Всего за 164 руб. Купить полную версию
Это не для него, я забрала баночку и поставила ее на место, а для покупателей. Наш аптекарь не утруждает себя объяснениями, с какой частотой и в каких дозах принимать то или иное зелье. За это он берет отдельную плату. Поэтому здесь все так подробно расписано.
Сколько он тебе платит? За баночку? прищурился Себастьян, скрестив руки на груди.
Какое это имеет значение? уклончиво отозвалась я, продолжая перемещать партию в ящик.
Любопытно. Так сколько ты получаешь от вашего аптекаря за баночку?
Пятьдесят монет.
Явно не золотых. Серебряных?
Медяков, сухо проговорила я, чувствуя себя крайне неприятно. Да, я знала, что это ничтожно мало, но ничего не могла сделать.
Пятьдесят медных монет? возмутился муж. За баночку?! С хорошим, действенным зельем? А по какой цене он продает лекарство больным?
Какая разница? фыркнула я.
Большая. В столице одна такая баночка стоит два золотых. А если аптекарь известный, то все десять.
В столице работают аптекари с лицензией и разрешением от магического сообщества. У них есть дар. Им не приходится стыдиться своих способностей и доказывать всему миру, что они имеют право им пользоваться, не выдержала я, резко повернувшись к мужу. Я же действую на свой страх и риск. Я знаю, почем аптекарь продает мои настойки. Пять серебряных. Мне известно, что он наживается на мне. Но его услуги стоят дороже. А у нас в провинции люди живут небогато. Сделав глубокий вдох, чтобы хоть немного успокоиться, я продолжила: Здесь сто баночек. За них я уже получила пять золотых. Вероятно, для тебя это не деньги, в отличие от моей семьи. Мы бедны. Я горько улыбнулась и накрыла ящик деревянной крышкой. Почему я продаю свои товары за гроши? Потому что могу. У нас с аптекарем соглашение: он закрывает глаза на мои способности, а я поставляю ему товары. Мы оба в выигрыше. Моя семья получает деньги. Небольшие, но получает. Это лучше, чем ничего.
Когда я, наконец, выговорилась, в комнатке установилась гробовая тишина. Конечно, я почти сразу пожалела о своей тираде. Да еще в таком тоне! Очевидно, мне не удалось скрыть раздражение и боль от сложившейся ситуации.
«Да что со мной такое?! Я знакома с лордом Себастьяном Конте всего сутки. Тогда почему рассказала? Ведь дело не только в том, что он мой муж, который имеет право знать обо мне все. Может, причиной тому внезапно возникшее доверие к нему?»
Прости, тихо произнес он, я действительно понятия не имею, каково жить на грани бедности. Моя семья всегда была богатой и знаменитой.
Это вы ты прости. Мне не стоило поднимать эту тему. И тем более обвинять тебя.
Стоило. Мне и самому следовало догадаться. Я назначу твоей семье ежемесячное содержание в сто золотых.
Я от неожиданности даже на стул села. Благо он стоял рядом. А то так бы и плюхнулась на пол.
Сто золотых? прохрипела я. В месяц? Это же
«Целое состояние!»
Кроме того твоей сестре необходимо приданое.
Что?
Я окончательно растерялась. Перед мысленным взором предстала невероятная в своей соблазнительности картинка: мешок, набитый золотыми. Каждый месяц! Это ведь можно полностью заменить крышу, переделать крыльцо, обновить мебель. Не всю, конечно, но хотя бы выбросить совсем старую. А еще нанять слуг.
Ирис. Твоя младшая сестра. Ей нужно приданое.
Д-да, но ты-то тут причем? прошептала я.
Она моя свояченица. Я не могу допустить, чтобы ее не приняли в обществе. Кстати, твоей старшей сестре тоже нужно приданое. Пусть она и замужем, но все равно.
Ты сейчас серьезно?
Обещания мужа просто не укладывались у меня в голове.
А что тебя удивляет? Поверь, для меня это ничтожные суммы. Жалование в академии гораздо больше. Плюс я получаю выплаты по магическим патентам, проценты от ценных бумаг, платежи арендаторов. Ты могла не знать, но я весьма обеспеченный мужчина, закончил он с усмешкой.
Представляю.
А вот чего я не могла представить это того, чем мне отплатить за подобную щедрость? Что я могла предложить новоиспеченному благодетелю? Свою девственную кровь? Или рождение двадцати наследников с чистым даром?
Как прибудем в столицу, я немедленно займусь этим вопросом, подытожил Себастьян.
Что мне оставалось ответить?
Спасибо, прошептала едва слышно. Большое спасибо. Ты даже не предполагаешь, как много это значит для меня.
Вот и решили. Что еще ты должна отправить аптекарю? Есть еще ящики?
Нет, это последнее.
Хорошо. Тогда за работу.
В путь мы отправились лишь после обеда. Раньше выбраться не получилось. В моем кабинете мы проторчали больше четырех часов. Но время пролетело быстро и незаметно.
Я не стала сообщать родителям о плане Себастьяна по обеспечению нашей семьи. Вдруг он передумал бы. Решила написать по факту. Если он выделит эти сто золотых на год это уже будет огромная помощь родным.
Переодевшись в дорожный костюм, я уже собиралась спуститься вниз, как в дверь нерешительно постучали.
Шанталь, можно к тебе? тихо поинтересовалась мама, осторожно открывая дверь. Я хотела бы поговорить с тобой.
Конечно, проходи. Поправляя короткий жакет, я ободряюще улыбнулась родительнице. Что-то случилось?
Нет-нет, все хорошо. Ты такая красивая, Шанти.
Не такая как Дейзи, не удержалась я.
Я сказала это не из зависти, а скорее по привычке. Просто старшая сестра не терпела конкуренции и неизменно требовала, чтобы самой красивой, милой, доброй и лучшей называли только нее. Я так привыкла быть на вторых ролях, что уже не могла избавиться от этого. Даже сейчас, услышав мамину похвалу, вспомнила Дейзи и напомнила об ее превосходстве. Мне самой это показалось глупой привычкой, которую следовало искоренить.
Ты ничуть не хуже, со слезами на глазах улыбнулась матушка. Знаешь, я очень за тебя рада, милая. Рада, что ты встретила свою судьбу, вышла замуж. Лорд Конте хороший мужчина. Уверена, он сумеет сделать тебя счастливой.
Я лишь кивнула, решив не заострять внимание. Зачем давать ложные надежды и ей, и себе?
У меня для тебя подарок.
Мама достала из кармана небольшую подвеску в форме четырехлистного клевера ярко-зеленого цвета.
Это же бабушкина подвеска, удивленно прошептала я, сразу узнав вещицу.
Да. И теперь она принадлежит тебе. Она вложила подвеску в мою ладонь и слегка сжала. На память о нас и нашем доме.
Ох, мама
Я знала, насколько дорога матушке эта вещь. Подвеска единственное, что осталось нашей бабуле от родителей, которые погибли, когда та была совсем крошкой. Ба воспитали соседи, дали ей свою фамилию и все время поддерживали. От настоящей семьи у нее сохранился лишь этот четырехлистник.
Но я думала, что ты подаришь его Дейзи.
Ты ведь знаешь свою сестру. Она не любит безделушки. А здесь нет ни золота, ни драгоценных камней, призналась матушка, стирая слезы. Я хорошо знаю своих дочерей, Шанталь, и не сомневаюсь, что именно ты оценишь подобный подарок.
Тут уж я не смогла сдержаться. Хлюпнув носом, бросилась к ней и крепко обняла.
Мамочка, я так тебя люблю.
И я тебя люблю. Знай: что бы ни случилось, мы с отцом всегда придем тебе на помощь. Но я надеюсь, что это не понадобится, отозвалась мама, обнимая меня в ответ.
Все будет хорошо.
Прощание заняло немного больше времени, чем я рассчитывала. Я долго обнималась с отцом. Утирала слезы неожиданно разревевшейся Ирис. Выдержала холодное прощание с Дейзи, которая то и дело бросала взгляды на моего красавца-мужа. В итоге Себастьяну пришлось дважды напоминать о том, что нам пора.
И вот, наконец, мы сели в карету, закрыли дверцу и отправились в путь.
Держи.
Муж протянул мне белый платок. И только тогда я поняла, что тоже плачу. Практически беззвучно, но слезы текли по щекам, выдавая меня с головой.
Спасибо.
Приведя в порядок лицо, я замерла в ожидании обещанного разговора. Однако его не последовало. Себастьян молчал, а я находилась не в том настроении, чтобы о чем-то спрашивать.