Всего за 149 руб. Купить полную версию
Также, мы знаем, что Мелиноя приносит ночные кошмары и безумие, меланхолию же считают проклятием Богов. Сумасшествие, потеря рассудка мор, который может перевернуть весь Олимп и поглотить разум каждого из божеств, только безумие способно это сделать, ибо оно расщепляет субъект, бессмертные боги, подвергнувшись данному явлению превратятся в иррациональных всемогущих существ, что, можно с полной уверенностью сказать, приведет к достаточно плачевным последствиям. Разумно возразить, сказав, что греческие боги и так безумны, жестоки и иррациональны, вспомнив, как Аполлон сдирает кожу с Марсия, Зевс, испытывая сильные головные боли, просит Гефеста расколоть ему череп, так появляется богиня Афина-Паллада, Кронос проглатывает своих детей. Но, позвольте, у этих действий есть своя причина, они вполне себе обоснованы, отсутствие рассудка беспричинно, поэтому и убийственно.
Можно с уверенностью сказать, что Мелиноя олицетворение печали (меланхолии), но Печаль, Тоска, Радость, Грусть существуют автономно в греческой мифологии, как некие абсолюты, эйдосы Платона, а вот боги являются их персонификацией, оболочкой. Такой оболочкой и стала Мелиноэ, появившись пред нами наполовину мрачной, наполовину светлой, соединив в себе любовь и ненависть, мрак и сияние, тепло и холод, прощение и месть, рождение и умерщвление, сперму и кровь, став единым, целокупным, неотделимым божеством, которое и является истинным ликом печали.
Печаль (меланхолия) в философии. Философская печаль
Хотелось бы начать следующий раздел данной работы, а именно, осмысление печали в философии, с античности, с греческой мысли, ибо, вспоминая диалоги Платона, трактаты Аристотеля, высказывания таких философов, как Парменид, Гераклит, Пифагор, мы с уверенностью можем сказать, что они предвосхитили весь последующий философский дискурс, и было бы странно начинать осмысление такой фундаментальной темы, как печаль с точки зрения немецкой классической философии, экзистенциализма, постмодерна и т.п. Именно поэтому взгляд на предмет данного исследования следует искать в диалогах Платона, утешениях Плутарха и Псевдо-Плутарха, трактатах Марка Туллия Цицерона и т.д., впоследствии, безусловно, мы дойдем и до Кьеркегора с Шопенгауэром.
Начиная с Гиппократа, меланхолия отождествляется с чем-то мрачным, «темным», определенно досаждающим человеку, не даром сам древнегреческий целитель называет меланхолию «черной желчью». Цицерон в своем трактате «Тускуланские беседы, книга III. Об утешении и горе», говорит: «Философы называют болезнями все волнения души без исключения, ни один глупец не свободен от них; но кто подвержен болезни, тот болен, и это относится ко всем, кто не мудрец, все они душевнобольные]. Здоровье души, говорят они, в покое и постоянстве; в ком этого нет, тех называют душевнобольными, полагая, что смута в душе, как и смута в теле, здоровьем быть не может»[20]. Печаль приобретает характер заболевания, некой негативной страсти, можно вспомнить данное явление в христианском дискурсе. Но, одним из главных отличий является то, что в философии, меланхоличное состояние не осуждается, на него лишь указывают, как на что-то нездоровое, вскоре приводящее к непомерным страдания. Получается, что печаль, как и тоска, уныние, отчаяние, грусть отнюдь не «плодоносные», не приносящие благ, явления, которые нужно скорее искоренять в человеке, дабы они не переросли в безумие, коим так пугает Цицерон.