Всего за 199 руб. Купить полную версию
Учеба началась с рисования на земле палочек и кружочков. За ним последовали урок стрельбы из лука, изготовление простых стрел и урок фехтования. Последний сделал Бернарда особенно счастливым. Стоило упомянуть о волках, Милена тоже отнеслась к фехтованию со всей серьезностью.
Неделя уроков пролетела. Если не считать коротких походов за дровами и перерывы на еду, дети с утра до вечера вместе учились писать, стрелять и фехтовать. Только вместо тренировки внимания Бернард бегал, петляя между соснами.
За это время старик вырезал из обычной сосновой палки волшебную палочку и покрыл ее множеством мелких надписей. Поверх этого он покрасил палочку коричневой краской, которую сварил из коры разных кустарников.
Наконец этот день настал. Старик повел Милену к спрятанному в снегу мясу, показал, как направлять на него холод, и сказал:
Возможно, ты удивляешься, почему я ничего не объяснял, пока работал. На самом деле и дерево, и чернила, и краска тебе совсем не подходят. Тем не менее, я нанес много рун. В целом эта палочка считается средней по качеству. В разных лавках такая может стоить от пятидесяти серебряных до двух золотых.
Ого! воскликнул Бернард.
Не так все просто, покачал головой старик. У всех разные стихии и стиль боя. Палочка может годами ждать своего покупателя. Поэтому, принеся лавочнику десяток, я смогу получить около пяти серебряных за каждую. Если вычесть отсюда плату за жилье в городе, еду и материалы, останется около серебряной монеты.
Все равно серебряная монета за неделю работы намного больше, чем у крестьян! с восхищением воскликнула Милена и тут же свела брови: Тогда почему ты по холодному лесу бродишь, а не живешь в теплом доме в городе?
Многие волшебники всю жизнь пользуются одной палочкой. Новые палочки покупают разве что подросткам. Поэтому я и зовусь оружейником, а не палочником. Кстати, дорогое оружие тоже ведь не каждый сможет купить. Вот и приходится путешествовать. И материалы дешевле самому искать. Так я со временем и привык в лесу жить. Но мы отвлеклись. Бернард, смотри молча. Милена, попробуй сосредоточиться, как я учил, и изобразить руну холода волшебной палочкой.
Девочка кивнула и взялась за дело. Бернард поначалу смотрел на кучу, но ничего интересного не происходило. Разве что откуда-то прилетел комар, покружил над кучей и полетел дальше.
После множества попыток капелька на ветке, которой укрыт снег, замерзла. Милена неуверенно спросила:
Дед, у меня получилось или это просто так похолодало?
Немного точно получилось. Для пущей уверенности есть надежный способ. Воткни несколько мокрых хвоинок, а холод направляй только на одну из них. Можно еще на край лужицы нацелиться. Но полезнее вообще не обращать внимания на результат. Просто повторяй, пока не начнешь часто отвлекаться.
Тогда я пойду мечом махать, Бернард сразу воспользовался возможностью сбежать от скучного наблюдения за сестрой.
Прошла еще неделя. Старик объявил, что пора от палочек и закорючек переходить к буквам. Перья они взяли настоящие, вороньи. Чернилами служил отвар разных растений. Вместо бумаги старик велел писать на толстых палках.
Неудобно, но дети уже видели, как он писал на тонкой волшебной палочке. А начали они с языка Арахума, чтобы дети заодно запоминали слова, которые пишут.
Через месяц Милена уже вполне заметно охлаждала воду, а попыток за пять подряд могла заморозить небольшую лужицу. Старик хвалил ученицу, а ее такие результаты совсем не впечатляли. Брата тем более.
Другое дело, что Милена научилась наносить на стрелы руну скорости. Конечно, полтора месяца боевых тренировок тоже не прошли даром. Вместе с новыми луками, которые для обоих сделал дед, точность детей заметно выросла.
Сейчас у Милены одна из шести стрел попадала в белку. У Бернарда, который уделял луку главное внимание одна из четырех. Вполне достаточно, чтобы не остаться голодными. Жаль только, что белки редко спускались достаточно низко для юных охотников.
Как только запасы мяса закончились, хотя во многих низинах еще стояли обширные лужи, старик снова начал ходить на охоту. Зайцев без снега выследить сложнее, зато утки вернулись из теплых краев. Дети ни дня не голодали.
Еще через месяц, когда заметно потеплело, Милена добавила на каждой своей стреле к руне скорости руну остроты. К этому времени ученики освоили все буквы языка Арахума и выучили несколько сотен слов. Старик объявил, что пора идти дальше.
Теперь он учил детей премудростям охоты, свойствам целебных и полезных для оружейника трав, не забывая о тренировках. А еще интереснее, когда он сначала на общем имперском, а затем на языке Арахума рассказывал о жизни в разных землях.
Тем временем граф Игнатий успел набрать стражу и проводить имперскую армию. Только теперь он мог сказать, что на ближайшее время проблемы решены. Во-первых, то зерно, которое еще оставалось в замке, захватчики не тронули. Во-вторых, в покоях графа остались серебряные подсвечники, несколько картин в позолоченных рамах и все украшения, кроме короны.
Новым начальником городской стражи стал Марсель единственный бывший стражник, который согласился работать за еду. Замок теперь охраняло всего два стражника у входа. По городу ходило шесть патрулей по два человека. У городских ворот дежурило еще четверо.
Намного меньше прошлого, но порядок в столице сохранить удалось. Если точно, граф принял примерно треть пришедших в поисках работы. Формально он проверял и силу, и умение пользоваться оружием, и задавал несколько вопросов каждому.
На деле Игнатий полагался в первую очередь на интуицию. Лучше иметь мало стражи, которая защищает народ, чем много, которая его обижает.
Под охраной стражи граф объявил о налоговой реформе. Во-первых, все старые налоги увеличились в полтора раза, кроме налога с угольщиков, без которых нельзя выплавить железо или согреться даже в подземном городе. Во-вторых, вводится запрет на охоту, за исключением тех, кто купил лицензию на год. Фактически это объединяло налог на охоту и учет охотников. В-третьих, каждый, кто не заплатит налог вовремя, будет отрабатывать его на тяжелых работах.
Управляющим баронов Игнатий лично написал письма с копией приказа о том, что они должны предоставить сто золотых имперского налога и еще двадцать местного. Как они их соберут, в империи принято оставлять на усмотрение баронов.
На первый взгляд казалось, что жизнь в графстве станет намного тяжелее. На деле новые чужеземные графы подняли налоги примерно в два раза. Это давало Игнатию надежду, что народ не станет разбегаться из Валуи. Скорее от соседей сюда придут.
А хорошо ли это для графства?
Игнатий в очередной раз надолго задумался: «Чем занять нищих и голодных, которых и так собралось слишком много?» Тут ему в голову пришла гениальная идея. Вечером, уже после ужина, граф пригласил к себе жену и сына и сказал:
Анатолий, когда-нибудь ты станешь графом. Ты уже знаешь, что все залежи руды в нашем графстве либо закончились, либо принадлежат баронам. В городе собралось много бедняков, которым нужна работа. Подумай, чем полезным их можно занять.
Я слышал, что летом в империю вообще не проехать, а зимой очень тяжело из-за морозов и метелей. Почему бы не сделать дорогу? немного подумав, ответил сын.
Согласен, это будет полезно, с довольной улыбкой кивнул отец. А что еще?
Можно построить шахту на ничейных землях и послать их туда.
И это верно. Думаю, ты станешь хорошим графом.
Осталась маленькая проблема. Чем заплатить людям? Зерна в закромах замка точно не хватит. О том, что такое голодный бунт, граф знал из истории. Очень не хотелось узнать это на личном опыте. Он целую ночь то засыпал, то просыпался и возвращался к этой проблеме.