Всего за 199 руб. Купить полную версию
Уже поздно, сообщил я. Я должен забрать Чебика у няни. Лиза, тебя проводить?
Ее наивная хитрость сейчас не умиляла, а раздражала. Лиза не была конченой идиоткой: зачем Чебу его панамка на ночь глядя? Можно принести утром, днем, да и вообще могла бы не приносить. Этих панамок бабАня натащила целую кучу. Мы их постоянно теряли, но няня не унывала и нахлобучивала на Чеба каждый раз новую.
Может, смерть Литвинова сблизила нас еще больше, а, может, вне зависимости от случившегося Лиза подумала, что пора идти ва-банк. Время, оказывается, имеет свойство неожиданно кончаться, обрезая все шансы воплотить мечту. Итак: детская панамка, как предлог остаться на ночь. Вино явно прилагалось к панамке для этого случая. Не летавица же расщедрилась на него, да еще и на пирожные. Тави с подарками? Нонсенс.
Представляю разочарование подруги, когда дверь ей открыла прекрасная незнакомка. А впустила ее точно летавица. Ни у кого, кроме меня, не имелось ключей от квартиры. Тави же никогда не смущали запертые двери. Она всегда могла найти щелку в окне, чтобы открыть задвижку. Тем более летом, когда окна почти никогда основательно не запирались.
Поздно, да, засуетилась Лиза. Мне и в самом деле пора. Не нужно провожать, автобусы еще ходят. Да я и вообще недалеко
Она выскочила в коридор, я вышел следом.
А твоя сестра просто чудо, сказала Лиза, завязывая кроссовки. Почему ты не говорил, что у тебя
«Сестра?» Тави проявила высшую меру изобретательности. И я бы сказал «такта», если бы мог подозревать хоть каплю эмпатии у своей бывшей жены.
Ладно, я позвоню, дверь за Лизой закрылась.
Я вернулся на кухню. Облокотился на косяк, скрестив руки на груди:
Сестра?
Ой, не начинай
Тави продолжала отхлебывать из фужера.
Я не предъявляю претензий, наоборот, удивлен твоему внезапному такту. Такое трепетное отношение к моей личной жизни.
Может, меня задело ее это «трепетное отношение»? Ну, ладно, самую чуточку задело.
А-а-а, летавица беззаботно махнула рукой. Я подумала, что ты очень нравишься Лизе, раз она пришла так поздно. Только сцен ревности мне не хватало. А без них мы мило посидели. Никакой натянутости.
Конечно, Тави думала вовсе не обо мне, или Лизе. Ее, как всегда, беспокоило только ее самочувствие.
Мы договаривались, я нахмурился. Тави, ты не должна открывать дверь тем, кто ко мне приходит. Я опускаю момент, в котором тебе вообще категорически запрещено появляться здесь в мое отсутствие. Но ни в коем случае больше никогда не показывайся на глаза моим знакомым.
Я подошел к окну и распахнул рамы. Свежий ночной ветер ворвался в прокуренную кухню.
Почему? она посмотрела на меня с детским недоумением. И не менее наивно продолжила. Мы подружились с Лизой. И теперь лучшие подруги.
Тави, я сделал глубокий вдох и выдох, чтобы не хамить. Во-первых, нельзя стать лучшими друзьями всего лишь за одну встречу. А во-вторых, ты летавица.
Вот именно, с энтузиазмом подхватила она. Летавицы редко собираются в стаи, а когда такое случается это худшее время в моей жизни. Они все такие такие
Эгоистичные?
Я бы мог не стараться с сарказмом, она все равно не приняла подколку на свой счет.
Вот именно! радостно воскликнула летавица. С ними невозможно общаться, а мне так не хватало подруги!
И когда ты пришла к данному выводу?
Только что!
Кто бы сомневался!
В общем, сказал я уже строго, никаких подруг, никаких посещений этого дома в мое отсутствие, и вообще Тави, сосредоточься. Мне нужно всего минут десять твоего пристального внимания.
Взгляд Тави сразу стал печальным. Она почувствовала, что веселье закончилось. В смысле, ЭТО веселье закончилось, и теперь ей нужно придумывать что-то новое.
В чем дело? недовольно буркнула она.
Во-первых, дело в том, что ты должна где-то скрыться, я решил начать с главного, пока она в состоянии слушать. Надолго внимания летавицы не хватит, я это прекрасно знал. Вообще никому на глаза не показываться. Никому, в том числе и мне.
Почему? переспросила она опять.
Слетела со стола, с нескрываемым удовольствием выскользнула из моей футболки. Крылышки тонким серебром затрепетали в огнях ночного города, отражающихся в окне.
Если тебя найдут, будут огромные неприятности. У тебя, добавил я, чтобы она точно не пропустила мимо ушей.
Кто найдет? И какие неприятности? И вообще с чего бы это?
Я же сказал ОГРОМНЫЕ неприятности. И все равно, кто найдет в любом случае они непременно будут, как только ты покажешься кому-либо на глаза. А с чего бы Тави, скажи честно: ты летала ночью в зоопарк? Той ночью, когда я сказал, что Чеб кидался камнями в клетку со львом?
Не помню, развела руками Тави.
Я предполагал такой ответ. И, нужно отдать летавице должное, она говорила правду. Память у Тави в некоторых случаях была как у рыбки. Я никогда не мог догадаться, что из пережитого остается у нее в голове, а что сквозит наружу, не цепляясь ни за одну извилину.
Если она сказала: не помнит, значит, так оно и есть. Я с досадой поморщился. Какого черта?! Тави могла в тонкостях поведать о потере пуговицы много лет назад, но роды абсолютно выветрились из ее головы. Она знала, что Чеб ее сын, но не помнила, как его рожала. В отличие от меня: уж мне-то никогда этого не забыть.
Но вот надо же, какая фигня: именно эта ночь в «Лимпопо», все детали которой нужны мне как воздух для ее же спасения, испарилась из памяти Тави.
Тогда у тебя остается один единственный вариант: бежать и прятаться.
Но
Не высовывайся! рявкнул я. Если не хочешь, чтобы тебя заперли в клетке, как зверя в зоопарке!
Тави всплеснула руками, и лицо ее стало мертвенно синим. Я никогда ее такой не видел, и даже испугался.
Ты серьезно? прошептала она. Как так можно в клетке?!
Вот так! В ту ночь, о которой не помнишь, в зоопарке убили ветеринара. Ты его, конечно, не знаешь, но мы с Чебом дружили с Митричем. Его загрыз лев. И кое-кто уверен, что ты открыла клетку льва.
Зачем бы мне это было бы нужно? она искренне недоумевала.
Опять порозовела, синева сошла с прекрасного лица. Черт побери, видимо, моя угроза про клетку не зацепилась в ее голове.
Затем, что накануне Митрич надрал Чебу уши. Ты еще возмущалась насчет унижения крови. В смысле кровной мести.
А, сказала Тави. Это я помню. И да, что-то собиралась сделать. Но при чем тут лев? Он не обижал мою кровь. Ты же говорил, что, наоборот, его обидел котенок? А еще Мне не нравятся львы. Совсем.
Она покачала головой.
Я их не понимаю. Вот эти
Тави кивнула на фото Чебика с орангутангом:
Совсем иное дело.
Тави, ты
Если бы я сказал сейчас «тупица», пришлось бы еще часа два объяснять, что это такое. А назвать «дурой» мать моего ребёнка у меня язык все-таки не поворачивался. Сам попался на ее чары, так кто здесь дурак?
А еще я не мог предложить Тави никакого укрытия. Не врал управнику: ей и в самом деле, кажется, деваться было некуда. Среди летавиц никогда не водилось никакой дружбы, даже малейшей симпатии или сочувствия не могло быть. А все мои связи эта система наверняка проверила. Мне сложно представить, чем занимается человек с женским именем Юлий, но думаю, его подходы похожи на все остальные методы розыска предполагаемых преступников.
Какого черта, Тави! Сосредоточься на главном. Представь, что ты как тот лев, который тебе не нравится, сидишь в клетке! Не можешь взлететь в небо, танцевать под белоснежными облаками на изумрудной лужайке, пробежаться по магазинам. Ты просто сидишь, и каждый может подойти и ткнуть веткой через ограждение, и рассматривать со всех сторон, и обсуждать, будто тебя нет здесь
И будет пахнуть, как от того льва? Тави брезгливо сморщила носик.
В зоопарке клетки регулярно чистили, но специфический запах до конца искоренить было невозможно. Звери все-таки.