Попов Валерий Георгиевич - Выдумщик стр 13.

Вот этой фразой я и закончил политинформацию. И добавил еще: «Так что учитесь, ребята! Это самое лучшее!»

 Так, а Киров учился или нет?  донесся из зала простодушный, а на самом деле коварный вопрос.

Только что мы говорили о его прилежании. Пришлось уточнить

Закончив Казанское низшее техническое училище и снова с отличием,  Сережа приехал в Томск. Только там были курсы, готовящие к поступлению в высшие учебные заведения выпускников низших заведений как Казанское техническое. Но оказался Сережа не в высшем заведении а в тюрьме! Сергей подружился с рабочими-печатниками, изготовлявшими прокламации. Вышли на «вооруженную демонстрацию», стреляли в полицейских и казаков, разгоняющих демонстрацию, и были жертвы с обеих сторон «В тюрьме он тоже, конечно, занимался!  добавил я.  Но уже исключительно марксизмом-ленинизмом!»

Это был как раз наш нелюбимый предмет. В зале послышались смешки.

 Прекратить!  звонко выкрикнул Рувим.  Так какой пример подает нам великий Киров?  он повернулся ко мне.

 Пример, я считаю, опасный!  произнес я. Раз уж разжег тему, надо отвечать самому.  Сам Киров с восторгом вспоминает в своих мемуарах, как он вытащил через окно училища печатный станок собственность училища, который, впрочем, сделал он сам, проявив больше технические и организационные способности. И он имел на это право! И даже был обязан как революционер! И на станке стали печатать листовки, призывающие к свержению строя через поражение России в Русско-японской войне! Вы бы сейчас такое сделали?  обратился я к залу.

 Да нет Зачем?  послышались возгласы.

 Вот и не делайте!  сказал я.

Но чего-то не хватало мне как начинающему литератору. И я добавил:

 В подвале нашего вуза тоже стоят станки токарный и фрезерный, на которых мы проходили практику. Но мы не будем их красть. Сейчас эпоха другая. Так что будем учиться на хорошо и отлично. А станки использовать в мирных целях!.. А в вуз Киров так и не поступил!

 А в тюрьме заочного отделения разве не было?  выкрикнул кто-то.

Зал захохотал.

 Прекратить!  рявкнул Тойбин.  Переходим к комсомольскому собранию. Кто за?

Вразнобой, но подняли руки.

 Я предлагаю первым такой вопрос повестки дня: об иск-лю-чении,  повернулся к ведущей протокол и диктовал по слогам,  По-пова Ва-ле-рия из комсомола за антисоветские и антистуденческие выступления! Все, впрочем, протоколировалось. Катюша, вы вели протокол?

 Да!  пискнула Катюша.

 Поэтому я предлагаю решением нашего комсомольского собрания единогласно (так и сказал и как в воду глядел) исключить Попова из рядов ВЛКСМ За антисоветское и антистуденческое выступление! Кто за?

 Подождите надо же обсудить!  поднялся Миша, мой друг.

 Вы что-то хотите сказать?  Рувим повернулся к нему.

 Нет,  Миша сел.

 Кто-то еще хочет что-то обсудить?  Рувим бреющим взглядом обвел зал. Тишина. Никто не был готов. Если бы я еще кого подготовил! Так нет. «Увлёкси!»

Встал неожиданно в президиуме пятикурсник Коля Окунев, член парткома.

 Я предлагаю все-таки не калечить парню жизнь! И исключить его из комсомола с формулировкой «за отрыв от коллектива»! Возражений нет?

Оживление в зале! Облегчение! Все сразу заговорили по-доброму: «Ну, за отрыв можно!» «Отрывами» он и верно страдает!.. Как-то игнорировали тот факт, что из комсомола значит, и из института. Свободы захотел? Покрасовался? Так получи! Зачем же еще увиливать? Ждали, что я чего-то еще скажу. Но я все сказал что к этому дню подготовил.

Подняли руки. Правда, некоторые при этом опустили глаза что, несомненно, было фактом проявления гражданского мужества. Все, переговариваясь, выходили из зала. В основном доносилось: «А что он думал? Все ему сойдет? Заигрался!» Тут я, пожалуй, согласен. Подошла ко мне только Катюша из комитета комсомола, которая вела протокол:

 Не расстраивайтесь так сразу! Еще райком должен утвердить! Посмотрим.

Как мы мрачно шутили у нас во дворе: «Посмотрим, сказал слепой!»

Райком комсомола Петроградского района находился в улочке, наискосок от Музея Кирова, и я на ходу поглядывал туда. Если что принесу документы, подтверждающие мой доклад. Там еще много неопубликованного!.. Так что неприятностей мне хватит надолго. Тут я усмехнулся. Бодрил себя. Вон мой друг Тойбин шпарит по другой стороне. Наверное, по моей шел, но перешел. О! Мороженое! Может, съесть стаканчик пока я еще студент. Возможно, через какой-то час я буду уже не студент. И оно покажется горьким Восхитительно оно. С сожалением с ним расстался при входе в райком.

Роскошное здание. Типичный для Петроградки купеческий модерн. В последний раз заходишь туда. Полюбуйся! Прошел внутрь никто не остановил, не спросил. А я уже вопрос подготовил вежливый: «Скажите, пожалуйста, а где здесь исключают?» Можно даже идиотского восторга добавить. Почему нет? Однова гуляем! Так не у кого спросить!

Открыл красивую дверь Да! Мероприятие такое ведется! За столом президиума сидели люди (ну, а кого же ты ждал?). Но, самое поразительное, в самом центре, под знаменем, распластанным по стене, сидел человек, который мне действительно важен, вот если он скажет а говорить будет, видимо, он то, значит, все правильно. Так мне и надо. Ему поверю. Юра! Мой дворовый кумир! На которого я так мечтал быть похожим Вот не ожидал, что так будет серьезно в смысле, для моего самочувствия. Во сводит жизнь! И, видимо, правильно. Он даже не глянул на меня что наполняло меня дурными предчувствиями. Я совсем упал духом. Юра будет меня исключать. А так на меня надеялся! Прямо мне это говорил. Но вышло не то, на что он надеялся! А почему? Мне кажется я все правильно делал. Я поднял глаза. Но Юра разговаривал с сидящими с ним с какой-то кислой улыбкой Так это он, может, делает не то?.. Красная скатерть! Из такой шаровары у меня были! Может быть рассказать? Во-во! Еще и госпитализируют! Юра наконец-то поднял свои голубые глаза Ледяные! А ты чего ждал?

 Итак,  тусклым, скучающим голосом заговорил (спасибо, что без вдохновения).  Рассматривается вопрос  значительные паузы всегда умел держать,  об утверждении исключения из рядов ВЛКСМ,  как-то скороговоркой, мне стало даже обидно, мог бы торжественней,  студента первого курса ЛЭТИ Валерия Попова.

Как сиротливо тут прозвучали звуки моего имени!

 Райком комсомола Петроградского района такого-то числа (так и произнес «такого-то») на своем заседании рассмотрел предложение комитета комсомола первого курса физического факультета ЛЭТИ об исключении Валерия Попова из рядов ВЛКСМ

Зачем то же повторять?!

А ведь он когда-то хвалил меня!

 Из текста представленного протокола,  чуть оживленней заговорил,  нам абсолютно не ясно, в чем состоит вина исключаемого, в чем именно он нарушил устав ВЛКСМ. Райком комсомола Петроградского района не посчитал убедительными обоснования и не утвердил исключение из комсомола студента ЛЭТИ Валерия Попова. Председателю комитета Тойбину Рувиму выносится порицание за необоснованное обвинение. Всё!

Он захлопнул гроссбух и, так и не глянув на меня, ушел в маленькую дверку.

Я сразу не понял Не исключили, что ли? Вот это да!

«А куплю-ка я себе эскимо!»  решил сразу. Купил. Вкус тот же! И даже еще вкуснее! Ура.

 Рубани!  сказал кто-то рядом со мной. Это был Юра. Так говорили мы, когда кто-то выходил во двор, бахвалясь съедобным.

 Кусни!  я протянул ему эскимо.

Рувим с той стороны улицы смотрел с ужасом, как первый секретарь Петроградского райкома ВЛКСМ откусывает от моего эскимо. Поймав взгляд Рувима, я пожал плечом: «Что делать? Отказать невозможно».

Тут уже накинулись на меня друзья, которые, оказывается, были рядом.

Медленно, порой мучительно, но процесс морального выздоровления пошел. Как? Я и говорю «мучительно». Мы с друзьями решили связать себя узами брака, создать семьи. Но произошло это после суровых испытаний, которые необходимо было пройти. Жизнь преподнесла нам урок!