Всего за 280 руб. Купить полную версию
«Душа Моя скорбит смертельно».
Отойдя на расстояние брошенного камня, Христос упал ничком, всем телом прижимаясь к земле. Капли росы мгновенно пропитали хитон. Молитва исходящая из самых глубин, отпечатывая каждое слово вырвалась и устремилась в Небо.
«Отче, да минует Меня чаша сия» это был тот момент, который сопровождал все время служения, весь путь, проделанный Христом за три последних года. «Крещением должен Я креститься; и как Я томлюсь, пока сие совершится!» (Лук. 12:50) Мрачная тень, нависшая над ним, теперь предстала всей своей явью, то о чем не хотелось бы думать, переживать, теперь явилось и вступило в отчаянную борьбу, где решалось окажется ли возможным спасение человеческой рода или останется очередной утопией и несбыточной мечтой.
Чаша до краев, наполненная гневом Божиим, чаша, которую никто из людей никогда не пил, оказалась в руках Иисуса.
Трижды Христос обращался в мольбе, трижды Он искал поддержки у заснувших учеников. Тишина. Ничто не нарушило течение ночи, никакого ответа. Мучительно прижимаясь к земле, Он вновь воззвал к Отцу.
«Отче, да минует Меня чаша сия, впрочем ни как Я хочу, но как Ты».
Капли крови говорили о том напряжении, в котором пребывал Иисус. Троекратный крик в Небо и молчание говорили о невозможности иного исхода, кроме как испить чашу ярости до дна.
«Пришел ангел с небес и укреплял Его» Небо ответило. Ангел в ответ на молитву специально посланный, пришел укрепить Иисуса и заверить в поддержке пройти весь кровавый путь. Путь, которым все люди могут получить оправдание и прощение и обрести надежду на вечную жизнь в окружении счастья и мира Небесного града.
Гефсиманский предел, пройден, всё остальное, все тяжелейшие испытания этой ночи укрепили Его в стремлении отдать Свою Божественную жизнь ради спасения человеческого рода. И хотя впереди еще только забрезжили нотки дальнейших мучений, унижений, насмешек, свист бича, раздираемой кожи и сухожилий, кровавые лохмотья, острые шипы терна, позорное судилище, и наконец Крест. Гефсиманский предел был пройден, и Иисус вышел Победителем.
Глава 3 Возделывать и хранить
Буквально в самом начале книги Бытие, в тексте то и дело появляется идея возделывания земли в классическом понимании этого слова. Не берусь рассматривать все случаи употребления однокоренных выражений и случаев их применения (почти тысяча текстов в Ветхом Завете), но, на кое-какие мысли наводит. Впервые повеление «возделывать и хранить» звучит в контексте поселения человека в Эдемский сад, где он пребывал в идеальных условиях, и обстоятельства связанные с возделыванием земли не были сопряжены с трудностями получения урожая, по причине их отсутствия. Вторая глава два раза преподносит эту мысль, в разных вариантах, где в начале говорится о разных ситуациях, одна из которых наводит на мысль о предстоящем изгнании (Быт.2:5), а вторая напротив, утверждает о буквальном предназначении хранить и ухаживать за садом, куда Бог поселил человека (Быт. 2:15).
Размышляя далее, не беря во внимание остальную часть Ветхого Завета, можно проследить, как менялись условия и какие свойства приобретали сам процесс возделывания, в конце концов становясь рабским трудом и приносящим скорее горе и разочарование, чем радость и удовлетворение. К моменту, когда Бог изгнал/выслал Адама и Еву, их основным занятием оставалось все то же возделывание, но теперь в иных условиях, которые Бог озвучил им в приговоре.
«Со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей; терния и волчцы произрастит она тебе; и будешь питаться полевою травою; в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься.» (Быт. 3:1719)
Обратите внимание, сколько раз прямо или косвенно говорится о земле и возделывании. Тяжкий труд, сорняки, и в конечном итоге смерть. Адаму предстоит вернуться в землю, из которой он взят.
Дети Адама, Каин и Авель продолжили дело, хотя удивительно, но именно Каин становится земледельцем, (в этом слове существует корень, который находится в слове «возделывать» в тексте оригинала). Авель становится пастухом овец, и впервые в тексте появляются нотки, связывающие семью с Жертвой, которой предстояло прийти.
Жертвоприношение братьев проводит черту между ними, где Бог принимает Авеля, и отвергает Каина. После убийства Каин изгоняется от лица Господня, и меняет сферу своих занятий. Он начинает строить город. Все это в определенном смысле уводит его еще дальше от Бога, где он, в конце концов, вообще Его забывает, строя города, создавая собственную философию и формируя мировоззрение.