Всего за 1200 руб. Купить полную версию
«Вы что, хотите вернуться назад, в пещеры»? Примерно так формулируется самый неотразимый, как им кажется, вопрос, задаваемый представителями различных министерств и ведомств экологам, когда речь заходит о том, что нам нужно для дальнейшего развития. Тем самым подразумевается, что наше развитие и дальше пойдет по экстенсивной схеме больше добывать, больше производить, больше выбрасывать.
Медленно находит себе дорогу новое мышление даже в сознании тех, кто «двумя руками» за перестройку. По-прежнему многие продолжают мыслить миллионами тонн и миллиардами киловатт, не соотнося их с качеством жизни конкретных людей. Например, из выступлений представителей Миннефтегазстроя следовало, что освоение месторождений севера Тюменской области и Ямала коренным народностям этих мест ничего кроме блага не принесет. А потом на трибуну по очереди поднялись представители этих народностей оленевод и учительница. Говорили они о тех проблемах, которые стали возникать после прихода газовиков. В первую очередь, о сворачивании основного промысла местных народов оленеводства. Еще бы, площадь оленьих пастбищ в Ямало-Ненецком округе сократилась на 6 млн. га, из них более 600 тыс. га на полуострове Ямал, где пока находятся только геологи и буровики, а строители лишь готовятся к работе.
Незадолго до описываемой всесоюзной конференции в Тюмени прошла областная конференция «Человек на Севере: социальные, экономические и нравственные проблемы». Её участники подписали обращение, в котором говорится: «Сегодня необходимо честно признать факт, что возникла опасность гибели особого экологически уязвимого региона. Мы не имеем юридического и морального права забывать, что речь идет о судьбе немногочисленных народов Севера. Ненцы, ханты, селькупы, манси уже ощутили на себе издержки газовой и нефтяной лихорадки Загрязняются воды арктического побережья. Тысячи истинных хозяев суровой земли остались не у дел».
Строители не скрывают, что с их техникой и опытом освоение месторождений Ямала это дело одного-двух лет. Так зачем же торопиться, опережая проектировщиков? Или в стране назревает энергетический кризис? Хотя, если слушать руководителей ведомств, отстаивающих свои цели, то можно услышать что угодно. Но будет правильнее и честнее перед потомками, если мы станем принимать более взвешенные и обоснованные решения по всем крупным проектам, в том числе и относительно освоения новых месторождений полезных ископаемых.
Председатель ассоциации «Экология и мир» Сергей Залыгин прислал телеграмму, текст которой был зачитан участникам конференции: «Вместе с вами обеспокоен судьбой Ямала. Считаю выход на месторождения полуострова преждевременным. Необходимо повернуться лицом к проблемам малых народностей Севера. Нужна всесторонняя экологическая экспертиза проекта». Таково же было мнение значительной части участников конференции, которые подписали обращение в ЦК КПСС и Совмин СССР с просьбой приостановить работы на полуострове и провести более детальную экспертизу проекта его освоения. Может быть, гласность станет тем оружием, которое позволит защитить Ямал от непродуманных действий, и он не попадет в список случившихся экологических катастроф.
Взгляд с «капитанского мостика»
View from the «captains bridge»
Журнал Президиума АН СССР «Энергия: экономика, техника, экология», 3, март 1989 г.
Беседа состоялась в октябре 1988 г., Москва.
О том, как жилось ведомству в недалеком прошлом, можно судить по занимаемому ими помещению. Если этот критерий считать универсальным, то дела Министерства строительства предприятий нефтяной и газовой промышленности СССР (Миннефтегазстрой) шли великолепно его здание на Октябрьской площади в Москве сразу привлекает внимание. Но, увы, кроме неоспоримой пользы деятельность министерства принесла немало разрушений. Особенно пострадали районы Приполярья, где запасы углеводородного сырья оказались особенно велики, а природа особенно уязвима. Каким видится будущее нефтегазового комплекса «капитанам» отрасли? Об этом наш специальный корреспондент Владислав Ларин беседует с заместителем министра Миннефтегазстроя Иваном Ивановичем Мазуром.
Иван Иванович, мне приходилось слышать, что вы весьма прогрессивный руководитель. Поэтому хотелось бы именно от вас услышать ответы на вопросы, которые волнуют многих. Как вы оцениваете экологическую ситуацию, сложившуюся в районах Крайнего Севера?
Обстановка в стране позволяет с позиции открытости и гласности подходить к решению многих проблем, в том числе охраны природы. Нельзя сказать, что ситуация в Западной Сибири резко ухудшается. Просто раньше о многом не принято было говорить. Освоение идет уже двадцать лет. Конечно, негативные явления всё это время накапливались. Сейчас нас беспокоят два крупных вопроса. Первый как снизить урон, наносимый природе, до нормативного уровня, чтобы с минимальным ущербом продолжать освоение. Под нормативным я понимаю тот ущерб, который четко определен с научных позиций и не ведет к катастрофическим переменам в окружающей среде. Дело в том, что потери при освоении любого региона неизбежны. Именно поэтому установленные нормы должны строго выполняться, а в случае их нарушения ущерб придется компенсировать, убытки возмещать. Вторая проблема как привести в порядок нарушенные участки.
И как предполагается их решать?
Сейчас наши институты подсчитывают ущерб, который был нанесен непродуманной застройкой, ездой по тундре гусеничной техники и так далее. Эту сумму придется выплатить на рекультивацию территории вокруг месторождений Медвежьего, Уренгоя и Ямбурга. Нам предстоит за несколько лет ликвидировать карьеры, из которых брался грунт, непроектные дороги, временные поселки. Мы собираемся все остатки аккуратно убрать, вывезти, а освободившиеся участки рекультивировать.
На Ямбурге сумма затрат на восстановление определена примерно в 150 млн. руб. По-хорошему, следовало бы эти затраты распределить по этапам освоения часть мероприятий по сохранению природы провести на предпроектной стадии, часть в ходе освоения, а в конце ликвидировать оставшиеся следы. Этого сделано не было, вот и приходится всем заниматься сейчас. Ясно, что и сумма расходов в результате возросла. А ведь теперь надо еще найти источники финансирования!
Что делается для того, чтобы не допустить подобных безобразий на вновь осваиваемых месторождениях?
На конференции страсти вокруг Ямала потому и разгорелись, что прошлые ошибки слишком велики и они не должны повториться. Но весь основной прирост добычи газа намечается получить оттуда. Выходить на полуостров рано или поздно придется. Главная задача как следует подготовиться к этому.
Сейчас на Ямале живет более 7 тыс. человек коренного населения, основное занятие которых оленеводство. Стада насчитывают примерно 200 тыс. голов. Значит, мы должны обеспечить сохранность пастбищ, предусмотреть пути миграции оленей, чтобы не ущемить интересы местного населения. Нами примерно определена компенсация, которую придется заплатить за вторжение на полуостров, она составляет 260300 млн. руб. Сюда входят деньги, которые придётся отдать за перенос поселков, за разрушение берегов, где сейчас ловят рыбу, за составление природоохранных карт и, разумеется, расходы на рекультивацию. В тундре есть участки, которые вообще не восстанавливаются, поэтому приходится проводить специальное картографирование для прокладки транспортной сети по оптимальной схеме. Теперь уже нельзя соединять две точки по прямой, надо выбирать наименее разрушительные варианты. Они могут быть длиннее, менее выгодными, но с позиции сохранения природы оптимальными. Сейчас только ведется картографирование, а геологи и буровики, да и строители тоже, уже давно там ездят, не разбирая дорог. Точнее, вообще без дорог их там пока нет. За это надо применять штрафные санкции.