Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Он наклонился, подавая мне руку. Я бессильно протянула ему ладонь. В этот раз сил или желания заглядывать ему в глаза и искать ответы не было. Голова все еще раскалывалась, позвоночник отзывался тупой болью где-то в районе крестца, и я чувствовала себя полнейшей развалюхой, как те старые ржавые машины на свалке по переработке металла.
Гарри крепко сжал мою кисть и потянул на себя. Хмурясь, он с сомнением оглядел меня, потрогал за плечи, будто я была сломанной игрушкой, которую можно привести в порядок, подкрутив несколько винтиков.
Идти сможешь? поднял брови он. Я могу тебя понести и все такое, но
Я прервала его взмахом руки и нетвердым шагом направилась к входу в столовую, благо дверь уже была открыта, и сражаться с ней еще раз не пришлось. Не хватало еще, чтобы после всех сегодняшних происшествий Гарри Томпсон нес меня на руках.
Гарри в недоумении постоял несколько секунд позади, будто в его голове совершались сложные вычислительные процессы, вроде перевода в двоичный код, и заспешил ко мне. Он подхватил меня под локоть, видимо все еще сомневаясь в том, что я способна добраться до ближайшего столика на своих двоих.
А ты любишь падать, да? добродушно заметил Гарри, провожая меня к стулу и помогая сесть.
Не то чтобы очень, так получилось.
Я уж вижу, что ты не в ладах с этой, ну, координацией, махнул рукой Гарри и посмотрел в сторону буфета.
Вообще-то это ты только что сбил меня с ног начала я, но он не дал мне договорить:
Ты что будешь? Повариха сказала, что есть еще омлет и пирожки с разными начинками. Они уже начали приготовления к ланчу, так что сама понимаешь, от завтрака мало что осталось.
Я пару раз открыла рот, будто рыба, хватая воздух, а после захлопнула и уставилась на Гарри. Есть совсем не хотелось; Гарри, открыв дверь в столовую, чуть не выбил из меня весь дух, а сейчас делал вид, будто ничего не произошло. Хотя для него, может быть, именно так все и было. Дурочка Вероника сама встала под дверью и получила по заслугам.
Он уловил изменения в моей мимике, и я подозревала, что раскрасневшиеся щеки могли выдать негодование и вместе с тем разочарование. Я постаралась привести нервы в порядок и сделала несколько глубоких, шумных вдохов носом.
Слушай, ты извини, что я тебя сбил и все такое, ладно? Я ведь не хотел совсем, наоборот, шел тебя искать, думал, вдруг тебе плохо на лестнице стало или что-то вроде того. Я же понимаю, что у тебя не все хорошо. Он виновато посмотрел на меня. Так что ты будешь? Я сбегаю сейчас, все принесу, а то и урок скоро кончится, столько народа набежит.
Сердце бешено стучало в груди, а мозг отказывался воспринимать информацию. Гарри Томпсон извиняется передо мной? Сочувственно смотрит? Похоже, сегодня на школу упадет гигантский метеорит и сотрет в порошок не только учебное заведение, но и город в целом. Может быть, ушибленный затылок и позвоночник того стоили?
Я ничего не буду, ответила я и поспешила добавить: Только воду.
Он кивнул и заторопился к поварихе. Гарри взял поднос и зашагал к зоне выдачи. Я смотрела, как он принимает из ее рук тарелки с едой, и не понимала, как вообще оказалась в столовой с Гарри Томпсоном, парнем, с которым я боялась заговорить, на которого смотрела лишь украдкой, но подмечала абсолютно каждую деталь его внешности, настроения и эмоции. Если бы в нашей школе объявили тест на знание Гарри, я бы написала его на высший балл.
Скоро действительно прозвенит звонок, и столовая наполнится учащимися, включая, конечно, Бриджит и ее свиту. Вероятно, сейчас я выглядела еще хуже, чем двадцать минут назад, когда нас с Гарри выгнал из кабинета Пинс. Я никогда не задумывалась о внешности, но внезапная перемена в поведении Гарри и сегодняшние стечения обстоятельств побуждали найти какое-нибудь зеркальце и снова взглянуть на себя.
Я вытянула шею, изо всех сил стараясь найти хотя бы одну отражающую поверхность, но тщетно. Чего я боялась, так это того, что у меня всклокоченные волосы, еще более безумное выражение лица, чем обычно, а на затылке какая-нибудь кошмарная рана. Я решила ощупать затылок, чтобы убедиться в отсутствии жутких повреждений, которые успела придумать за последнюю минуту. Едва дыша, я поднесла руку к голове, отодвинула волосы и скривилась ощущения не из приятных. Я попыталась надавить пальцами на место предположительного столкновения со стеной и зашипела, побудив нервные окончания выдать еще большую порцию боли. Почувствовав под пальцами внушительный бугорок, я почти что с облегчением вздохнула. Да, это была шишка размером с грецкий орех, но я не разбила голову, а это было уже кое-что.
Гарри вернулся к столу. Из того, что лежало на подносе, четыре слоеных пирожка с вишней выглядели наиболее аппетитно, и я даже взяла один из них и надкусила. Гарри поставил рядом с подносом две банки колы и два стакана с водой. Я с благодарностью посмотрела на него и, отложив пирожок, залпом осушила полстакана.
А говорила, что не голодная, кивнул на пирожок Гарри.
Они показались мне слишком привлекательными. Я позволила себе улыбнуться краешком губ.
Ну вот, так-то лучше, пробубнил Гарри, набивая рот пиццей, а то ты совсем никакая. Глядишь, поешь и станешь выглядеть лучше, тебя совсем не кормят, что ли?
Он тут же замолчал и осекся, продолжая пережевывать пиццу. Гарри подвинул к себе баночку с колой и открыл ее тихим щелчком, газ с шипящим звуком вырвался наружу. Гарри сделал несколько больших глотков, аккуратно отставил банку и взглянул на меня исподлобья.
Извини, я совсем не то хотел сказать. Ты просто такая, ну, худенькая и все такое, понимаешь?
Я видела Гарри Томпсона насквозь. Он вовсе не был закрытой книгой, скорее наоборот, слишком открытой, слишком легкой, как для дошкольного чтения. Я охотно верила, что он совсем не хотел меня обидеть, просто не умел контролировать слова, вылетавшие изо рта, не давал себе времени обдумывать сказанное. Зато я, наоборот, слишком много все обдумывала. Вот и сейчас я сидела совершенно обескураженная сложившейся ситуацией, не имея представления, как реагировать.
Ничего, бывает, ответила я и опустила глаза, разглядывая ногти.
Любая другая девушка на моем месте была бы вне себя от счастья: сам Гарри Томпсон пригласил ее в столовую, угостил завтраком и вел беседы. Но меня словно парализовало, я была неспособна на диалог. Серая мышь, никто и ничто, мечтавшая о самом популярном парне в школе, получила шанс, но не могла удержать его в руках. Он выскальзывал, будто дым растворяясь в воздухе.
Вероника, сказал Гарри, я понимаю, что у вас в семье сейчас трудное время, и хочу, чтобы ты знала, мы, ну, скорее, мой отец, делаем все возможное, чтобы найти Майки. Он славный парнишка, папа очень переживает. Весь город на ногах, и я тоже завтра пойду на поисковую операцию.
Я замерла. Так вот почему Гарри заступился за меня сегодня утром в кабинете мистера Пинса и прервал Бриджит. Конечно! Его отец шериф местной полиции, он головой отвечает за спокойствие в Локпорте и Лейквилле, и такое неслыханное событие, как пропажа ребенка, в захолустье, подобном нашему, не могло не всколыхнуть горожан.
Гарри просто пожалел меня, да и как сын человека, который непосредственно занимался поисками моего брата, не мог подвести шерифа и уронить свое и его достоинство. Оскорбление сестры пропавшего мальчика это же просто кошмар. Поэтому Гарри пришлось заступиться. Не потому, что он благородный принц, или не потому, что внезапно в нем проснулось чувство справедливости. Все было до банального просто он должен. Возможно, шериф даже велел ему приглядывать за мной, чтобы с бедной сестричкой пропавшего Майки ничего не случилось. Сейчас я уже не сомневалась, что до пропажи моего брата Гарри Томпсон и представления не имел, как меня зовут, а сегодня повторил мое имя почти что десяток раз, будто сам не верил в его реальность и пробовал на вкус.