Всего за 408 руб. Купить полную версию
Разведка дело опасное и трудное. Подползают на животе к позициям врага, перерезают ножницами колючую проволоку и захватывают «языка». Иногда часами лежишь не шелохнувшись, одно неосторожное движение и небо освещается ракетами, а по смельчакам открывают пальбу. Солдаты жалели Матиуша он был маленький и слабый и чаще брали с собой Фелека. А Матиушу было обидно.
Теперь Матиуш стал незаменим в отряде. То патроны отнесёт дозорным, то пролезет под колючей проволокой и подползёт к неприятельским окопам, а два раза даже во вражеский стан пробирался.
Переодели Матиуша пастушонком. Он подлез под колючую проволоку, прошёл версты две, сел перед разрушенной хатой и притворился, будто плачет.
Мимо шёл солдат, увидел его и спрашивает:
Ты чего плачешь, мальчик?
Как же мне не плакать? отвечает Матиуш. Дом наш сожгли, мама куда-то пропала
Матиуша отвели в штаб, напоили горячим кофе И ему стало не по себе: его накормили, куртку старую дали, потому что он дрожал от холода (для отвода глаз свои нарочно надели на него всякую рвань), а он обманет их, предаст. За добро отплатит злом.
И Матиуш про себя решил ничего своим не говорить. Пусть считают его дурачком и не посылают больше в разведку. «Не хочу быть шпионом», подумал Матиуш.
Но тут его вызвали к офицеру.
Как тебя зовут, мальчик? спросил офицер.
Томек.
Слушай внимательно, Томек, что я тебе скажу. Ты можешь оставаться в отряде, пока не вернётся твоя мама. Тебе выдадут обмундирование, котелок, деньги, еду будешь получать из полевой кухни. Но за это ты должен пробраться к врагам и разведать, где у них пороховой склад.
А что это такое? Матиуш прикинулся простачком.
Его повели в пороховой склад, где хранились снаряды, бомбы, гранаты, порох, патроны.
Понял теперь?
Понял.
Так вот узнай, где находится у них такой склад, возвращайся и расскажи нам.
Хорошо, согласился Матиуш.
Офицер на радостях подарил Матиушу плитку шоколада.
«Ах вот вы какие! Матиуша перестали мучить угрызения совести. Лучше быть шпионом у своих, чем у врага».
Его вывели на дорогу и дали несколько залпов в воздух, чтобы сбить противника с толку.
Довольный, возвращался Матиуш к своим. То на животе ползёт, то на четвереньках и жуёт шоколад.
Вдруг бах-бах! Это свои открыли по нему огонь. Солдаты заметили: кто-то крадётся, а кто не знают.
Выпустить три ракеты! приказал поручик, взял бинокль и, направив его в ту сторону, даже побледнел от страха. Прекратить огонь! Это Вырвидуб возвращается с задания.
Без помех вернулся Матиуш к своим, рассказал что и как. Поручик немедленно позвонил артиллеристам, приказал прямой наводкой бить по пороховому складу. Артиллеристы двенадцать раз промазали, а на тринадцатый попали прямо в цель. Раздался грохот, пламя полыхнуло до неба, всё заволокло дымом даже дышать стало нечем.
В неприятельских окопах поднялась паника. А поручик взял Матиуша на руки, подбросил вверх и три раза прокричал:
Молодец, Томек! Молодец! Молодец!
Всё хорошо, что хорошо кончается. С той поры в роте ещё больше полюбили Матиуша. Солдатам в награду выдали бочку водки, и они три дня и три ночи спали спокойно ведь у противника не осталось ни одного снаряда. Поручик даже разрешил вылезти из окопов поразмяться. Враги злились, но сделать ничего не могли.
Снова потянулись однообразные военные будни. Днём занятия с поручиком, наряды, дежурство, перестрелка. А когда затяжные осенние дожди размывали земляные укрепления, Матиуш выходил с лопатой на работу.
«Странно, я мечтал изобрести увеличительное стекло, чтобы взорвать на расстоянии неприятельский пороховой склад. И мечта сбылась, хоть и не совсем так, как я думал».
Миновала осень. Наступила зима.
Выпал снег. Солдатам выдали тёплое обмундирование. Кругом стало тихо и белым-бело.
В это время Матиуш усвоил ещё одну важную истину. Солдаты не могут вечно сидеть в окопах, иначе война никогда не кончится.
Пока на фронте было затишье, в столице кипела работа: в главном штабе разрабатывали план наступления. План заключался в следующем: собрать все силы в кулак, внезапно ударить по врагу и прорвать линию фронта. Противнику волей-неволей придётся отступить, потому что в прорыв устремятся войска, зайдут с тыла и начнётся бой не на жизнь, а на смерть.
Поручику присвоили зимой звание капитана. Матиуша наградили медалью. Как он обрадовался! Их отряд дважды отмечали в приказе по армии за отличное выполнение боевых заданий.
Как-то к ним в окопы явился важный генерал и зачитал приказ:
«От имени его величества короля Матиуша Первого выношу роте благодарность за уничтожение вражеского порохового склада и за отвагу, проявленную в боях за Родину. Возлагаю на роту почётное и тайное задание: с наступлением тепла прорвать линию фронта».
Это было большой честью.
Начались тайные приготовления. Подвезли снаряды, пушки. За передовой стояла наготове конница.
Солдаты поглядывают на солнышко. Ждут не дождутся тёплых дней. Так и рвутся в бой!
Капитан придумал такую хитрость: чтобы ввести в заблуждение врага, будто у них мало сил, послать в атаку сначала только половину роты. Пусть постреляют для вида и возвращаются в окопы. А на другой день выступит вся рота и опрокинет легковерного противника.
Сказано сделано.
Полроты пошло в атаку. Перед атакой капитан приказал артиллеристам открыть огонь по проволочным заграждениям, чтобы прорвать их и облегчить путь пехоте.
Вперёд! скомандовал капитан.
Ох, до чего хорошо вырваться из затхлых, сырых окопов, мчаться во весь дух и кричать: «Ура! Вперёд!» Враги увидели прямо на них с винтовками наперевес бегут солдаты и до того испугались, что даже не стреляли. Наши уже добежали до разорванной снарядами колючей проволоки, но тут послышалась команда к отступлению.
Матиуш с ещё несколькими солдатами забежал слишком далеко, не услышал команды и попал в плен.
Неприятельские солдаты в отместку за свою растерянность и страх издевались над пленными:
Ага, струсили! Бежали как ошалелые, орали, будто невесть сколько их, а нас увидели давай бог ноги!
Опять шёл Матиуш в штаб, только не переодетый, как в прошлый раз, а в шинели. Теперь он был военнопленный.
Ага, попался, голубчик! узнав его, злобно воскликнул офицер. Это из-за тебя взорвали зимой наш пороховой склад! Теперь ты так легко не отделаешься Солдат отвести в лагерь для военнопленных, а мальчишка, как шпион, будет повешен.
Я солдат! запротестовал Матиуш. Вы имеете право меня расстрелять, но не вешать!
Ишь какой умник выискался! То он Томек, то солдат. Нет, голубчик, теперь-то мы тебя повесим как предателя.
Права не имеете! настаивал на своём Матиуш. Тогда я тоже был солдатом. Перешёл фронт по заданию командира и нарочно сел перед разрушенной хатой.
Ну, довольно болтать! Отвести его под усиленной охраной в тюрьму. Военный суд завтра разберётся. Если ты и вправду был солдатом, может, повезёт тебе получишь пулю в лоб, хотя я предпочёл бы тебя вздёрнуть.
На другой день состоялся суд.
Я обвиняю этого мальчика в том, сказал на суде офицер, что он зимой выследил, где находится наш пороховой склад, и донёс врагу. Неприятельская артиллерия двенадцать раз промазала, на тринадцатый попала в цель, и склад взлетел на воздух.
Признаёшь ли ты себя виновным? спросил седой генерал-судья.
Нет! Всё было не так. Этот офицер сам показал мне пороховой склад и велел разузнать, где у нас хранятся порох и снаряды, и донести ему. И в награду дал плитку шоколада Разве я не правду говорю?
Офицер покраснел. Местонахождение пороховых складов военная тайна, и он никому не имел права выдавать её.
Меня послали в разведку, а ваш офицер хотел сделать из меня шпиона.