники везде есть. Транспортная связь с Чиксой или по реке  шесть часов на «Заре»  это такой катер на подводных крыльях, ходит через день, но только летом, а сейчас, если ты заметил  зима, или  по воздуху. Самолёт АН-2, знаменитый «кукурузник», летает каждый день. Пол часа удовольствия  и ты на месте. Но только, если погода лётная. Сейчас зимой можно добраться на попутке. Через диспетчера узнаешь, есть ли здесь сейчас кто-нибудь из Чипсы. Оттуда ежедневно сюда ходят бензовозы и другой транспорт  за продуктами, запчастями и т. д. Если есть свободное место  они всех берут.

Кадровик посмотрел на часы:

 Сегодня ты уже точно никуда не успеешь, пока оформишь удостоверение, другие документы. Фото, кстати, есть? Нет? Фотограф через два дома от управления, найдёшь. Переночуешь в гостинице, а утром, советую, выдвигаться в аэропорт. Погода в последние дни хорошая, должен улететь.

На следующий день Макар рано утром был в аэропорту. Желающих улететь в разные стороны было много. В кассе на небольшом выступе лежали листочки с названиями посёлков и списками фамилий на каждом. Макар нашёл список, озаглавленный Чикса-озеро. В нём было записано одиннадцать человек. Макар записал себя двенадцатым. Только закончил, окошко распахнулось, оттуда высунулась женская рука с ярко-красными накрашенными ногтями, ловко собрала листочки и исчезла.

Через несколько секунд за окошком послышался женский голос:

 На Чиксу уже комплект.

 Заводи, поехали,  отозвался мужской баритон.

 Внимание! Начинается продажа билетов на Чикса-озеро,  раздался голос, усиленный мощными динамиками. Макара, не успевшего отойти, тут же прижали к кассе. Народ быстро разобрался и построился за ним в очередь.

Окошко снова распахнулось. Кассирша  миловидная женщина лет тридцати несколько секунд с интересом разглядывала Макара, затем спросила:

 Молодой человек, так и будем стоять или всё-таки билет возьмём? Паспорт и деньги!

 Удостоверение можно?  Макар рылся в карманах, вспоминая, куда засунул паспорт.

 Можно,  изучив удостоверение, кассирша улыбнулась,  такой молоденький и уже капитан

 Так получилось,  виновато ответил Макар, что вызвало смех сзади,  а сколько стоит билет?

 До Чиксы  три рубля.

Полёт на «кукурузнике» удовольствием может назвать только какой-нибудь извращенец-мазохист. Пока самолётик взлетал и ложился на курс, было ещё терпимо, только уши заложило. А когда он набрал высоту с километр и пошёл по прямой,  началось. То, ни с того, ни с сего, самолёт начинал как бы проваливаться, какое-то мгновение пассажиры находились в состоянии невесомости, но тут транспортное средство достигало каких-то плотных слоёв воздуха, резко отталкивалось непонятно от чего, и начинало опять набирать высоту. Потом всё повторялось.

От таких качелей Макар едва сдерживал приступы тошноты. А многие и не сдерживались, особенно женщины. Оказывается, для этих целей в самолёте имелись специальные бумажные пакеты, в них многие и уткнулись носами. Сидевший рядом с Макаром капитан в такой же, как и у него форме, даже лицом позеленел, но сдерживался. Казалось, эта пытка никогда не кончится, хотя время полёта заняло всего пол часа. Когда же самолёт, наконец, приземлился, капитан выскочил первым, отбежал к хвосту самолёта и зашёлся в рвотных спазмах. Пассажиры потянулись к зданию аэропорта  деревянной избушке с топившейся печкой. Дым из трубы поднимался вертикально вверх и где-то в высоте изгибался под прямым углом.

Навстречу прилетевшим пассажирам такой цепочкой по протоптанной в снегу тропинке шли улетающие. Спустившись по широкой деревянной лестнице, прилетевший народ разделился на две группы, так как в посёлок вели две дороги. Одна широкая, накатанная автомобилями, другая  протоптанная в снегу тропинка по шпалам УЖД.

Макар остановился на распутье, решая, к какой группе присоединиться. Тут его догнал повеселевший капитан, хлопнул по плечу:

 Чего задумался?

 Да вот, думаю, как лучше пройти? Мне в кадры отделения надо.

 Без разницы, где идти, расстояние одинаковое. А ты новенький, значит. То-то я смотрю, вроде тебя раньше не видел. Раз в отделение  значит  зоновский. А куда конкретно: в семнадцатую или тринадцатую?

Макар сообразил:

 ИТК-17, инспектор оперчасти.

 А я  воинский. Командир девятой роты капитан Стержнев. Блин, сколько не летаю, никак не могу привыкнуть. Всё время выворачивает.

 Да я тоже, еле выдержал.

Деревянное здание отделения (ОИТК-3) находилось в центре посёлка на берегу реки Пинжа и внешне издалека ничем не отличалось от однотипных финских домов  самых популярных архитектурных строений населённого пункта, разве что  большим количеством окон.

Макар постучал в дверь с надписью «Отдел кадров», услышал: «Да» и вошёл в кабинет.

Начальник отдела кадров  пожилой майор с седыми висками растерянно переводил взгляд с Макара на его документы.

 Если я правильно понял, вы, молодой человек, два года назад поступили в школу МВД в звании младшего лейтенанта?

 Точнее  два года и пять месяцев,  уточнил Макар.

 Да-да. И за два года и пять месяцев вы дослужились до звания капитана?

 Так получилось,  Макар опять повторил ту же фразу, что и в кассе аэропорта, как бы оправдываясь,  скоро по почте придёт личное дело, там всё будет расписано.

 А на словах можете объяснить?  В глазах кадровика горело нешуточное любопытство.

 Конечно. По окончании школы мне было досрочно присвоено звание старшего лейтенанта за выдающиеся спортивные достижения: я стал чемпионом СССР по самбо и победил на международных соревнованиях европейского уровня.

 Ого! Так ты у нас ещё и спортсмен!  Майор резко перешёл на «ты».

 Ну да, есть немного.

 Ничего себе  немного! Чемпион Союза! Как тебя, вообще, из Москвы то отпустили? Ну, а капитаном-то как стал?

 Выполнял особое задание. За что был награждён медалью с присвоением очередного звания досрочно.  Макар расстегнул шинель и продемонстрировал медаль.

Вошедшая в этот момент в кабинет девушка, обошла вокруг Макара, с интересом его разглядывая, положила на стол пачку документов, села за стол и спросила, глядя на Макара:

 Иван Павлович, это что  наш новый сотрудник?

 Да, Лариса, знакомься  капитан Макар Коробов, спортсмен и герой. Успел отличиться и заслужить медаль. Кстати, а подробнее про спецоперацию можешь рассказать?

 Не имею права. Там всё секретно. Пока. Может, скоро разрешат, тогда  с удовольствием.

 Неужели в Афганистане отличился?  Сделал попытку майор.

 Нет, намного ближе,  Макар успел отметить, как у Ларисы успели округлиться глаза от удивления. Девушка ему чем-то сразу понравилась.

В отделе кадров Макар застрял надолго. Пока оформляли документы, что-то согласовывали по телефону, подписывали какие-то бумаги в бухгалтерии, время подошло к обеду.

 После обеда, к пяти часам вечера ты должен быть в кабинете начальника колонии, представишься и начнёшь работать.  Иван Павлович закончил переговоры по телефону и посмотрел на Макара,  сегодня у тебя уже полный рабочий день считается.