ВИН Александр - Оскар стр 9.

 Найдут?

 Вряд ли По её родным местам немцы сильно прошлись, никого не жалели.

Вышли на воздух.

Мария и Томка присели на тёплые каменные ступеньки крыльца, бабушка Александра осталась стоять рядом с ними, опёрлась на деревянные перила, изредка посматривая из-под ладони на сверкающий залив.

Сосны пахли смолой.

Мария куснула сухую травинку.

 А чего тут такое с водой-то творится? Ну, для питья которая? Вроде возле каждого дома колодцы, а командир воду в бидонах таскает из райцентра?

Бабушка Александра покачала головой.

 Неизвестно что. Вчера он какого-то врача из райцентра привёз, воду из всех здешних колодцев в поллитровки набрали для изучения и увезли. Говорит, пока проверят, то да сё Приказано из бидонов пить.

 Зараза какая?

 Боятся отравы. Немецкой. Говорят, что в городе много колодцев по весне было отравленных. Вроде как немцы, перед отъездом, перед тем, как их отсюда, из области, вывезли, всю воду питьевую отравили. Скотину порезали, дохлятину тоже в колодцы бросали. Не знаю А здесь-то, в посёлке, такое очень даже возможно! Особенно после позавчерашних событий.

 Чего произошло?

Было тихо, тепло, солнечно.

Никому не хотелось говорить о трудном или плохом.

Бабушка Александра вздохнула.

  С утра наши солдаты в посёлок приехали, с оружием, три машины, для эвакуации. И две пустые для вещей немцам. Мы уже были здесь, выгрузились своим табором на берегу, несколько семей, и те парни, которые астраханские, тоже были. Сидели, ждали.

Никто никого не предупреждал. Как только машины пришли, немецкие мужики бросились к своим лодкам, начали их рубить, борта, верёвки, мачты, вёсла. Сети начали обливать керосином! Наши, кто помоложе,  на них, в драку, с кулаками, с кольями. Солдаты из комендантуры, которые приехали, начали стрелять вверх из автоматов, прикладами молотили немцев, отгоняли от них наших. Бабы кричали на весь берег, детишки плакали. Саньку мы замотали в платки, в тряпки, ничего не показывали. Зоя мальчишку сторожила.

Один немецкий дед, высокий, совсем тощий, седой, когда начали выносить вещи из его дома и грузить в машину, заревел в голос, начал бросаться со слезами на солдат. Вдобавок рядом, возле дома, собака лаяла на привязи большая, громкая. Дед отвязал эту огромную собаку, та бросилась на одного нашего. Ну, старшина в возрасте, пальнул по ней из автомата. Снял с плеча автомат и дал очередь.

У того деда глаза совсем белые стали, выпученные, пена изо рта пошла. Он с топором всё время был, как раз рубил днище своей лодки, чтобы нам не досталась. Ну и бросился на этого старшину сзади. Порубил бы нараз нашего мужика, но солдатик один, совсем ещё молоденький, тоже из комендантского взвода, из винтовки деду прямо в грудь взял, да и выстрелил. Бабы, знамо дело, снова, ещё громче все заорали. Парнишка какой-то немецкий, тоже бросился на солдат, царапался, кусался, визжал чего-то такое. Оттащили его, мальчишка вырвался и в лес убежал.

Солдатик долго ещё стоял после этого, трясся, весь бледный. Старик похрипел, похрипел и умер. Военные его в кузов, вместе с вещами погрузили и уехали. Собака до вечера мёртвая перед домом валялась.

Бабушка Александра вытерла передником глаза.

 А потом?

В ужасе округлив глаза, Томка держала ладошки у рта, смотрела на бабушку.

 Что?

 Ну, с собакой-то?

 А-а Не знаю. Пропала она. Утром уже её там не было. Может, кто-то из немцев напоследок в колодец бросил, не знаю После этого нам и сказали воду пока только привозную, из бидонов, пить.

Дед немецкий, тот самый, полоумный, которого потом-то застрелили, ещё что успел учудить поджёг свой сарай, а к дому его бабы не допустили. Сарай крыт камышом, вспыхнул сразу! Потушили его кое-как, старались, чтобы огонь не перекинулся на другие дома, из колодца таскали воду. Из горелого места дым шёл ещё сутки, наши, соседи, тоже приезжие, заливали понемногу его всю ночь.

В сарае там стоял старый конь, огромный такой! Дед мой успел вывести его на воздух, привязал к дереву, чтобы дымом не надышался, сено потом ему нашли, дали. Потом наши мужики коня куда-то увели.

В ближних соснах зазвенел детский голосок.

По тропинке от залива к дому подошли Зоя и Санька.

Мальчишка поставил ковшик с водой на ступеньку, устало вытер лоб рукавом тельняшки, сплюнул на песок. Справился деловито:

 Ну, как тут у вас? Моя Ритка не буянила?

 Нет, нет! Она без тебя такая смирная!

 То-то же

И тут же Санька расплылся в улыбке.

 Баба, а Зойка разрешила мне прямо в сандаликах в воду заходить! У берега мутно было, а подальше вода чистая! Мы там набрали!

 Молодцы! Какие же вы у нас молодцы!

Бабушка Александра потрепала Саньку по светленьким волосёнкам.

 И как вовремя ты воду-то принёс! У нас же вся работа без воды встала.

 А то.

Санька чуть отвернулся и снова небрежно сплюнул.

Зоя наклонилась, потрогала ногу у колена.

 Что такое?! Снова больно?

 Не-а, бабушка! Просто оцарапалась, саднит немного! Как к заливу идти, через песок, там кусты жуть какие колючие!

В большой комнате бабушка Александра поставила у порога ведро с водой и тазик.

 Маша, давай ты начнёшь по-мокрому протирать, ты помоложе, а я с Тамарой насухо уже пройдусь?

 Хорошо.

С полами закончили быстро.

Зойка принесла из бабушкиного дома ещё одну скамейку. Сообща расставили в большой комнате мебель, полюбовались.

 Всё хорошо.

 Ох, вспомнила!

Бабушка Александра шлёпнула себя по лбу.

 Сейчас, девчата, вы пока отдыхайте, а я до себя добегу, одну важную вещь позабыла.

 А я?

Санька тоже хотел куда-то немедленно бежать.

 Ты пока побудь здесь, я на минутку

 Можно я буду жуков ловить?

 Можно, можно! Только далеко от Зои не отходи, ладно?

 Ладно.

Пообещав, белобрысый Санька немедленно умчался в ближние сосны.

Вышли опять на крыльцо, сели на ступеньки, полюбовались на высокое солнце над заливом.

 Водички не хотите?

Томка подхватилась, мигом притащила из дома чайник и стакан.

 Кипячёная.

Действительно, совсем скоро вернулась бабушка Александра.

 Вот! Из дома везла, сама не знаю зачем, а вот, видите, пригодились!

 Что это?

Томка с любопытством сунулась разворачивать матерчатый свёрток.

 Да шторы это! Из нашего старого клуба! Перед самой войной завхоз дала мне их домой постирать, а назавтра утром немцы в город пришли Собирались в суматохе, вот я их нечаянно и прихватила.

 А зачем они здесь? На окна, солнце закрывать?

Томка, нахмурив брови, с небрежным недоумением тискала тёмно-красные полотнища.

 Экая ты, девонька! Сразу видно, что мало ещё пожила!

Бабушка Александра ласково обняла Томку.

 Сделаем из них скатерть в президиум! Настоящее мероприятие получится!

 Ого!

Мария с восхищением покачала головой.

 А мы бы и не додумались!

Неподалёку невидимый и закалённый Санька громко кричал на непокорных жуков.

Настоящий день только начинался.

 Быстро же мы тут с вами управились

 Ещё целый час ждать.

Опять солнечное крыльцо, тёплые ступеньки.

Бабушка Александра нашла в кладовке какие-то старые пальтухи, вынесла их, разостлала поровней.

 Садитесь. Так вернее, не на голом же камне сидеть.

 Бабушка, а я тоже, когда вчера ходила на берег, оцарапалась об эти кусты. Их здесь так много! Немцы что, срубить эти колючки не могли?! Устроили бы субботник и весь посёлок очистили бы!

Справившись с делом Томка рассуждала совсем по-хозяйски, на перспективу.

Бабушка Александра подтянула потуже узелок своего платка.

 Зачем рубить? Не всё, что неприятное, так сразу и рубить нужно. Кусты эти полезные, наш районный агроном в огороде у себя выращивал для науки и для удовольствия. Это облепиха.

 Как красиво! А как же так получается?!

 Что тебе ещё не так?

Томка развела руками.

 Название у кустов наше, русское, а растут они здесь, у немцев?!

 Везде они растут, где жизнь для них подходящая. И люди так же Вот мы с тобой, с Марией тоже облепихи. Где довелось заново жить там и начинаем