Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Тань, позвал Андрей, вернувшись к дубу и бросив хворост на землю.
Оу?
Ты сидишь как русалка.
Ну спасибо! ответила Таня, и по её голосу нельзя было понять, не то она обиделась, не то наоборот.
Андрей задумался. Разве он виноват, что Таня, недавно покрасившая волосы в зелёный и теперь сидящая на камне под дубом у реки, так напоминает русалку? Или надо было сказать что-нибудь другое? Вообще, что лучше сказать девушке в такой ситуации?
Света хихикнула, глядя на Андрея.
А ты знаешь, что славянские русалки не имели хвоста? спросила она, снова включив свой интригующе-многозначительный тон. У них были обычные человеческие ноги.
Таня пожала плечами, выражая сомнение всем своим видом.
Могут ли вообще у русалок быть человеческие ноги? Ведь русалка это не совсем человек.
Хороший вопрос, сказала Света. Подняв руку с телефоном, она сделала селфи на фоне реки и дуба.
Лёша ломал собранные ветки. Те трещали, словно высказывая громкий, хотя и малоэффективный протест по поводу своей будущей судьбы. Закончив, он соорудил из веток что-то похожее на маленький шалаш для садовых гномов и задумался.
У кого-нибудь есть спички? спросил Лёша, подняв голову.
Тоже хороший вопрос, повторила Света.
Вздохнув, Таня достала из кармана куртки зажигалку, но протянула её не Лёше, а почему-то Андрею.
Надо что-то на растопку, внезапно сообразил Андрей. Вряд ли маленький огонёк зажигалки будет способен разжечь ветки.
Лёша подсунул под хворост ненужные автобусные билеты, длинные, как древние свитки. Вопреки ожиданиям, они загорелись неохотно и погасли почти сразу. Подумав, Андрей полез в рюкзак. Общая тетрадь по математике не была исписана ещё и до середины, и оттуда с чистой совестью можно было вырвать несколько листов. Смяв их и подсунув на место обгоревших билетов, Андрей снова поднёс зажигалку.
На этот раз всё получилось: огонь перешёл с бумаги на мелкие ветки и, помешкав, скользнул на хворост покрупнее. Лёша торопливо положил сверху большой сук, который немедленно начал дымить хорошо, что едкие белые клубы относило в сторону. Тем временем Света и Таня, открыв пачку сосисок, накололи их на длинные прутья. По-хорошему, нужно было дождаться углей, но всем уже очень хотелось есть после дороги.
Сидеть на камне перед костром и наслаждаться жареными, со вкусом дыма, сосисками было просто превосходно. Андрей и Лёша сидели по краям, Света и Таня в середине. «Пенка» была тесна для четверых, но в этом было своё преимущество: Андрей мог прикасаться к плечу Тани.
Какая плохая связь, недовольно пробурчал Лёша, убирая телефон в карман куртки. Интернет вообще не работает.
Андрей, Таня, давайте ближе, скомандовала Света, вытягивая руку со своим мобильником. Вы не влезаете в кадр.
А так? спросила Таня, притянув Андрея за плечо.
А так влезаете.
Здорово, сказал Андрей.
Ему не хотелось думать о том, что уже сегодня, всего через несколько часов, придётся решать давно надоевшие задачи по математике. Осенний вечер просто прекрасен: сейчас Андрей сидит рядом с друзьями, в метре от них потрескивает костёр, сосиски, пусть и подгорели, восхитительно вкусны, а имбирный чай уже не обжигает, и его можно смело пить большими глотками
Вы знаете, что у японцев в старину была такая игра, внезапно начала Света, наклонившись вперёд. Ночью в тёмном доме четыре человека зажигали четыре свечи. Кстати, у японцев число четыре считается несчастливым, потому что оно произносится как «смерть».
Ага, коротко ответила Таня, надкусывая сосиску.
Так вот, они зажигали четыре свечи и по очереди рассказывали кайданы страшные истории о призраках. Когда рассказчик заканчивал свою историю, он гасил одну свечу.
Лёша осторожно положил руку на плечо Светы, и та на долю секунды сбилась.
И что потом? спросил Андрей.
А. Потом, когда гасла четвёртая свеча, в комнату приходил призрак.
Прекрасно, сказала Таня. И наверное, съедал всех четверых?
При слове «съедал» Андрей проглотил последний кусок сосиски и почему-то едва не поперхнулся.
Вряд ли, отозвалась Света. Он просто проходил по комнате, и его можно было увидеть.
Давайте попробуем? предложил Лёша.
Только у нас нет свечей и солнце ещё даже не зашло, чуть скептично заметила Таня. И главное, мы не в Японии.
Это, конечно, жаль, согласился Лёша.
Но идея хорошая, сказал Андрей.
Лёша чуть поворошил костёр длинной палкой, придвигая горящие ветки ближе к центру. Одна из них откатилась в сторону, точно не желая мириться со своей участью.
После каждой истории будем вытаскивать полено из огня? спросил он и тут же ответил сам себе: Нет, не надо, зря разводили, что ли?
Тонкий язычок пламени охватил придвинутую ветку и, чуть дрогнув, начал расти. Сверху едва-едва прошелестела листва, и снова стало тихо.
Тогда слушайте, начала Света. Она стянула резинку, распуская чёрные волосы, тут же рассыпавшиеся по плечам. Её голос изменился, точно у сказительницы древних легенд. Давным-давно, тысячу лет назад, на этой земле жили пруссы, последние язычники Европы. Они поклонялись богам в дубовых рощах. Сюда приходили христианские миссионеры, которые пытались срубить священные дубы. Пруссы очень сердились и в ответ срубали головы миссионерам. Тогда восемьсот лет назад сюда с крестовым походом пришёл Тевтонский орден, захватил землю и окрестил пруссов. Но они всё равно продолжали тайком поклоняться своим богам в тайных святилищах, укрытых в лесах. И вот, однажды комтур[1] замка Тапиау[2]узнал, что здесь, на этом самом холме, находится Ромове, главное святилище пруссов, где днём и ночью горит костёр у подножия дуба
Громко выстрелила ветка в костре.
А может быть, и не здесь, честно призналась Света своим обычным голосом, ведь святилище было тайное.
А может, и здесь, сказал Лёша. Посмотри, под каким громадным дубом мы сидим.
И вот, голос Светы снова стал шаманским, комтур решил тут же разрушить языческое капище и срубить священный дуб. Собрав отряд рыцарей, он отправился с ними в лес.
И?.. спросила Таня, играя прутиком в огне костра.
И исчез. Летописи гласят, что в тот день лес окутал странный туман. К вечеру рыцари не вернулись. Не было никого и утром. На следующий день прибыли крестоносцы из Кёнигсберга. Они прошли весь лес от края и до края, но не нашли ни следа пропавшего отряда. Не было и святилища. Комтур со своими людьми пропали навсегда.
Засада, скорее всего, предположила Таня. Пруссы знали, что к ним идут воины, и подготовили ловушку.
Вряд ли, возразил Лёша. Рыцарь в кольчуге, с мечом, да ещё на лошади. Что ему могут сделать крестьяне? Стукнуть лопатой по шлему?
Таня пожала плечами.
Стреле кольчуга не помеха, а в лесу преимущество у тех, кто здесь живёт.
Андрей внутренне восхитился рассудительностью Тани. О подобном он мог только мечтать.
Я не договорила, важно сказала Света. Так вот, с тех пор у всех, кто жил здесь, этот лес считался злым местом. Сюда не ходили ни на охоту, ни за дровами. В восемнадцатом веке по ночам среди деревьев издалека видели голубые огоньки. Говорят, что во время Первой мировой войны в этом лесу бесследно пропал отряд русской пехоты. Во Вторую мировую тут исчез отряд уже немецкой пехоты. А потом: Света сделала паузу, словно что-то обдумывая. Ну, то есть уже после войн, в сорок седьмом, из леса не вернулись два колхозника, только что переселившихся из России. Немцы, которые ещё жили здесь, рассказывали, что лучше не соваться сюда, когда вечером над рекой встаёт туман. А двое парней сразу же решили пойти посмотреть. И больше их никто не видел.
Хм, отозвалась Таня. Ты меня прости, но в лесу после войны подорваться на мине было не просто, а очень просто.
Но взрыва никто не слышал! возразила Света. Следующий случай был в пятьдесят первом. Мальчик пошёл собирать ягоды и пропал. Его искали целую неделю и тоже не нашли. Через месяц он вышел из леса и очень удивлялся почему все так переполошились, ведь он гулял всего несколько часов! Ну да, он немного заблудился, дошёл до болота, с которого клочьями вставал туман. Мальчик понял, что идёт не туда, повернул назад и выбрался из леса.