Всего за 169.9 руб. Купить полную версию
Следствием этих действий по прорыву французского строя и ухода авангарда на север стало разделение флота де Грасса на три группы, широко разбросанные, разрозненные и беспорядочные. В центре находился флагман «Ville de Paris» с пятью кораблями (на схеме ниже позиция «А»). В двух милях к югу находился французский авангард и часть центра всего около полутора десятков кораблей (на схеме позиция «D»). Арьергард находился в двух-трех милях к северу от флагмана (на схеме позиция «С»).
Для восстановления порядка и объединения флота де Грасс подал несколько сигналов, но точность исполнения приказов была недостижима для кораблей с различными степенями повреждений, тем более, что «Glorieux», «Cesar» и «Hector», лишенные мачт, оставались неподвижными между французским и британским флотами (на схеме позиция «В»).
Британский флот в результате своих маневров также был разделен на три части, две из которых проходя мимо «Glorieux», «Cesar» и «Hector», нанесли им дополнительные повреждения (французский флот фактически потерял три этих корабля). К этим потерям следует добавить деморализацию французских экипажей из-за гораздо больших потерь, вызванных британской практикой стрельбы по корпусам (французы традиционно старались вывести из строя такелаж кораблей противника, чтобы лишить их хода).
12 апреля 1782 года. Погоня заключительная фаза сражения
Офицер, участвовавший с этом бою, впоследствии сообщил историку флота сэру Джону Россу, что французы стреляли «очень высоко». Сэр Гилберт Блейн, который, был флагманским врачом флота и получил разрешение находиться на палубе в течение всего боя, через десять дней написал: «Я могу утверждать по своему собственному наблюдению, что французский огонь ослабевает, когда мы приближаемся, и совершенно молчит, когда мы находимся рядом».
Нет нужды говорить, что заметное превосходство в использовании артиллерии заставит замолчать самого храброго врага; и практика целиться в рангоуты и паруса, хотя и подходящая для отрыва от погони, существенно уступала той тактике, от которой зависит исход решающего сражения. В качестве иллюстрации укажем потери британцев. Всего было 248 убитых и 816 раненых во флоте из тридцати шести кораблей. Самый высокий показатель был у «Дьюка» 73 убитых и раненых.
Никакого точного отчета или даже очень приблизительной оценки потерь среди французских экипажей никогда не приводилось. Потери французскими властями никогда не публиковались. Сэр Гилберт Блейн, располагавший благоприятными возможностями для получения информации, подсчитал, что только на «Ville de Paris» потери составили 300 человек. Поскольку 5400 пехоты были распределены между кораблями флота, общие потери будут пропорционально больше; но, даже допуская это, не может быть сомнения в том, что потери французов, по выражению историка Шевалье, «были определенно гораздо более значительными, чем собственные потери, о которых сообщили англичане». Погибли шесть французских капитанов * из тридцати против двух ** английских из тридцати шести.
* Капитан де Ла Клоштри с «Hercule»; rапитан де Сен-Сезер c «Northumberland»; капитан де ла Виконт с «Hector»; капитан Бернар де Марини c «Cesar»; капитан граф д'Эскар с «Gloreux» и капитан дю Павилkон c «Triomphant».
** Капитан Уильям Блэйр с «Ансона»; и капитан Лорд Мэннерс с «Резолюшна», который, был смертельно ранен и прожил всего несколько дней. Капитан Уильям Бейн с «Альфреда» пал в бою 9 апреля.
Родни не воспользовался должным образом прекрасной возможностью, предоставленной ему в полдень 12 апреля. Он позволил кораблям некоторую свободу маневра, прервав боевой порядок; сигнал к ближнему бою, поднятый в 13:00, был отменен через полчаса. Худ, осознавший явно видимый успех, а также сделав разумные выводы из ситуации, желал, чтобы был отдан приказ о всеобщей погоне. Он резко порицал адмирала за то, что тот не дал эту команду. Худ писал:
«Я совершенно уверен, что мы могли бы до наступления темноты захватить или уничтожить до двадцати неприятельских кораблей. Вместо этого адмирал большую часть дня преследовал противника только под марселями (иногда был поставлен фок, а иногда бизань-марсель), хотя у убегающего врага были подняты все паруса, которые позволяли их повреждения».
Подавать сигнал к общей погоне было за пределами компетенции младшего флагмана; но Худ сделал все, что мог, подав неоднократные сигналы отдельным кораблям своего дивизиона увеличить парусность.
Сэр Гилберт Блейн разделяет разочарование Худа:
«После прорезания французской линии боевые действия в течение остальной части дня были случайными и беспорядочными. Противник так и не смог построиться, и несколько наших кораблей были вынуждены лежать в дрейфе рядом с французами и ремонтировать свои повреждения. Сигнал для общей погони так и не был поднят, и каждый корабль действовал так, как полагал его капитан».
Сражение у островов Всех Святых 12 апреля 1782 года. Художник Николас Покок (17401821)
От этой передачи действий на усмотрение капитанов самым правильным средством, как указал Худ, был бы приказ о всеобщей погоне, дополненный бдительным надзором адмирала, который должен был сдерживать чрезмерную спешку и подбадривать чрезмерную осторожность. В ходе этой вялой погони три подбитых французских корабля были настигнуты и спустили флаги; четвертый, «Ardent» (64), был захвачен из-за того, что был медлительным «ходоком». Ближе к закату флагман «Ville de Paris» (104), лучший французский военный корабль, доблестно защищавшийся от множества врагов в течение большей части дня и израсходовавший все свои боеприпасы, также спустил свой флаг. Два британских корабля, которые вступили с ним в бой, были «Рассел» и «Барфлёр», флагман Худа, которому французский флагман официально сдался. Точный момент сдачи, отмеченный в журнале Худа, 18:29.
«Барфлёр» ведет бой с «Ville de Paris». Художник Томас Вайткомб (17631824)
В 18:45 Родни дал сигнал флоту выстроиться в линию, остановиться и оставался в таком положении до утра, в то время как французы продолжали отступать по приказу маркиза де Водрейля, который после пленения де Грасса стал главнокомандующим. По поводу этого легкомысленного решения адмирала Родни у Худа были сильные слова осуждения.
«Он отпустил французский флот только потому, что Ville de Paris был захвачен? И этим он удовлетворился? Я не могу с этим смириться. Он не преследовал французов, что было легко сделать, не упуская из виду неприятеля даже ночью, что несомненно позволило бы ему захватить на следующий день почти все французские корабли. Если бы я имел честь 12 апреля командовать флотом Его Величества, я могу, не опасаясь обвинения в тщеславии сказать, что флаг Англии теперь украшал бы кормы более чем двадцати вражеских линейных кораблей».
Медаль в память о победе британского флота 12 апреля 1782 года
Подводя итог сражения, необходимо отметить, что было захвачено пять французских кораблей: Ville de Paris (104), «Ardent» (64), Hector (74), Glorieux (74) и «Cesar» (74). Последний затонул из-за полученных повреждений.
Де Водрейль на следующее утро имел с собой всего десять кораблей; остальные «разбрелись». Он направился к мысу Франсуа (север Гаити), и по пути к нему присоединились еще пять, так что до его прибытия на эту базу 25 апреля у него было не более пятнадцати французских линейных кораблей. Там он нашел еще четыре корабля. Еще шесть ушли на Кюрасао и присоединились к основному флоту только в мае. Таким образом, 25 французских кораблей избежали уничтожения и захвата в сражении 12 апреля.