Всего за 480 руб. Купить полную версию
После того как были изучены и выявлены закономерности в инструментах Фибоначчи, мы перешли к скользящим средним, ещё одному элементу системы старшего трейдера. И тут уже знакомый мне инструмент технического анализа заиграл новыми красками. Слушателям курсов была предложена совокупность из пяти скользящих средних разного типа со специально подобранными параметрами (50, 100, 200, 500 и 1000), которые одновременно накладывались на график и показывали сильные уровни поддержки и сопротивления. На этих скользящих работало «правило трёх касаний»4, причём достаточно эффективно. Несколько раз я пробовал применить другие параметры линий и протестировать их, но получалось хуже. Рекомендованные значения и типы скользящих средних делали своё дело: цена «слушалась» уровней и отскакивала или пробивала их в рамках упорядоченной системы.
Тестирование тех или иных закономерностей проводилось не на истории, как делают в рамках бэктестинга торговых систем, а вживую, на демосчёте в моём случае, а в случае некоторых коллег на их реальных счетах. И тут пригождались мои прогнозы: прежде чем коллеги делали что-то на реальных деньгах, они спрашивали моего мнения о том, что показывает инструмент и на какой паре лучше совершить сделку. Не все, но многие стали торговать, соотнося своё видение рынка с моими взглядами на ситуацию.
За время обучения было ещё много инструментов анализа, часть из которых я довольно быстро откинул, потому что по итогу проверки и тестирования смог убедиться в эффективности основного Фибо-набора. При этом всегда на отдельном шаблоне у меня в терминале присутствовал индикатор Ишимоку. После того как наставница рассказала о её подходах к применению данного индикатора, он стал постоянным спутником моего анализа рынка: несмотря на то что я не воспринимал его сигналы в качестве метода принятия решений, данный индикатор предоставлял очень много полезной информации. На основании его можно было определить текущий и будущий тренд с той или иной степенью вероятности, найти ключевые уровни поддержки и сопротивления, а также сказать, насколько долго цена застрянет в боковике без существенного роста или падения.
Не видящему этого многообразия инструментов на графиках, не понимающему сути подхода и его эффективности трейдеру могло показаться, что мы занимались полной ерундой, так как со стороны наши графики состояли из всевозможных уровней, линий и инструментов и выглядели довольно зашумлённо. Но все инструменты, нанесённые на ценовые изменения, от многочисленных Фибо-уровней до Ишимоку, давали максимум полезной информации: не только точку входа в сделку, но, что более важно, точку выхода.
Я строил Фибо-уровни и видел, куда придёт цена в рамках роста или падения. Рынок валют вдруг стал до невозможности «бинарен», превратившись из набора не связанных между собой ценовых движений разной силы в своеобразный поезд, едущий по рельсам поддержек и сопротивлений по заранее известному маршруту и с понятными остановками. Вероятность того, что уровень или паттерн сработают, была невероятно высокой.
Тем временем финансовая компания продолжала активно привлекать всё новых и новых людей «на работу». Один за одним мужчины, женщины, молодые и пожилые, приходили в компанию, чтобы получить работу, а в итоге проходили платное обучение и оказывались перед выбором: внести свои деньги на депозит и работать на себя, или уйти. Был, конечно, вариант получить в управление капитал инвестора, но такие случаи становились очень редкими.
Мне в этом отношении повезло гораздо больше: за какие-то полгода с небольшим я превратился в наставника для других трейдеров и слушателей курсов. Старший трейдер с радостью делегировала мне необходимость читать лекции по основам её анализа, и в особенности рассказывать об инструментах Фибоначчи, которые я к тому моменту развил в почти что самостоятельное направление анализа.
Помимо технического анализа, я также не забывал про анализ фундаментальный. Я с удовольствием рассказывал коллегам по компании о взаимосвязи цен на медь, золото с ценами на австралийский доллар, делился своим пониманием и сведениями о монетарной политике крупных мировых ЦБ и о влиянии процентных ставок и макроэкономических показателей на курсы валют. Также я посвятил коллег в вопросы влияния фондовых рынков на курсы евро, доллара и других валют, информацию о чём почерпнул из бесконечного количества прочитанных в интернете статей.
Всё это производило на «учеников» впечатление, а меня побуждало искать всё новые актуальные биржевые закономерности, которые были бы способны обеспечить людям прибыль. Несмотря на то что такой задачи не ставилось, мне было важно доказать эффективность моего взгляда и сформированного подхода. В один из торговых дней мне удалось даже убедить наставницу в том, что такой фактор, как вмешательство ЦБ в курсы валют, так называемая валютная интервенция, никогда не происходит на пустом месте с точки зрения технического анализа. В том случае интервенция, проведённая Банком Японии, ослабила японскую иену, и рост пары USD/JPY произошёл чётко от Фибо-уровня поддержки, а само движение я предполагал ещё за пару дней до этого. Я не знал, что оно будет таким быстрым и сильным, но рассчитывал, что уровень Фибоначчи выступит в качестве преграды для цены, что и произошло.
В первую пятницу каждого месяца мы все вместе торговали на данных по занятости вне сельскохозяйственного сектора (non-farm payrolls), и группа трейдеров делилась на два лагеря: первый лагерь, как мне казалось, мухлевал, просто выставляя два отложенных ордера на покупку и продажу над и под ценой, ожидая движения цены в одном из направлений. На такой паре, как EUR/USD, макроданные часто приводили к «вертолёту», когда цена в моменте сначала двигалась в одну сторону, а почти сразу после в другую, что оставляло незадачливых трейдеров первого лагеря в неприятном «замке» с двумя открытыми сделками и необходимостью раскручивать этот так называемый лок. Второй лагерь, к которому относился я, предпочитал анализировать график цены и пытаться определить не только направление движения, но и цифры по ожидаемому макроэкономическому индикатору. Иногда это удавалось.
В те годы мировые ЦБ ещё не стали играть в валютные, поэтому фундаментальные взаимосвязи и отработка ценой новостей работали очень хорошо. Было достаточно даже поверхностных знаний о монетарной политике центробанков и отслеживания фундаментальных показателей, чтобы зарабатывать, пусть и не миллионы и не каждый день. В этой связи многие из тех, кто меня тогда окружал, предпочитали «играть на новостях» вместо того, чтобы довериться техническому анализу.
Популярным в компании стал метод торговли, который мы называли между собой «вранье Коммерцбанка». Работал он так: почти каждый день аналитики Commerzbank, одного из крупнейших маркетмейкеров рынка FOREX в те годы, публиковали свой комментарий по валютному рынку. Мы с коллегами заметили, что в течение 510 минут после публикации этого прогноза от банка цена чаще всего шла в направлении, противоположном данному прогнозу. Нельзя сказать, что был обнаружен Грааль, но данная закономерность и открытие сделки против прогноза маркетмейкера работали довольно неплохо. При этом никакой анализ не требовался только ставка против прогноза крупного игрока.
Нужно ли говорить, что моя учёба в институте отошла на второй план в тот период времени. Я практически не появлялся на занятиях, и гораздо больше, чем приближающаяся сессия и перспектива отчисления по причине прогулов, меня волновали макроданные по Еврозоне и возможность движений цены в рамках моих прогнозов.