Всего за 169 руб. Купить полную версию
Из холодной тени здания на меня насмешливо взирала каменная статуя. Громадная, выше меня, мускулистая, с крыльями, мощными когтистыми конечностями и вытянутой клыкастой мордой, прямо как у дракона.
Чего вопишь? со смешком укорила монстрятина. Рот закрой, пыли налетит. И иди давай, пока Винай на склад не ушёл.
И мне даже, со скрежетом протянув руку, любезно открыли дверь.
Закрыв рот, я смущённо посмотрела на живую статую, изобразила быстрый книксен и выдохнула искреннее:
Спасибо большое! Простите, а Винай?..
Библиотекарь, услужливо пояснило волшебное создание, криво оскалилось и нагло добавило: Нам про начальство плохо говорить нельзя, вот я и помолчу.
Я хмыкнула, статуя улыбнулась шире, продемонстрировав мне и задние каменные зубы, и вдруг сказала:
Скржай.
Мирейна, скромно представилась в ответ.
И никак не ожидала, что монстр громко усмехнётся, протянет мне вторую лапищу и бросит развязное:
Будем знакомы!
Его громадную ладонь я пожимала с опаской, но Скржай оказался умным существом, и ломать мою руку путём сжатия своей не стал.
Беги давай, послал с улыбкой.
Я и побежала, благодарно улыбнувшись ему напоследок.
Первым делом меня встретил маленький тёмный холл, за дверьми которого оказался холл побольше и посветлее, да и на мебель побогаче вдоль стен здесь шли деревянные скамейки с высокими резными спинками.
А вот уже за следующими дверями оказался третий холл. Самый большой, светлый и обставленный, он имел два окна на стене и стойку, за которой шелестел бумагами тихо угрюмо бубнящий мужчина.
Охваченная предвкушением перед встречей со знаниями предков, я приблизилась к стойке с вежливой улыбкой.
Улыбка поколебалась, стоило мужчине с седыми взлохмаченными волосами в серой грубой рубашке замереть и стремительно вскинуть голову. Меня обожгли пристальным взглядом узких тёмных глаз, сверкающих из-под толстых линз массивных очков.
Чо надо? злобно бросил он, дёрнув подбородок вперёд.
«Винай», сразу поняла я.
Добрый день, вежливость наше всё. Я бы хотела выписать литературу, бодрящее зелье продолжало действовать, я всё ещё была доброжелательной и радостной.
Из какого раздела? с видом «Луна даст, а я не дам» уточнил старичок, склоняясь над своим потрёпанным журналом.
Магического, ответила вежливо, но чуть растерянно, и торопливо добавила: Меня интересует литература по Бытовой магии.
Седовласый хищно вскинулся, подобрался, щербато оскалился и с нескрываемым злорадством, словно заранее знал ответ, подчёркнуто вежливо осведомился:
Документы об образовании имеются?
Имелись, конечно, в комнате в таверне, но:
А вам зачем? не поняла искренне.
А литература из Магического раздела, его улыбка становилась всё шире, довольнее и страшнее, выдаётся только по предоставлении соответствующих документов. Магов-самоучек нам тут не надо!
Не знала о таком правиле, но если задуматься разумное решение. Маги-самоучки действительно страшны, по незнанию и неопытности они могут наделать больших бед.
Так я маг, даже понимая, что без документов об образовании не поверят, сказала я.
Тёмная глаза сделались ещё меньше в подозрительном прищуре.
Бытовой? потребовал библиотекарь.
Нет, причин врать я не видела, зельевар, но
Вот зельями и занимайся! торжествующе вскричал господин Винай, аж подпрыгивая на стуле от радости.
Вот бывают же люди: сделал гадость и довольный!
Я нахмурилась, укоризненно глядя на сверкающего искренней радостью старика тот оскалился так широко, что едва не вывихнул челюсть. А лучше бы вывихнул, гад.
Нечего мне тут глазками сверкать, закивал он на дверь, намекая, что пора уж мне и шлёпать вон. Правила для всех едины!
Если он надеялся, что я так просто сдамся и уйду, то он явно не на того напоролся.
Нет, обычно я человек тихий, мирный и не скандальный, но давайте откровенно: он первый начал.
А будьте так добры, сладко заулыбалась я, кладя ладони на стойку, принесите правила библиотеки и покажите, где конкретно написано о том, что дипломированный маг не может интересоваться литературой смежного магического направления.
Улыбка померкла на морщинистом лице, тёмные глаза сверкнули злостью, в сжавшихся кулаках жалобно зашуршали страницы старенького журнала, но в одном Винай был прав: правила для всех едины. И у работников библиотеки они тоже были.
* * *
Час спустя я сидела за небольшим круглым столиком на открытой террасе третьего этажа, с удовольствием пила холодный фруктовый чай из чашечки и с наслаждением слушала глухую неразборчивую ругань господина Винайа. Обложившись неровными стопками потрёпанных жизнью книг, он не оставлял попыток обнаружить письменное подтверждение своей правоты.
Да только вот незадача в правилах библиотеки не было ни слова о том, что магам полагается литература лишь их специализации.
В Магический раздел допускались все, у кого имелись документы о магическом образовании.
Так гласили книги с правилами, об этом сказали все работники библиотеки, об этом в четвёртый раз напомнил снова принесший для меня чай Ваен молодой паренёк лет шестнадцати, устроившийся на летние каникулы работать помощником библиотекаря.
Но господин Винай был непробиваем! Сказал «Есть такое правило!», и хоть ты тресни. Ну, а мы народ не гордый, и в ответ на громкое заявление библиотекарь получил дозволительное: «Ищите».
Вот он и искал, цикута невротичная.
Искал, искал, а в итоге гневно сплюнул, вскочил и убежал с поразительной для человека его возраста прытью.
Через минуту в те же двери вошёл кучерявый русоволосый Ваен с забавными веснушками на носу, тепло улыбнулся мне и с плохо скрываемой насмешкой вежливо сказал:
Идёмте, леди Вермонт. Я проведу вас в Магический раздел.
Чистая победа!
Уходила я полчаса спустя, прихватив стопку книг из семи учебников и оставив в библиотеке карточку со своими данными и жалобу на господина Винайа. Совестно мне не было, папа всегда учил: любишь пакостить люби и заклинанием по лбу получать. В смысле, Винай сам виноват.
Библиотека располагалась практически в центре города, моя таверна приютилась ближе к окраине, недалеко от порта, так что идти пришлось долго. К концу дороги я вспотела и запыхалась, руки устали, ноги переставлялись с трудом, запыхавшаяся я ползла из последних сил
И тут у меня книги взяли и забрали.
Стоишь, хозяйка? коротко осведомился приятный низкий голос.
Вот по обращению я его и узнала!
Стою, выпрямилась, с шумом переводя дыхание, и посмотрела на своего ночного гостя.
Хорош, мерзавец! Он мне ещё ночью, в полутьме, хорошим показался, но только сейчас, при ярком свете дня, я смогла хорошенько его разглядеть.
Рост высокий, плечи широкие, спина по-военному прямая, поза уверенная и ноги широко расставлены, словно мужчина уже ощущал себя полновластным хозяином не только этой улицы, но и всего города.
Волосы короткие и настолько чёрные, что казалось, будто лучи солнца бесследно терялись в прядях. Загорелая кожа, узкий лоб, широкие брови низко посажены, нос прямой, губы тонкие, а подбородок, как принято говорить, тяжёлый. Квадратный, в смысле.
Аристократ, что ли? Было в нём что-то такое величественно-превосходящее. И уверенно-опасное.
Свободная белая рубашка явно местного производства была закатана в рукавах до локтей. Так что я видела и перекатывающиеся под кожей жгуты мышц, и тёмные вздутые вены, и то, как легко он удерживал мои книги.
А на правом запястье сверкал серебряный браслет с замысловатыми непонятными узорами. Так вроде ничего особенно, но если повнимательнее вглядеться, то словно импульсы спускались от затылка по спине Неужели артефакт?