Всего за 359 руб. Купить полную версию
А какой у тебя дом? интересуется она. Как у нас?
Нет-нет! говорю я и ловлю ее за руку, чтобы не пропустила стежок. Дом небольшой, прямо на вершине горы, я живу в нем с самого рождения. У меня там друзья, а еще кошка по кличке Прорва.
А мы не ходим в школу, рассказывает Шарлотта, поэтому у нас нет друзей.
Зато вы есть друг у друга, откликаюсь я, не придумав ничего получше.
Папа считает, что в школах сплошной обман. Там создают иллюзию, будто бы жизнь вовсе не скоротечна и нас не призовут к ответственности.
Сделай стежок поровнее, говорю, желая сменить тему.
Так что мы учимся сами, в библиотеке. И не только.
Замечательно. Не сомневаюсь, что вам это на пользу.
Шарлотта кивает. И как ты развлекаешься в своем домике на горе?
Пою в хоре, на церковных праздниках отвечаю за напитки и закуски. Еще состою в книжном клубе для женщин. Иногда копаюсь в саду.
И все? спрашивает эта грубиянка.
Большего мне и не надо, если ты об этом.
Разве тебе не хочется путешествовать, узнавать новое, встречаться с известными людьми или самой как-то прославиться? Ведь жизнь в таких ограничениях и сама становится ограниченной!
Зато в моем сердце она занимает много места. Если таково предназначение человека, ему следует полюбить жизнь в подобных условиях.
Мне такого не надо, говорит она. Моя жизнь будет совсем другой.
Что ж, прекрасно, а теперь переделай все стежки.
Вещи уложены. Волосы причесаны, надеваю шляпу и перчатки. Дети ушли, чтобы избежать сцены прощания.
Я: Всего тебе наилучшего, Пэдди.
П:
Я: Я предупреждала о своем отъезде, а ты ни коим образом не подготовился. Кто теперь будет присматривать за детьми?
П:
Я: Пусть тебя и судили за то, что ты оставлял Марию и еще одну сестру за старших, но Мария была мудра не по годам. В отличие от Шарлотты.
П:
Я: Пэдди, да не молчи же ты! Мне пора ехать. Я и так надолго оставила свой дом и кошку.
П:
Я: У тебя никого больше нет?
П:
Я: И нет денег, чтобы нанять прислугу, верно? Найти новую жену ты пытался, но безуспешно. А наследство моей сестры? Сумма была немалая. Все промотал?
Пэдди с беспомощным видом смотрит по сторонам, как бы пытаясь найти потраченные деньги.
А как же моя жизнь, Пэдди? мысленно добавляю я. Ты и этого меня хочешь лишить? Я не готова быть в твоем доме вечной гостьей, жить в гробу, оставшемся от сестры. Я и так уже многим ради нее пожертвовала с меня хватит.
В этот момент прибегают дети: раскрасневшиеся, тяжело дыша и перебивая друг друга, рассказывают о том, как отправились в чащу леса и встретили там монстра.
И резко застывают.
Ты еще не уехала, удивляется Эм.
Теперь я буду для вас матерью, говорю. Идите сюда, обнимемся. Теперь я ваша мама.
Полужизнь похищенной сестры
Глава, в которой четверо детей учатся и играют
Брен танцует джигу. Лотта наблюдает за ним через монокль: брат пляшет на холме, широко раскидывая руки, волосы спутались и торчат во все стороны.
Он кричит в гарнитуру: Бренуэлл Бронти мастер всех предсказаний!
Брен не до конца понимает, что значит быть шпионом.
Ты опять говоришь о себе в третьем лице, напоминает ему Лотта.
Потайное место Лотты в зарослях кустарников, неподалеку от места для пикников.
Здесь можно добыть много секретных сведений, не то что на холме у Брена.
Операция по спасению Похищенных сестер прекрасных девочек с волосами из чистого золота в самом разгаре. Сестры, то есть Мария и Элизабет, сбежали из башни, куда их еще давным-давно заточили Злобные гиганты с целью выдать замуж за уродливых дряхлых сыновей Бессмертного короля Мрачноландии. Шпионы довольны ходом операции. А вот штаны Бренни, все в пятнах от земли и травы, пребывают в крайне неудовлетворительном состоянии.
О результатах папе докладывает Брен, ведь только ему разрешается входить в папину спальню-кабинет. Чтобы изучить отчет о Бенедикте Арнольде, Этель Розенберг, Олдриче Эймсе и других кембриджских шпионах (по шпиону на каждого), отец садится за стол, высокий и широкий, прямо как он сам. Папа крупнее всех остальных мужчин, и голос его звучит громче.
Лотта подслушивает через стену, закипая от гнева: в докладе Брена недостаточно информации! И папа вынужден его исправлять!
Когда она была младше, папа застал ее в слезах и рыданиях.
Так нечестно! Я самая старшая! Это я должна приходить к тебе с ежедневным отчетом! Папа, он все время ошибается! И всех остальных выставляет дураками!
Сколько в тебе страсти, Лотта, сказал отец. Непонятно, звучало ли в его словах одобрение. Так, может, разрешим Бренуэллу чаще практиковаться, если в его отчете действительно много ошибок? И тогда он исправится.
Но мы выяснили намного больше, чем он! воскликнула Шарлотта, топнув ногой. Он не докопался до всей правды.
Вся правда иногда скрыта глубоко-глубоко внутри, ответил папа.
Я бы не стала ее прятать.
Не такой я бы хотел тебя видеть, сказал папа.
А какой же? неохотно спросила Лотта.
Добродетельной. Вот какой.
Нет во мне ничего доброго! заявила она.
Вот именно, откликнулся папа, и разговор был окончен.
За рисованием можно шпионить сколько угодно. Смотришь на всех с карандашом в руке, и как будто так и надо. Сейчас они в музее, делают наброски диорам. Эм рисует тропический лес. Из-под листьев проступают самые высокие здания в мире, часть Стеклянного города, где родились Ангелы света, и у них четыре имени, по одному на каждую сторону: Шарлемань, Бренкаччо, Эммелина и Антидот. Они готовы вступить в бой со Злобными гигантами, коварными правителями Мрачноландии. Эм рисует хрустальные тропинки и бриллиантовые дорожки, совсем позабыв о муравьях и казуарах, и вскоре диорама целиком превращается в Стеклянный город, сотканный из света. В верхнем углу, куда не дотянуться, порхают Похищенные сестры в платьях из тонкого шелка.
Только в процессе рисования Брен затихает. В остальное время внутри него крутится мотор, который заставляет ноги дергаться или бежать. А в горле работает усилитель, и Брен срывается на крик, когда можно обойтись и шепотом. Даже через наушники слышно, как он взрывает медведя-кадьяка. Ба-бах! тихонько произносит Брен. Ба-бах! повторяет он, уже громче.
Лотта его щиплет. Она срисовывает ту же диораму, так как уверена, что у нее выйдет лучше. Подглядывает к Брену: из берлоги медведя в Темных северных землях появляются обезумевшие солдаты со штыками, глаз или сердце у каждого проткнуто гигантской окровавленной стрелой. На деревьях прячутся зеленые человечки с зажатыми в зубах кинжалами. Ба-бах! кричит Брен. Сбрасывают бомбу, и всем суждено погибнуть и солдатам, и зеленым человечкам.
Тс-с!
Брен и Лотта оборачиваются. Брен приносит стандартные извинения (Простите! Виноват!), а Лотта шепчет в микрофон: замечен тролль, вызываю подмогу!
Сильнее всего поиски Похищенных сестер продвигаются ночью, ведь именно тогда пишется история о Стеклянном городе. Лотта и Брен, на правах старших, занимают верхние койки, а Эм и Энни, которым сейчас восемь и шесть, спят внизу. У всех одинаковые блокноты, которые различаются только по цвету: красный, оранжевый, желтый и зеленый, от младших до старших. Вчетвером они придумывают место действия: заколдованные и порабощенные города, островные королевства, населенные крестьянами и принцессами, мосты, которыми управляют демоны, собирающие важную информацию и заклинания. Все время появляются новые препятствия и вражеские агенты, а чтобы спасти сестер, нужно ловить преступников и приручать диких зверей с помощью магических чар и зелий; зло не дремлет, и лишь они, четыре Ангела света, четыре Гения, четыре стороны света выступают на стороне добра. И вот опять новый тролль в габардиновых одеждах и с ключами, зажатыми в немыслимо длинных, заостренных пальцах Кто же его послал? Злобные гиганты! Правители Мрачноландии! Сам Бессмертный король! Дети сочиняют истории по отдельности, каждый по-своему, пишут маленькими печатными буквами, хотя к утру Энни зачастую лежит в обнимку с Эм, зажав в руке карандаш сестры.