Всего за 379 руб. Купить полную версию
Вечером выяснилось, что вершина кулинарного мастерства Кости омлет да яичница. После недолгого спора я отвоевала место на кухне, желая хоть чем-то быть дома полезной. Таким образом, готовка легла на мои плечи, с одной лишь оговоркой: раз в неделю Костя будет возить нас куда-нибудь поужинать. Я была не против, понимая, что порой мне будет не до стряпни выпускной класс требует много сил. Сейчас по некоторым предметам у меня была на удивление фора, но это не могло продлиться долго. В любом случае всегда оставался всадник Апокалипсиса в виде ненавистной геометрии, которую стоило каким-то чудом закрыть хотя бы на четверку, если я хочу выпуститься без троек. О сдаче ЕГЭ по предмету и речи быть не могло.
Наспех проглотив яичницу, я заглянула в холодильник, который оказался предательски пустым, и поняла, что на завтрак готовить не из чего. Вместе с Костей мы составили список продуктов. Бонусом отец порадовал меня, вручив банковскую карту. Оказывается, они с мамой договорились завести мне «детский» счет с настраиваемым в приложении лимитом. Костя сказал, что мой бюджет будет складываться из ежемесячных отчислений стипендиатам и небольшого бонуса сверху от мамы и папы. Новость удивила меня и очень тронула. Это было похоже на признание в глазах родителей того, что я выросла. Всю жизнь я пользовалась только наличными, а для карт в кошельке и вовсе не было отделения.
Вторым подарком стал роскошный черный велосипед, предусмотрительно спрятанный Костей от меня на балконе. Никаких излишеств: однотонная рама, удобное широкое седло, миниатюрный позолоченный звонок по левую сторону руля. Ни обмотки, ни дурацких украшений с пластмассовыми цветами. Чистый холст, который я смогу украсить при желании так, как хочется. Над задним колесом отец закрепил багажник с боковыми креплениями под специальные велосипедные холщовые сумки в сложенном виде они уже красовались по обе стороны, готовые стать надежными помощниками в походе за продуктами. В комплект к велосипеду Костя вручил мне замок для парковки и яркую желтую куртку-дождевик с девчачьими розовыми молниями на карманах. Подойдя к зеркалу, я примерила обновку. Накинув капюшон, посмотрела на отражение и почувствовала себя главным героем сериала «Тьма». А если найти где-то красный шарик, то можно передать привет фанатам Стивена Кинга. Отец выжидающе смотрел на меня, опираясь плечом о стену в коридоре:
Ну как, нравится?
Очень круто. Спасибо, пап. Я улыбалась так широко, что свело скулы.
Глаза Кости округлись. Он перестал моргать только молча таращился на меня.
Ты чего? Только бы не сердечный приступ.
Вопрос привел Костю в чувство. Он задумчиво почесал голову, пытаясь скрыть улыбку:
Кто-то только что назвал меня папой.
* * *
Костя помог спустить железного коня на первый этаж и отправился на дежурство. Я проводила машину отца взглядом и подумала: как чудно, не прошло и недели, а изо рта выскочило непривычное «папа». К тому же так легко. Раньше мне стоило больших усилий произнести это слово просто потому, что я не чувствовала между нами связь. Когда я была маленькой, мне трудно было принять жизнь на два дома. Казалось, что именно папа виноват в развале семьи, хотя мама никогда не говорила о нем плохо. Все, что я знала о разводе родителей, сводилось к огромной разнице, пролегающей между Костей и Марией: в то время как Ксертонь была живительным кислородом для папы, она забирала последние силы у мамы. Договориться родители так и не смогли, а может, как порой мне казалось, не захотели, отправившись каждый по своему пути. Начитавшись романов, я долгое время воображала, что Костя, как рыцарь в сияющих доспехах, был обязан бороться за любовь. Завоевать Марию, вернуть. Только недавно я осознала, что любимые сюжеты романов почти никогда не повторяли той реальности, в которой нам всем приходилось жить. Быть может, я действительно стала взрослой и детские обиды к Косте отошли на второй план? Кто бы знал.
Найдя с помощью телефона ближайший супермаркет, я проложила маршрут. Жаль, на руле не было держателя, чтобы закрепить карту и спокойно сверяться по пути. Но имеем что имеем. Велосипед все равно казался мне роскошным. Осталось только найти в Интернете подходящие стикерпаки и придать раме индивидуальности.
Большую часть пути нужно было ехать прямо, вдоль дороги. Я съехала на дорожку-дублер для пешеходов, которую Костя показал мне в первый день, когда вез в школу. Лесной воздух был насыщенным и пряным. Еловый аромат нежно обволакивал легкие, заставляя дышать размереннее и глубже.
Никто не пытался обогнать меня сзади. Встречных незнакомцев тоже не наблюдалось. Была лишь я, дорога, велосипед и редкие проезжающие мимо автомобили.
Я чувствовала умиротворение. Ветер слегка раздувал пряди волос, играясь. На мгновение я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, вспоминая любимую мелодию из детства. Мотив часто крутился в голове, как на повторе, вот только память давно позабыла не только текст песни, но и название. В свое время Мария окрестила эту мелодию «Асиной колыбельной».
Закрывать глаза было ошибкой. Идеальный момент нарушил мирно лежащий на дороге булыжник, чей покой неосмотрительно потревожило колесо велосипеда. Едва наехав на камень, я не совладала с рулем. Колесо резко дернуло вправо, и, не удержав равновесия, велосипед понесло по склону.
Не знаю, как долго летела вниз. По ощущениям, все произошло за долю секунды: вот я еду на велосипеде, вспоминаю мамину улыбку. А вот лечу кубарем по траве и бьюсь спиной о сосновый ствол. Ударившись, я вскрикнула скорее не от боли, а от неожиданности. На мгновение потерялась в пространстве и замерла, пытаясь оценить обстановку. Велосипед остался у подножия склона. Меня же унесло дальше метров на пять, не меньше. Я оперлась руками о сырую землю и подняла корпус. Ладони щипало. Пересев в более удобное положение и найдя точку опоры, я обтерла грязные руки о джинсы. Раскрыв ладони и присмотревшись, я увидела множество мелких царапин, которые были почти незаметны под слоем земли. Лишь одна рана показалась мне глубже остальных из-за проступающей в углу капли крови.
Позади раздался хруст. Я так испугалась, что сразу же обернулась, но вокруг не увидела ничего, кроме частых стволов деревьев.
Кто здесь? Вопрос прозвучал в пустоту. Ответом мне стал едва слышный гул от проезжающих по трассе машин.
Я поднялась и отряхнула одежду от мелких сосновых игл и грязи. Новый дождевик сильно испачкался на локтях, джинсы были тоже не в лучшем виде. Черный цвет ткани удачно оттенял земляные пятна. Рассудив, что ущерб несмертельный, я решила не возвращаться домой за свежей одеждой. Дождевик можно было вполне снять у входа в магазин и прикрыть пятна.
Велосипед уцелел. Лишь на одну из педалей налипла грязь, но проблема быстро решилась влажными салфетками, которые нашлись в рюкзаке. Никогда не знаешь наверняка, выходя из дома, что пригодится. Именно поэтому женские сумочки, а в моем случае рюкзак, полны тайн, как бездонная сумка Гермионы.
Окинув взглядом крутой подъем, я поняла: моих сил не хватит, чтобы закатить велосипед наверх по влажной почве. Ощупав склон ногой и подметив, как утопает в нем подошва когда-то чистых кроссовок, я окончательно оставила эту затею и двинулась сквозь лес, надеясь, что рано или поздно должен появиться другой выход.
Сесть на велосипед казалось плохой идей. С моей координацией второе же дерево подарит теплые и далеко не долгожданные объятия, поэтому я повела железного друга справа от себя. Катить транспорт рядом было несложно, но вот огибать стелющиеся и тут и там корни деревьев задача со звездочкой.