Всего за 299 руб. Купить полную версию
Как же вам повезло! аж подпрыгнула Ольга. Я тоже хочу туда, может меня отпустят на Ключи?
Лучше учись хорошенько, а там посмотрим, улыбнулся Попков, Так что осенью я буду на вулкане Ключевском!
А письма куда писать? спохватилась Ольга, удерживая его.
На Ключи, на ходу ответил Попков. До востребования!
Глава 8. Напутствие
Ещё утром Виктор Попков попросил своего преподавателя доцента Бориса Пийпа встретиться перед своей поездкой на вулканостанцию Ключи и обсудить все сложности предстоящих исследований. Борис Пийп очень переживал за своего студента Попкова.
«Справиться ли он? думал он. Ведь ему предстоит исследовать Ключевской вулкан, а он так молод и горяч! Может натворить на вулкане всякое. Правда, Влодавец отзывался о нём неплохо, но предупредил меня о его бесшабашности и мальчишеском бесстрашии, а это всегда чревато последствиями. Сколько погибало людей на вулканах, множество таких храбрых и бесстрашных. Вот и сейчас, где он пропадает? Ведь договорились же о встрече».
И вдруг в кабинет влетел Виктор Попков и закричал:
Борис Иванович, я придумал!
Что придумал?
Мы скрутим из проволоки каркас, на него уложим асбестовые листы, и это будет наш плотик, с которого мы и с Ивановым будем производить замеры лавы, сползающей по склону вулкана. Как я придумал?
Неплохо, только нужно сделать плотик на ножках, чтобы ветром продувался. Тогда на него можно вставать и делать измерения, не то сгоришь. Ведь температура лавы в начале её выброса из кратера более +1000 градусов.
Проветривание, конечно, сделать надо, но как? призадумался Попков. Ведь ножки плотика провалятся в корку лавы.
Да, получается сложно! покачал головой Пийп. Не делать же двойной плотик, да и как его везти в Ключи? Надо думать. Слушай, может, с середины потока начнёте измерение лавы?
Ну, уж нет, сразу парировал Попков. Надо узнать температуру лавы по всей её длине. В крайнем случаи, буду чем-нибудь черпать лаву и в сторонке измерять её температуру.
Трудно вам будет, но я надеюсь на успех. И особо не рискуй, ты же едешь начальником станции и за всё в ответе, предупредил его Пийп.
Справлюсь, Борис Иванович! Нам же с Ивановым выдали асбестовые ботинки и костюмы из асбестовой ткани, так что не сгорим. А ещё надо бы достать очки для сталеваров или щитки для защиты глаз, а так я собрался и готов к экспедиции на вулкан.
Очки я постараюсь достать, успокоил его Пийп, но ты думай, крепко думай!
Через два дня я уезжаю, вставая, улыбнулся Попков. Там на месте что-нибудь придумаем!
Желаю тебе удачи, проговорил Пийп. Эх, как бы я хотел поехать на вулканы, но Заварицкий не отпускает.
Глава 9. Извержение
В октябре 1938 года в Ключи прибыла третья смена вулканологов во главе с исполняющим обязанности начальника Виктором Попковым и расположилась в здании Камчатской вулканологической станции. Попков не утерпел и сразу выбежал из дома в тундру. Погода стояла ветреная и прохладная, и он радовался своему возвращению в Ключи. Перед ним далеко-далеко на горизонте виднелись, покрытые снегом, величественные вулканы и, нависшие над ними, тёмные тучи. В осенних красках лежала тундра пока ещё в цветах, кое-где взлетали птицы, а сухой воздух был настолько кристально прозрачным, что хотелось кричать. И Попков закричал:
Какая красота кругом! Какие вулканы сгрудились над тундрой.
Неожиданно из-за бугра в метрах двухстах от Попкова показался «хозяин тундры», мохнатый медведь. Неторопливо переваливаясь, он ходил взад-вперёд, и время от времени, поднимая голову, наблюдал за «гостем». Попков, радуясь встречи, пошёл в его сторону: «Никак знакомый мишка, которого мы подкармливали в прошлые годы». Но «мохнатый» помотал башкой, развернулся и лениво скрылся за буграми.
«Эх, не познакомились, улыбнулся Попков, но ты, мишка, придёшь к нам в гости? Придёшь!»
Вот они вулканы, кричал он в тундру, и краса-природа, создавшая их!
Виктор Попков ещё долго бродил по тундре, долго всматривался в притихший вулкан Ключевской, и вдруг у него вырвалось:
Я приехал к тебе вулкан. Что уснул? Лишь твой прорыв Билюскай чадит, а тебе пора бы самому показать свою силу! А теперь в Ключи и спать!
***
Ночью здание вулканостанции Ключи вдруг затрясло от гулких ударов.
Что это? вскочил с постели Виктор Попков, и первым выскочил из здания станции.
Он увидел, как конус вулкана, проснувшийся на склоне Ключевской сопки, стал выбрасывать снопы искр с белым дымом, который застилал уже половину светлеющего неба.
Вулкан ты меня услышал это настоящее извержение! радостно кричал он.
И всё это очень похоже на далеко рвущиеся снаряды, за минуту более 20 взрывов, подсчитал Попков и обернулся к своему товарищу. Слышишь?
Ещё как слышу, ответил химик Илья Иванов, выбежавший вслед за ним. Это взорвался прорыв Билюкай на Ключевской сопке. Помню, как мы ещё в начале февраля наблюдали за его извержением с Меняйловым и его женой Набоко во вторую смену нашей экспедиции.
Собирайся, а я побегу за камчадалами, ответил Попков, надевая тулуп. Пусть готовят нарты, и мы с тобой отправимся на прорыв в склоне вулкана.
Ночью выпал снег, а утром вулканологи стали готовиться в поход.
Илья, крикнул Попков в открытую дверь, не забудь свой ящик с приборами и химикатами, а я уже с вечера собран.
Сам чего-нибудь не забудь! проворчал Иванов.
Бог ты мой, какой вид! кричал Попков, садясь с Ивановым на нарты. Славно чадит!
Ты видишь, какой столб пламени взмыл вверх! радостно вторил ему Иванов, обняв камчадала-каюра.
То проснулся Билюкай повелитель диких оленей, ответил камчадал и покачал головой. Он грозит и может убить!
Как страшно, захохотал Попков
Но его перебил Иванов:
Смотри и радуйся на покровителя оленей.
И он крикнул каюру:
Трогай!
Молодые учёные покатили на собачьей упряжке к прорыву, образовавшемуся на склоне Ключевского вулкана. День выдался яркий, солнечный. Искрившийся снег скрипел под полозьями нарт, а камчадал только покрикивал на собак:
Хо, хо!
Собаки, радуясь чудесному дню, дружно неслись к сопкам.
Объезжай Ключевской вулкан, приказал камчадалу Попков, и правь поближе к его северо-восточному склону.
Заметив, как напрягся камчадал, Попков успокоил его:
Да, не бойся ты. Скоро мы остановимся, а дальше на Билюкай пойдём пешком.
Когда учёные, чертыхаясь, забрались на склон, то обомлели.
Видишь, какое грандиозное извержение? заметил Попков.
На склоне вулкана, где-то около километра, произошёл прорыв лавы, подтвердил Иванов. Наша мечта сбылась, и мы с тобой увидим лаву! Живую лаву!
Вот только бы нам добраться до лавового потока, вглядывался в расщелины вулкана Попков. Видишь, огненная река показалась на склоне сопки, и ползёт, как змея.
Красиво! ответил химик Иванов. Поднимемся и возьмём пробы.
Что ж, тогда здесь будем ставить палатку, распорядился Попков. И начнём разведывать сам склон, а когда лава достигнет середины, то исследуем и её.
Как же я мечтал об этом! кричал Иванов. Ты знаешь, Виктор, сколько в лаве химических элементов?
Много, тоже радовался Попков, и нам с тобой Илья, действительно повезло. Это ведь первый в России активный лавовый поток вулкана. Мы измерим его химический состав, температуру, скорость, вязкость, и это будет впервые.
***
Ранним утром исследователи пошли по склону вулкана. Подъём был пологим, и они шли медленно и могли спокойно разговаривать.
Виктор, расскажи о своих «подвигах» в науке, попросил Иванов. И как выбился в начальники?
Попков остановился и заулыбался:
Началось с того, что я, набравшись смелости, напомнил академику Левинсону-Лессингу, моему научному руководителю, о его же высказываниях, что пора переходить от сезонных камчатских экспедиций к постоянным. Меня за эту инициативу отправили в первую смену экспедиции на Камчатку, в которой мы с тобой познакомились. Ты конечно помнишь, что добирались мы туда тяжело: 10 дней поездом до Владивостока, потом попутным пароходом до Петропавловска и Усть-Камчатска, а до села Ключи дошли по реке на катере. Уже в 36-ом году мы с тобой и Влодавцом поднялись на вершину Ключевского вулкана.