Всего за 199 руб. Купить полную версию
Хочешь принять? низким бархатным голосом спросил дракон, оказавшись совсем рядом со мной. Он склонил голову, заглядывая мне в глаза, и пальцы его едва заметно коснулись моей талии. Потом поджал губы и покачал головой: В шкафу есть ночная рубашка и халат, которыми можно воспользоваться. Переоденься, а я схожу за кем-нибудь из лекарей, чтобы осмотрели твою рану. И постарайся больше ни во что не влипнуть.
Хорошо, кивнула я. Долго тебя ждать?
Не знаю. Кто-то из наших медиков должен был отправиться вместе с эвакуированными, но остальные остались в Айсхолле спасать оборудование, которое уцелело после пожара. И неизвестно, насколько заняты сейчас те, кто в Лансфорте. Постараюсь вернуться как можно скорее.
Я кивнула. Райнер снял, наконец, с себя пальто, посмотрел на меня и, подумав, сам аккуратно стянул с меня свой свитер. В комнате было тепло, и в нём точно не было никакой необходимости. Я смущённо опустила взгляд.
Лина, позвал Райнер, но я не решилась посмотреть на него. Потому что сердце снова стучало быстро-быстро. И он добавил громче и строже: Линаэль! Посмотри на меня.
Я послушно подняла глаза, и наши взгляды встретились.
Что тебя беспокоит? спросил он. Я же всё чувствую.
Я приоткрыла было рот, чтобы ответить, потому что его тон, мягкий, но в то же время властный, заставлял меня слушаться, не задумываясь о причинах и о том, что именно он требует от меня. Но, когда уже сделала вдох, я вдруг осознала, каким будет мой ответ. Губы дрогнули. Я промолчала.
Линаэль, Райнер чуть нахмурился.
Моё сердце застучало быстрее: он смотрел на меня тем самым взглядом, которым обводил адептов во время лекции, но мы были не в аудитории, а в уютном гостиничном номере, и вместо строгого профессорского костюма на нём были лишь кожаные штаны на ремне, плечи поблёскивали капельками пота, а волосы, убранные в пучок, растрепались во время полёта.
Я никуда не уйду, пока не узнаю, что тебя беспокоит. Если что-то не так, скажи сейчас.
Мне кажется, я люблю тебя, выдохнула я и испуганно приложила руки к губам, будто это могло затолкать вырвавшиеся слова обратно.
Райнер замер. Некоторое время он просто смотрел на меня, потом натянул свитер и вдруг обнял, прижав к себе, и пальцы его впились в мою спину. При этом он даже не коснулся обожжённой кожи, не причинив мне и толики боли.
Я ждала, что он ответит тем же. Что он скажет хоть что-нибудь. Пусть даже о том, что нам не суждено быть вместе никогда, и мне стоит забыть о своих чувствах. Но вместо этого он долго держал меня в своих объятьях, а потом коснулся губами моей макушки и прошептал:
Скоро вернусь. Переоденься.
После чего покинул гостиничный номер, оставив меня одну.
Я так и осталась стоять, глядя на закрывшуюся за Райнером дверь и тяжело дыша. Что это означало? Он не сказал, что любит меня в ответ, но и не стал отталкивать меня. Выбрал истинную? Но тогда зачем обнял?
Его тёплый поцелуй всё ещё чувствовался где-то в волосах. Может, я для него, как дочь?
Конечно. Он ведь старше, а я только что была ребёнком. Он всё время заботится обо мне, решает мои проблемы и выручает, когда я в беде, будто несёт за меня ответственность.
Впрочем, почему будто? Наверняка он именно так и чувствует.
Ноги плохо слушались и были как деревянные. Я подошла к шкафу, по очереди распахнула несколько дверей, и в конце концов действительно нашла ночную рубашку и халат. Положила их на кровать и стала медленно раздеваться. Рана болела от каждого движения, и теперь, когда всё осталось позади, она стала болеть сильнее. Случайное прикосновение выбивало из меня слезу, и потому я долго раздевалась, а потом долго аккуратно мылась, стараясь не задевать повреждённую кожу.
Наконец, закончив, я посмотрела в зеркало и выдохнула: теперь мой вид хоть не сильно пугал, как до принятия душа. Лицо было в копоти, белые волосы изрядно запачкались, а одежда кое-где порвалась и подгорела.
Я стояла перед зеркалом и расчёсывала влажные волосы, когда в нашу комнату кто-то зашёл. Мой взгляд испуганно заметался по ванной, и я запоздало осознала, что забыла взять с собой ночную рубашку, в которую должна была переодеться, а учебная форма находилась совсем не в том состоянии, чтобы в ней выходить из ванной.
Лина? послышался голос Райнера. Схватив влажное полотенце, я быстро намотала его на себя под мышками и снова посмотрела в зеркало, пытаясь оценить, насколько этот вид бесстыден. Ты тут?
Последние слова были уже совсем рядом, и в дверь ванной кто-то постучал.
Д-да, я здесь, отозвалась я, осторожно выглядывая в комнату. Только я не одета.
Один из врачей Айсхолла действительно был здесь. Такой же молодой и крепкий на вид, как и Райнер, но оценить его возраст было невозможно. Как дракону-полукровке ему могло быть и четверть века, и три сотни лет. Я до сих пор не привыкла к такому положению вещей и каждый раз терялась, не зная, как нужно себя вести.
Это даже лучше, отозвался доктор. Он снял пальто и, бросив его на кровать, подошёл к двери ванной. Проще будет осмотреть. Вы позволите мне помыть руки перед процедурой?
Врач ожидал, глядя на меня снизу вверх, и тут я вспомнила, что в ванной на небольшой тумбочке лежала моя одежда, и в последнюю очередь я хотела, чтобы он рассматривал те лохмотья, в которые она превратилась. Поэтому метнулась внутрь, прижала к себе стопочку грязных вещей и проскользнула мимо врача, направившись к шкафу, куда и убрала этот бесформенный ворох.
Когда доктор скрылся в ванной, я подняла взгляд на Райнера.
Пожалуй, всё-таки оденусь.
И как он будет тебе рану обрабатывать?
Она почти не болит, соврала я, лишь бы только не оказываться перед незнакомым драконом совсем без одежды.
Райнер со вздохом сел в кресло и покачал головой:
Именно поэтому у тебя глаза на мокром месте?
Я не успела ответить. Переодеться тоже. Потому что доктор появился в комнате и улыбнулся на удивление мягкой для дракона улыбкой.
Присаживайтесь на стул, мисс Линаэль. Больно не будет, это я могу вам гарантировать.
Не это меня смущало, но я всё-таки села, крепче прижав к себе полотенце.
Доктор подошёл, растёр руки и поднёс ладони к обожжённой коже. От них ощущалось покалывание силы. Я опустила взгляд на собственную руку, но тут же отвернулась, чтобы не видеть это жуткое зрелище. Странно, несмотря на то, что ожоги были очень серьёзными, боль оказалась вполне терпимой. Хоть и действительно сильной.
Мисс Линаэль, у вас произошли какие-то изменения в структуре силы? спросил врач с удивлением. Я осматривал вас прошлой ночью и, как мне кажется, ваш резерв выглядел иначе.
Само собой, она ведь была в магической коме, прокомментировал Райнер, и я кивнула.
Поверьте, это мне известно получше вашего, откликнулся доктор и полез в свой саквояж, чтобы вытащить из него бинты, вату, какие-то баночки, щипцы и другие инструменты. Нет-нет, с вами точно что-то произшло. Скажите, у вас уже был первый оборот?
Я открыла было рот, чтобы ответить отрицанием, но вдруг вспомнила, как по коже бежали волны белой чешуи. И как оглушительно ревела внутри меня драконица, будто прорываясь сквозь невидимый барьер.
Не знаю.
Райнер тут же выпрямился и чуть опустил голову на бок в немом вопросе.
У нас в комнате резко вспыхнула дверь, а окна не было. Нам с Эрикой пришлось объединить свою силу, чтобы не задохнуться в закрытой комнате, и когда мы это сделали, у меня кожа начала превращаться в чешую. Если мне не показалось, конечно.
Мой голос затих, и в комнате воцарилась тишина.
Скажите, спокойно уточнил доктор. Она выглядела примерно вот так?
Задрав рукав, он продемонстрировал блеск чешуи, слишком мелкой для дракона, поэтому она казалась немного странной. Я кивнула: