Всего за 349 руб. Купить полную версию
Когда люди появились, сидевшие на ветвях вороны подняли грай и встали на крыло. Теперь их видно не было. Через полминуты воронье карканье затихло вдали.
Носилки, распорядился Черкасов. Что, Олег Дмитриевич, еще один маньяк? Почти все розыскники и следователи в городе были наслышаны, как в самом начале работы в уголовном розыске Костырев поймал серийного убийцу.
Не знаю, Олег осторожно продвигался к дереву.
Черкасов неопределенно хмыкнул. Семенов украдкой посмотрел на него. Костырев изредка делал в блокноте пометки, сейчас на коллег он не обращал внимания. Охотовед, прислонившись к стволу полусгнившей березы, сидел поодаль, рядом с ним дремала собака. «Суточники», увидев, какую работу им предстоит сделать, нервно курили и также нервно, негромко переговаривались.
Семенов стоял перед столбом, его глаза были широко раскрыты. В этот миг под его ногами разверзлась бездна. На остальных из глубины веков дохнуло смрадом ушедших в прошлое бесчеловечных эпох.
Кошмар, бормотал под нос Любарский, кошмар Я многое видел, но такое?! Олег, подойди сюда.
Что у вас? Черкасов подошел к эксперту.
Думаю, это отпечаток человеческой ладони, Любарский осторожно сдул с неглубокой вмятины на стволе древесную труху и пыль. Такое впечатление, что по дереву был нанесен удар. Очень сильный удар. Очень. Древесина сухая.
Действительно, напоминает отпечаток человеческой ладони, Черкасов нахмурился. Не удивлюсь, если окажется, что преступник действовал в одиночку.
Феноменально! Любарский осторожно накручивал объектив фотоаппарата. Никогда такое не видел!
Мертвенный свет фотовспышки на мгновение залил мхи, полусгнившие стволы деревьев, экспертов. Семенов вздрогнул и прикрыл глаза, словно его ослепило солнцем. Лайка смотрела на него не отрываясь.
В последнее время встречали в лесу чужих? тем временем расспрашивал охотоведа Черкасов.
В лесу всегда полно чужих: браконьеры, туристы, бродяги.
А подозрительных людей не замечали?
Таких, чтобы такое сотворить могли?.. Нет.
Олег медленно обходил столб по кругу. Разобрать что-либо между мхов и болотных кочек было почти невозможно. Глаз у Костырева был наметанный, но ни оторванных пуговиц, ни окурков он не заметил. Это было странно, учитывая, что из одежды на трупе остались только тренировочные штаны.
А мысли Олега крутились вокруг фамилии покойного: «Авен, Авен». Что-то она ему определенно напоминала.
Сфотографировав место преступления и исследовав поверхность почвы, эксперты разрешили снять тело. С руганью и ухищрениями это удалось сделать. Труп положили в мешок, на носилки и «суточники» отнесли мертвеца к дороге.
Что скажете, Олег Дмитриевич? повторил свой вопрос Черкасов.
Трудно что-либо утверждать, ответил Олег. Кроме того, что преступник физически здоров и молод.
Любопытно, пробормотал Черкасов. Считаете преступника одиночкой?
Почти уверен в этом, ответил Олег. Не уверен относительно зрителей или зрителя. Найти труп здесь практически невозможно. А все что он проделал с телом: крылья и положение убитого предполагает зрителя. Вероятно, особого зрителя Олег на мгновение осекся. Преступление совершено не в городском парке или лесопарковой полосе. А там, где обнаружить труп практически невозможно он снова осекся, пытаясь поймать вновь ускользнувшее предощущение. Я, как и Любарский, склонен считать содеянное жертвоприношением. Физическое здоровье в подтверждении не нуждается. Молодость преступника, к сожалению, не факт Он мог приехать в город недавно. Или быть проездом.
Вполне возможно, кивнул Черкасов, но это его «вполне возможно» прозвучало как «негусто». Звоните мне в любое время, Олег Дмитриевич, он вытащил из кармана массивный портсигар и закурил. Думаю, это дело нам по плечу.
Костырев усмехнулся так, словно уже знал ответы на все вопросы.
Мы делаем одно дело, так громко, чтобы его услышали все присутствующие, произнес Черкасов. И мы хорошо понимаем чем раньше раскроем это преступление, тем спокойней станет нам же. Это не просто убийство. Это вызов каждому из нас! И ответить на него мы должны адекватно.
И даже не перевел дыхание, лишь коротко глянул на оперативников. Сейчас Олег следил за ним с непроницаемым лицом. Семенов отвернулся в сторону.
Хладнокровное, жестокое преступление еще раз подтвердило страшную истину наши времена бесчеловечны. Мы находимся на линии огня, где каждое раскрытое преступление это чья-то спасенная жизнь. А возможно и не одна жизнь! То зверье, с которым мы боремся никогда не насытится кровью и человечиной. Помнить об этом, наша обязанность, наш долг
Странно было слышать все это возле столба, с которого только что сняли убитого.
В отдел они вернулись уже затемно. Олег позвонил домой. Предупредил, что скоро будет, только закончит кое-какие формальности.
Еще один «глухарь» виснет, бормотал Семенов. По своему обыкновению он сидел на подоконнике.
Олег положил трубку на рычаг, равнодушно посмотрел на него и открыл блокнот, в котором делал пометки.
Иди домой, отсыпайся, сказал он Михаилу спустя минуту. Завтра будет длинный день. Кстати, ты как-то говорил, что разбираешься в первобытной культуре. Что может означать жертвоприношение?
Семенов снова присел на подоконник:
Обычно это попытка выпросить что-нибудь у божества. А если верить слухам, специалист по таким вопросам ты, а не я.
Костырев покачал головой:
Тогда мне просто повезло. Случайное попадание, он утомленно потер глаза. А что еще может означать жертвоприношение?
Все что угодно. Испытание неофита, замаливание грехов, языческий ритуал. А что ты думаешь об этом?
Пока ничего. Иди домой.
Я тебя подожду.
Не стоит. Мне еще нужно к родне зайти.
Но на самом деле он хотел остаться один. К концу дня настолько устал от многолюдного окружения, что это желание пока что было единственным. Когда Семенов ушел, он закрыл глаза и с наслаждением вытянул ноги под столом. Так приятно было сидеть в тишине.
Олег незаметно задремал. Ему привиделась неширокая река с берегами, поросшими черемухой и калиной. Ветви деревьев склонились над водой, отмели возле берега поросли темно-зелеными лопухами. Вскоре к картинке, как в кино, добавился звук. Но вместо журчания воды Олег услышал тяжелое, размеренное дыхание и хруст сломанных сучьев. И понял, чьими глазами видит мир.
На другом берегу он увидел самого себя и жену с дочкой. Над деревьями вился дымок от костра. В омуте возле берега плескалась рыба. Ярко светило солнце, и солнечные зайчики весело перепрыгивали с волны на волну, играли в бурунах на перекатах. А на лицах людей такими же яркими лучиками вспыхивали светлые улыбки. Зверь видел, Зверь ждал своего часа Олег подхватил дочурку на руки, подбросил в воздух и радостно рассмеялся. Поймал хохочущего ребенка, подбросил еще раз. И вдруг улыбка сошла с его лица. Он пристально всмотрелся в сумеречные заросли на другом берегу
Олег вздрогнул и очнулся от полудремы. Перед его глазами, словно клубился зыбкий туман. Сердце в груди стучало тяжело и редко, лицо стало липким от пота. Костырев с трудом перевел дыхание и едва не упал на пол от внезапной слабости.
Черт, он уперся ладонями в столешницу. Ощущение было такое, словно рядом стоит сама смерть. Оставь меня, слабым голосом попросил Олег. Отойди.
И вдруг его лица коснулась прохлада. Так порывами свежий весенний ветер врывается в открытые окна. И с этим ощущением прохлады и свежести сердечная слабость отступила.
Ты все понял, человек? Спросила его тьма, сгустившаяся в углах комнаты.
Да, кивнул Олег и окончательно проснулся.