Всего за 99.9 руб. Купить полную версию
Телёнок тем временем стал расти в размерах и извергать ноздрями пламя.
Баларам, это демон Ватсасура! крикнул Канха и тут же яро схватил телёнка за хвост. Продолжая движение по инерции, стал раскручивать его вокруг себя. Всё сильнее вращал и сильнее и, когда почувствовал, что демон готов вот-вот вырваться, отпустил, разжав пальцы. Чёрный демон, уже размером с большого слона, полетел и с множественным треском ломающихся ветвей грохнулся на могучее дерево капиттха. Ватсасура испустил дух, дерево же со стоном рухнуло под тяжестью своей ноши.
Наступила тишина, которая длилась несколько секунд, и тут шквал восторженных криков наполнил лес:
Ура! Канха победил демона! Ура! Джай Канха! кричали мальчики, сбегаясь к своему другу, чтобы посмотреть на него и вместе порадоваться.
Канха, что-то мне есть хочется, как будто это я, а не ты убил демона! застонал Баларама, поглаживая круглый животик.
Не переживай, брат, все проголодались, давайте пировать!
Канха посмотрел на ребят, все опять закричали:
Джай Канха! это уже в подтверждение предложенного.
Давайте перейдём к цветущей сливе, она такая прекрасная! Самое место для отдыха! предложил Судама и повёл к нежно-цветущему деревцу, вокруг которого жужжали суетливые пчёлы. Кто-то сбегал к реке и принёс воды, остальные развернули свои узелки, приготовленные их мамами, и предложили Канхе первому всё попробовать.
Канха с удовольствием положил себе в рот шарик ароматного розового сандеша, закрыл глаза и стал с блаженством жевать. Все кинулись на съестное и вскоре лежали, объевшись и разглядывая цветы и небо, прорывающееся своей ясной голубизной сквозь заросли леса. Через несколько минут Канха подпрыгнул с сияющей улыбкой и воскликнул:
Айда в прятки, друзья!
И ребята так же бодро подскочили и бросились врассыпную.
Баларам, ты водишь! закричал на бегу Канха, так как он был самый объевшийся и встал медленнее всех.
Ребята проиграли до сумерек и потом, погудев в рожки и собрав своё стадо, устало пошли через лес к себе во Вриндаван. Канха по пути наигрывал новую уже сложившуюся мелодию, давая друзьям почувствовать себя самыми счастливыми, как будто этот день будет длиться вечность!
Мама Канхи Яшода и мама Баларамы Рохини, закончив свои ежедневные хлопоты, связанные с поддержанием порядка в доме и приготовлением масла и других молочных продуктов, всегда ходили встречать своих сыновей, и к ним присоединялись другие женщины-мамы. Вместе они шли по селению и задушевно пели о любви к Богу, до того момента, как нежный и проникновенный звук флейты не возвещал им о возвращающихся пастушках.
Вот и сегодня они, собравшись, пошли встречать сыновей, услышали музыку, и сердца их наполнились радостью встречи. Дети подбежали к ним и обняли. Яшода прижала к себе Канху, и время для неё остановилось. Так было всегда, когда сын обнимал её. Ощущение, что сам Господь держит её в объятиях. Она чувствовала себя по-настоящему мамой именно в такие моменты. И, как бывало всегда, она заглянула ему в глаза и сказала:
Сыночек, ты цел?
И он с чувством полного удовлетворения ответил:
Конечно, мамочка! и чмокнул её в щёку.
Глава 3
Он не понимал, почему все переполошились в это утро: девушки, мамины помощницы, большой компанией готовили что-то очень сладко пахнущее на кухне, папины друзья собирались во дворе с какими-то дарами, всё было украшено гирляндами бархатцев и благоухало ароматами. Канха спрыгнул с постели и стал будить брата.
Баларам, Баларамчик! Скажи, что здесь происходит?
Брат потянулся, поднялся и сонно сказал:
А? Что происходит? он явно тоже не знал.
Канха побежал скорее во двор, но никто ему не отвечал, все только улыбались. Он сбегал, окунулся в реке и вернулся, кидая на ходу кусочки печенья обезьянам. Он хотел подманить их и спросить, может, они знают, что происходит? Когда он зашёл в дом, мама позвала его в свою комнату. За ним увязалась мартышка, шустро подбирающая крошки. Баларама с Судамой и Шридамой были тоже здесь. Что-то явно затевалось, ведь гости всё шли и шли с самого утра. Канха хотел спросить маму, но чудная обезьянка отвлекала его и заставляла смеяться.
Сыночек, не вертись, я тебя наряжаю, потребовала мама, закрепляя в его волосах перо павлина.
И тут в комнату зашла Радха с тарелкой ладду в руках, а за ней её мать Киртида, тоже с угощениями, которые они приготовили специально для этого случая.
Канха, угощайся, пожалуйста. Радхика протянула ему серебряную тарелочку сладостей: И вы, мальчики, добавила она, только сейчас увидев в комнате ещё детей.
Все налетели на угощение, а Канха спросил:
Что происходит?
С днём рождения, милый! воскликнула мама и расцеловала его румяные щёчки. Канха расширил глаза:
Здорово! А я и не знал!
Мы специально тебе не говорили, чтобы сделать сюрприз!
Это так радостно! Значит, все пришли ко мне? Канха незаметно стал скармливать ладду мартышке. Мама всё-таки заметила это и рассмеялась:
Сыночек, когда ты был маленький, то всё время носился с обезьянками. Ты кормил их маслом из украденных тобой с кухни горшков, ты постоянно что-то протягивал им и думал, что никто этого не замечает. Радхика маленькая первая указала, что ты кормишь «янку». Она ещё не выговаривала слово «обезьянку», и было очень забавно. А сейчас ты уже подрос и всё равно кормишь втихаря этих «янку». Яшода продолжала наслаждаться ситуацией, а Радхика, покраснев, тоже засмеялась.
Мама, некоторые из этих «янку» мои преданные друзья, сказал очень серьёзно, нахмурившись, Канха. Мартышка поняла, что сейчас мама её прогонит, потому что та взяла полотенце, и бросилась наутёк через открытые окна.
Идёмте к гостям! провозгласила мама Яшода, и они всей компанией пошли праздновать. Гостей пришло много: из Вриндавана и Матхуры. В дар принесли мёд, масло ги, манговое варенье, привели несколько телят и коров. Все пировали и пели пастушьи песни, играя на музыкальных инструментах. Все то приходили, то удалялись по делам, и всех Яшода одаривала спелыми фруктами и молоком. Всё продолжалось до самой ночи. А потом, провожаемые звуками вины (струнный музыкальный инструмент) бабушки Паталы, разошлись по домам. Коров и телят привели пастухи, и они пошли в свои коровники на отдых. Мама Яшода и её помощницы пошли за ними, чтобы подоить на ночь.
Глава 4
Однажды утром Канха, как всегда, поднялся самый первый. Баларама спал на соседней кровати и бурчал что-то во сне. Канха поднял свалившуюся подушку брата и осторожно положил рядом с ним. Он очень любил брата и старался не задирать его. Балараме же всегда доставалось из-за него от родителей. Что бы ни натворил Канха, всегда думали на Балараму. Канха поэтому старался хотя бы дома слишком не шалить.
Мальчик надел свои лимонного цвета дхоти, обувь и побежал в лес. Ещё было темно, и только нежное розовое зарево чуть-чуть коснулось горизонта. Он бежал, ощущая лёгкость и радость, чувствуя, как любит всё происходящее вокруг и будет любить ещё сильнее. На голову ему сыпались сонные лепестки вишен и слив. Вот лес расступился, давая место широкой ленте реки. Канха поклонился водам Ямуны и прыгнул. Прохладная вода поглотила его целиком, а потом вытолкнула на поверхность, играя лёгкими волнами. Мальчик поплыл вперёд до склоняющейся старой ивы. Её ветви гладили Ямуну и играли своими листьями в её водах. Канха ухватился за эти ветви-руки и ловко подтянулся на большую ветку. Там у него было припасено полотенце. Он вытер лицо и улыбнулся отражающемуся в реке красноватому отсвету восхода. Потом, лихо спрыгнув на землю, побежал назад.
Когда он поднимался по ступеням, навстречу вышел его отец, также одетый в дхоти и с полотенцем в руках.