Всего за 164 руб. Купить полную версию
Хлябская прорва! Да чтоб тебя! Выругался и сделал шаг в сторону девки, которая убила мою истинную. Она смотрела на меня испуганными глазами и закрывалась от гнева руками. Нижняя губа её смешно подрагивала, и я на одно мгновение вспомнил её поцелуй. Очень нежный и сладкий. От этого внутри меня забурлила кровь и как будто загустела, во рту пересохло, как от нескольких бокалов Эрлинг-брю.
Сжал кулаки, схватившись за кровавую простыню, и учуял запах моей Истинной. Уже не Истинной. Уже не моей.
Проснувшийся дракон внутри меня проснулся и зашипел.
Олинда. Моя арр!
Повернул голову к своей Истинной и ничего не почувствовал. Метки на моей руке не было, у жены она тоже исчезла.
Спаси её. Попрорробуй! Рыкнул дракон внутри меня, и я почувствовал, как его глаза закрылись.
Эй, ты что! Зверюга! Очнись, произнёс я, понимая, что мои мышцы слабеют, держись, воин. Ещё не время складывать крылья, мы ещё полетаем.
Ноги почти не слушались. Резко помутнело в глазах и держась из последних сил, дракон заставил меня сесть на кровать. Что со мной происходило?
Никогда такого не чувствовал и сейчас ощущал себя полнейшим слабаком. Никчёмным существом. Грязной драконьей подмышкой.
Неужели так повлияла на меня смерть Истинной?
Взяв жену за руку, понял, что от горячо любимой женщины, полной огня и страсти ничего не осталось. Ладони были холодными, с тонкими прожилками вен. Проведя пальцами по коже Олинды, ощутил лишь отвращение: она была вялая, безжизненная, чужая.
Больше не моя.
Боль внутри разрывала моё сердце в клочья из-за страданий дракона.
Спаси её Голос дракона, почти безжизненный, почти бездыханный сводил с ума. Я понимал, что теряю своего зверя, как и свою истинную.
Но силы покидали и меня. Дотронувшись ладонью до груди моей жены, понял, что сердце уже не билось. Жизни в этом теле больше не было.
Что я мог сделать?
Как я мог спасти свою истинную?
Хотел ли я этого?
Последние годы нашей совместной жизни были кромешным адом. Вся нежность и любовь прошла, как будто её никогда и не было. Утекла сточной водой в канаву.
Изменяя налево и направо с кем попало, часто не задумываясь о том, где я проводил ночь и сколько вчера выпил, вспоминал о своей Истинной, только когда возвращался из забытья.
Я не думал ни о чём, кроме удовлетворения своих плотских утех. Мужская сущность брала своё и я не мог противиться этому инстинкту, да особо и не хотел.
Отказывая мне в том, что требовал, Олинда часто обижалась и запиралась в своей комнате. Мы не виделись по несколько дней и ночей.
Но, в определённые женские дни, будучи в диком хмелю, я врывался к жене, срывая двери и ненужные дорогие тряпки, скрывающие то, что знал и когда-то любил. И тогда я забирал своё, то что мне принадлежало по праву мужа и дракона.
В одну из таких ночей моя жена понесла. Единственный раз, за все годы нашей совместной жизни.
После этого я превратился в примерного мужа, такого, какого хотела видеть моя истинная. Я перестал пить, ходить по борделям и драться. А ещё я перестал являться к жене по ночам и домогаться её. Чтобы не навредить нашему первенцу, я начал носить Олинду на руках и усмирять свои животные потребности.
Но надолго меня не хватило, в последние месяцы перед родами, у меня так сорвало крышу, что я не смог удержать свой посох в штанах.
А всё из-за этой ведьмы, Марты. Чтоб она провалилась в Сидонайский разлом и сгорела заживо.
Ходила, трясла своими сиськами по академии, естественно, я не смог устоять. Особенно после того, что у меня не было соития много месяцев.
Откинув от себя ненужные мысли, вернулся к своей жене и понял одно. Это конец. Конец нашей эпохи с Олиндой.
Позвав своего зверя, ничего не услышал. Тишина оглушала и сбивала с ног. Я его больше не чувствовал. Истинная покинула меня, как и мой дракон.
Ну что ж, кому-то летать, а кому-то ползать
Неуклюже поднявшись, случайно задел ребёнка рукой и он полетел на пол. Реакции притупились и как бы я ни старался, поймать своего первенца у меня бы ничего не получилось. Мне, кажется, я и не старался. Всё в мире вдруг стало пустым и незначительным.
Но эта пигалица, всё ещё сидящая на полу, оказалась быстрее меня, ловчее, что ли. Поймав ребёнка, прижала хнычущий и раздражающий мой мозг, живой свёрток.
Видимо, это живое существо в комнате, так хотело жить, что сопротивлялось смерти несколько суток, не отдавая свою мелкую жизнь старухе с косой.
Адептка яростно взглянула на меня и что-то прошептала одними губами.
Ещё одна ведьма.
Плевать!
Это ты во всём виновата, проклятая! Дёрнулся к ней, чтобы закончить начатое, но нога стала, будто бы ватной и больше не слушаясь меня, зацепилась за деревянную ножку кровати.
А дальше было фееричное падение и сильный удар головой о мокрый пол, после которого я отключился и возблагодарил драконьего Бога за то, что он наконец-то забирает меня к себе.
Глава 8
Я держала в руках ребёнка и смотрела на то, как ко мне приближается этот неадекватный мужчина. А потом он упал. Громко и эффектно. Ударившись головой настолько сильно, что мне показалось, что лорд разбил себе лицо и, возможно, сломал нос.
Отложив от себя ребёнка, подвинулась к лорду Нордену и в первую очередь проверила его пульс. Вздохнув с облегчением, поняла, что он есть. Слабый, еле прощупываемый, но самое главное Норден был жив.
Значит, пора бежать за помощью!
Ведь судя по тому, что происходит в замке, стоит отправить из этой комнаты хоть кого-нибудь, он сразу же пропадает.
Поднявшись, увидела на полу свою сумку с инструментами. Как я могла забыть о том, что лорд Норден принёс её по моей же просьбе? Открыв её, обнаружила в ней стандартный набор акушерки, учащейся в магической академии. Перетряхивая сумку, откладывала катетеры и пинцеты в сторону, но ничего подходящего, чтобы привести в чувство хозяина этого замка не было.
Что здесь происходит? Услышала я мужской голос и подняв глаза, поняла, что передо мной стоит управляющий этого замка, а рядом с ним незнакомый мужчина, в форме полисмена.
За ними кучкой толпились знакомые мне акушерки. Они смотрели на ситуацию во все глаза и не спешили произнести ни слова.
Лорд Норден без сознания, я пытаюсь привести его в чувства. Отчеканила спокойно, как и учил мой наставник. Но в моей сумке ничего нет. Можете сами посмотреть.
Она его убила! Крикнула одна из женщин.
Как и его истинную. Вторила вторая. Посмотрите, может, она и ребёночка задушила, что-то он не подаёт признаков жизни.
Я крутила головой, не понимая, что здесь происходит? Они что с ума все посходили? Нет! Этого просто не может быть.
Вдруг управляющий выдернул из моих рук сумку и прошёл до своего лорда. Наклонился и проверил пульс.
Он жив, пока но я не знаю, что с ним сделала эта хм дамочка? Обратился он к полисмену, который продирался через окровавленные полотенца и простыни к умирающей женщине. Смотрите, уважаемый, что я нашёл в её сумке.
Ничего не трогать, это место преступления! Рявкнул мужчина в форме. Поставьте сумку на место и не берите ничего, без моего разрешения.
Простите. Поднялся с корточек и обошёл кровать с другой стороны. Взглянул на роженицу и сморщился, видимо, от омерзения. Бедная, бедная леди Норден! Я скорблю больше всех. Она была хорошей женщиной и лучшей хозяйкой этого замка, пока она посмотрел на меня так, словно старалась уничтожить.
Я её не убивала, в отличие от них. Кивнула на стайку акушерок. И кстати, если вы не поторопитесь, этот замок останется ещё и без хозяина лорда Нордена.
Вы бы лучше побеспокоились о вашем нынешнем положении. Оно. У вас незавидное, мягко говоря. А лекарь уже в пути и скоро будет в замке.
Девушки, заберите кто-нибудь ребёнка! Обратился управляющий к акушеркам и прихватив двумя пальцами полотенца, в которое был завёрнут новорождённый, весь скукожился и мне показалось, что его сейчас стошнит. Лицо его выражало одно неприязнь. И он этого не скрывал. В соседней комнате всё подготовлено для того, чтобы привести ребёнка в порядок.