Всего за 180 руб. Купить полную версию
Мы спускались всё ниже и ниже, минуя множество интересных трав и грибов, и Казимир наконец заговорил, нарушив тягостное молчание:
Когда проникнешь в крепость, постарайся не попадаться охране на глаза. Слухи о том, что рабы для рудников уничтожены вместе с охраной, ещё не скоро дойдут до царя, но к этому времени тебе нужно будет сделать всё для того, чтобы тебя не признали беглым каторжником. Добейся встречи с Бойданом, а когда он тебя примет отдашь ему этот амулет, защищающий от влияния сил, в качестве подарка.
Казимир протянул мне плоский металлический амулет, выполненный в форме снежинки.
И это всё?
Нет. покачал головой Казимир, Сразу после этого ты отправишься на болота. Мне нужно знать, как далеко зашла в своих исследованиях группа людей, именующая себя Прозревшими.
Прозревшие, повторил я, а что они исследуют?
Глаза Казимира вспыхнули. Казалось, он настолько был разозлён моим преждевременным вопросом, что готов был испепелить меня на месте. Но спустя секунду раздумий медленно произнёс:
Они поклоняются некоему идолу, черпают силы от него. Поначалу я решил, что это очередной безумный бред. Прозревшие употребляют курительные смеси имеющие специфическое воздействие на сознание человека. Но оказалось, что их божество на самом деле обладает силой, поскольку приближенные Дариона, не говоря о нём самом, обрели могущество, которое продолжает расти. Медленно, но численность этих идолопоклонников растёт, а вместе с тем растёт и их сила. Твоя задача узнать, что является источником их силы.
А как я смогу это узнать?
Идолопоклонники активно вербуют всех, поскольку им постоянно не хватает людей.
А ты знаешь, куда люди деются? уточнил я, предательски дрогнувшим голосом: Почему им постоянно не хватает людей?
Вот это ты и выяснишь. холодно ответил Казимир.
Тем временем, мы спустились в долину и шли по дороге между редких деревьев. Сквозь их листву уже проступали очертания крепости. Казимир остановился и развёл руки в сторону. Пространство вокруг него исказилось волнами, словно в страшную жару. От испуга я шарахнулся в сторону, а глас, сведя руки над головой, бесшумно растворился среди леса.
Протерев глаза и убедившись что всё это мне не почудилось, я в нерешительности остановился размышляя над тем, что делать дальше. Впрочем размышлял недолго, поскольку назад в Медынь вернуться я не мог, а увильнуть от выполнения поручения гласа Смерти, который играючи расправился с двумя десятками вооружённых людей, и умел перемещаться в пространстве, было равносильно самоубийству. Я шёл и чувствовал как усталость и голод принялись за своё скверное дело, но огромный частокол из массивных пород дерева, являвшийся наружным кольцом защиты каменной крепости, с каждым шагом становился всё ближе, и я надеялся, что добрые люди в крепости не дадут мне умереть с голоду.
Тяжёлые ворота были широко открыты, и находились под охраной двух стражей. Сделав отстранённое выражение лица, я попытался миновать их, надеясь, что на меня не обратят внимания, но надежды не оправдались.
Стой! проорал страж, Куда это ты собрался?
Внутрь. как можно скромнее ответил я, Я очень устал и голоден.
А почему ты думаешь, что я пропущу тебя просто так?
Но что тебе может быть нужно от меня? удивился я.
Может быть при тебе есть далеоны? предположил он, Скажем, пара далеонов, плюс еще пара для моего друга.
Где я тебе их возьму?! взорвался я, понимая что меня ожидает перспектива остаться голодным на сутки, а то может и больше, Включи свою тупую башку и попроси что-нибудь попроще!
Не успел я осознать всю глупость мною сказанного, как острая боль ожгла бедро, а затем я услышал глухой стук металла о мой череп и провалился в темноту. К сожалению, беспамятство длилось недолго. Сознание вернулось, а вместе с ним и боль от ранения, к которой добавилась ещё и головная. Меня снова саданули по рёбрам. Я пополз от стражей к реке, стараясь побыстрее увеличить разделяющую нас дистанцию. Доползши до реки, я окунул голову в холодные воды и это привело меня в чувство.
Осмотрев тело, я обнаружил ужасно выглядевшую рваную рану от меча. Кровавый след тянулся по песку за мной от самых ворот. Я понял, что если быстро не остановлю кровотечение, то потеряю сознание, но уже навсегда. Мой взгляд упал на травы, что буйно росли у воды, и я увидел то, что мне нужно. Кровяной тростник, останавливающий потерю крови, разросся здесь буйно. Я сорвал траву с широкими листьями, и сковырнув ногтями верхний слой так, чтобы на поверхности листа выступила прозрачная жидкость, приложил его к ране. Проделав эту операцию столько раз, сколько это было необходимо, чтобы закрыть всю длину пореза, почувствовал невероятное жжение. Чтобы не стонать от боли, я засунул в рот кровяной тростник и начал пить с него сладковатую красную жидкость. Процесс заживления начался споро. Кровь перестала бежать, свернувшись, как только я приложил к ней траву, а сама рана потихоньку начала стягиваться тёмной корочкой. Теоретически, если бы я проделал это чуть раньше, когда валялся без сознания, то даже шрама бы не осталось, а так, моя нога навсегда получила безобразное украшение с лёгкой подачи клинка стража.
Валяясь у реки в опасной близости от налетевших шершней, я стал понимать всю важность сказанного мне Казимиром. Решив впредь держать язык за зубами, я аккуратно стал перемещать своё многострадальное тело к тени деревьев, росших чуть западнее входа в крепость. Доковыляв до них, увидел что не одному мне по нраву эта тень. Там находилось трое парней. При каждом была кирка и мотыга. Не нужно было быть семи пядей во лбу, для того, чтобы догадаться кто это. Рудокопы сидели вокруг костра, на котором весело булькала какая-то похлёбка.
Можно составить вам компанию? спросил я, подойдя поближе.
В ответ я услышал долгое молчание, а затем один из них, что выглядел старше, сказал:
Это стражник так тебя отделал?
Я кивнул, присаживаясь у дерева и опираясь на него спиной.
А что ты через южные ворота сунулся? Давно же все знают, что лучше через северные.
Ну, видимо я ко всем знающим не отношусь. постарался улыбнуться я, А если вы в крепость идёте, с вами можно?
Выглядишь ты так, что у меня у самого руки чешутся тебе оплеуху отвесить. недовольно произнёс рудокоп.
А что не так? устало спросил я.
Грязный, тощий, заросший, в рванине! начал перечислять все мои недостатки он, Очень подозрительно выглядишь. Уж не сбежавший ли ты каторжник?
Нет. отмахнулся я как можно беспечнее, В лесу много времени провёл. Бродяжничал, заблудился, ну знаешь как бывает?
Ага. неопределённо ответил рудокоп.
Так где ж мне одежду взять? Может, ты одолжишь?
Чего? возмутился он, Никто тебе ничего одалживать не будет. Одежду можно купить в крепости у Челка. Для этого конечно поработать надо, чтобы далеоны водились. Но тебя всё одно не пустят. Ты же на пугало похож!
Выручи, а? Очень мне внутрь надо!
Да всем очень надо! фыркнул он, Много вас тут таких объявляется, да только мрёте вы как мухи, имени не запомнить. Можешь даже не представляться, вдруг скоро представишься?!
Так что мне делать? Дай совет!
Ну, наперво, ответил он очень довольный тем, что к его словам прислушиваются, вот тебе бритва. Сходи, побрейся. Во-вторых, сними с себя всю рвань. Потом приходи сюда, скажу дальше что делать.
Поблагодарив его за участие, я отправился назад к реке. Солнце скатывалось к горизонту, окрасив её воды в красный цвет. Чтобы видеть своё отражение, света ещё хватало, и я начисто сбрил густую бороду с усами и бакенбардами, убрал свисающую чёлку, и как можно короче срезал волосы, придав им некое подобие порядка. Затем я снял с себя остатки рубашки и укоротил штаны, превратив их в шорты. Обувь снимать не пришлось, поскольку её давно на мне не было. Из реки на меня смотрел зеленоглазый молодой человек среднего роста, с нагловатой улыбкой, ширококостный, но настолько худой и измученный, что казалось прожил дюжину веков.