Freedom - Кинжал Клеопатры стр 8.

 Я вполне способна встать сама, благодарю,  сказала миссис Астор.  Хочется надеяться, что я еще не настолько дряхлая. Пойдем, дитя мое.  От нее исходил слабый аромат цветущих орхидей, когда она взяла Элизабет за руку.  Давай прогуляемся по саду, где сможем поговорить наедине. Стоукс,  позвала она бледного дворецкого, который стоял у входа в бальный зал.

 Да, мадам?  спросил он, делая шаг вперед.

 Дождь прекратился?

 Да, мадам, хотя земля все еще довольно влажная.

 Спасибо, Стоукс.

 Не хочет ли мадам, чтобы я

 Я сообщу вам, если мне потребуется дополнительная помощь, благодарю.

Миссис Астор провела Элизабет по узкому коридору в большой, просторный и роскошный сад, с двух сторон окаймленный азалиями, а сзади ивовой рощицей. Влажный воздух был насыщен ароматом цветов и сладким запахом суглинистой почвы. Они шли по каменной дорожке, мимо рядов лилий, хризантем и гвоздик, пока не достигли центральной части сада большой клумбы с розами. Поникнув к концу августа, когда цветение уже прошло свой пик, бутоны источали пьянящий, перенасыщенный аромат.

 Rosa gallica officinals[15], уточнила миссис Астор, рассматривая свои розы.  Мой любимый сорт старинный и способный многое выдержать, очень похож на меня.

 Но ведь вы совсем не старая.

 Не льсти мне, моя дорогая. Тебе это не идет.

 Эти розы прекрасны,  ответила Элизабет, покраснев.

 Так и есть, хотя они уже миновали свой пик цветения. Итак, моя дорогая, что вы надеялись разузнать о высшем обществе Нью-Йорка?

Застигнутая врасплох ее откровенностью, Элизабет, заикаясь, ответила:

 Ч-что, я не совсем понимаю.

 Нужно всегда показывать уверенность,  сказала хозяйка дома, срывая самую красную розу со стебля, старательно избегая шипов.  Даже если это всего лишь поза,  она понюхала цветок, затем бросила его на землю и пошла дальше. Глядя на раздавленный бутон, Элизабет подумала, что такая женщина может избавляться от людей так же легко, как и от этого цветка.

Глава 5

 Совершенно очевидно, что ты здесь против своей воли,  заметила миссис Астор, направляясь в дальнюю часть сада, где под ивами находился каменный пруд с золотыми рыбками.  Но именно поэтому ты меня и заинтересовала.

 Не знаю, по какой причине у вас создалось впечатление, будто я

Хозяйка рассмеялась, показав крупные, неровные зубы, но довольно крепкие, как и все остальное в ней.

 У меня есть определенная способность читать людей, которая сослужила мне хорошую службу, поскольку все в обществе выставляют себя напоказ. У меня вошло в привычку видеть людей насквозь, и я ясно вижу, что ты не рада находиться здесь.

 Осмелюсь не согласиться

 Это не обвинение, моя дорогая, просто наблюдение,  сказала она, следя за рыбами, лениво плавающими в своем каменном вольере. Послеполуденное солнце проглядывало сквозь облачный покров, отчего золотистая чешуя облаков мерцала в его бледных лучах.  Посмотри на них, они плавают кругами,  подметила она.  Интересно, им когда-нибудь становится скучно?

 Миссис Астор, я хотела бы опровергнуть, что  начала Элизабет, но понимала, что ее тон был неубедительным.

 Честно признаться, я восхищаюсь твоим независимым мышлением. Большинство людей мать родную бы продали, лишь бы оказаться приглашенными на одну из моих вечеринок. А ты же выглядишь встревоженной и несчастной, находясь здесь. Это нужно уважать.

Элизабет не могла понять, прикрывал ли ее насмешливый тон гнев и неодобрение или же миссис Астор действительно имела в виду то, что сказала. Ее манеры были настолько безупречно отрепетированы, что было трудно понять ее истинные чувства.

 Полагаю, мне следует попросить, чтобы вы дали положительный отчет о моем званом ужине, однако вы, разумеется, должны писать то, что думаете.

Элизабет собиралась ответить, когда в сад вошел молодой человек лет семнадцати. Высокий и худощавый, с широким лбом, аккуратными бровями и светло-каштановыми волосами. Пышные усы подчеркивали ямочку на подбородке, что придавало его лицу больше мужественности, которой в силу возраста ему могло не хватать. Самой красивой чертой его были глаза: большие, светлые и глубоко посаженные, они придавали его юному облику немного серьезности.

 Что за сокровище ты здесь прячешь?  спросил он миссис Астор.

 Позволь мне представить мисс Элизабет ван ден Брук,  ответила она, поворачиваясь к Элизабет.  Это мой сын, Джон Джейкоб Астор IV.

 Зовите меня просто Джек,  сказал он, направляясь к ним неуклюжей, подпрыгивающей походкой. На нем был полосатый сюртук и брюки в тон, пошитые из качественной и дорогой ткани. Тем не менее он выглядел в них неуклюже из-за своей застенчивой манеры. Парень расплылся в широкой улыбке, демонстрируя те же крупные и неровные зубы, что и у его матери.  Крайне рад с вами познакомиться.

 Мисс ван ден Брук журналистка,  сказала миссис Астор.

 В самом деле? Она ужасно хорошенькая.

 Не обращай на него внимания,  сказала она Элизабет.  Он еще юн, а молодые люди склоны к нелепому поведению.

 Моя мать никогда не воспринимала меня всерьез,  сказал он.  Для нее я всегда был на последнем месте.

 Уверена, что это не

 Знали ли вы, что у меня есть четыре старших сестры?

 Перестань болтать, Джек,  сказала его мать.  Я должна вернуться к своим гостям,  она подобрала шлейф своего платья, чтобы он не задел мокрую клумбу с анютиными глазками.

 Я вас провожу,  быстро предложила Элизабет.

 Тогда я присоединяюсь к вам,  заявил Джек.

 Ты не переносишь чаепития,  ответила его мать.

 Я решил начать новую жизнь,  сказал он, протягивая руку Элизабет.

Элизабет провела остаток вечеринки, пытаясь выполнить свою работу, пока Джек ходил за ней по пятам, как влюбленный щенок. И к тому моменту, как она была готова уходить, девушка успела отвергнуть знаки внимания пожилого виконта, пролила чай на герцогиню и была оскорблена пышной светской дамой, которая, как сказал Джек, была «позером с большими амбициями». Несколько раз миссис Астор представляла ее как Элизабет ван ден Брук «младшую дочь Киндерхука ван ден Брука». Хотя откуда она знала о сестре Элизабет, не говоря уже о проживании ее семьи в округе Колумбия, девушка понятия не имела. Однако женщина не упоминала тот факт, что Элизабет была журналисткой.

К концу вечера Элизабет пришла к выводу, что, несмотря на все деньги и влияние, представители высшего общества очень похожи на всех остальных: мелочные, корыстолюбивые и глупые. Когда она представила эту точку зрения юному Джеку, он запрокинул голову и рассмеялся. Его выступающий кадык энергично подпрыгнул над накрахмаленным белым воротничком.

 На вашем месте я бы не стал публиковать это в печати,  сказал он, стоя в фойе и наблюдая, как Элизабет натягивает перчатки.

 У меня нет намерения делать это. Более того, я понятия не имею, почему сказала вам это.

 Не бойтесь, ваш секрет в безопасности со мной,  сказал он, вручая ей зонтик, который той одолжила мать.

Когда она повернулась, чтобы уйти, в фойе вошла миссис Астор.

 Моя дорогая мисс ван ден Брук, вы покидаете нас так рано?

 Я глубоко сожалею об этом, но у меня есть нужный материал для статьи.

 Ты ни капельки не сожалеешь об этом, и все же это красивая ложь,  миссис Астор взяла ее руку и сжала между своими.  Было очень приятно с тобой познакомиться. Пожалуйста, передай мои наилучшие пожелания мистеру Беннетту. Я знала его отца такой чудесный человек.

 Передам, благодарю,  сказала Элизабет. Она еще не виделась с богатым и эксцентричным издателем Джеймсом Гордоном Беннеттом-младшим, не говоря уже о том, чтобы поговорить с ним, хотя ее не удивило, что миссис Астор его знала.

 Скажи ему, что у меня есть великолепное хрустальное пресс-папье в виде совы, которое я приобрела в Париже.