Всего за 299 руб. Купить полную версию
Между тем русские овладели всеми прикаспийскими владениями Ширвана. Это возмутило Хаджи-Давуда, ведь русские забрали земли, стратегически важные по экономическим причинам. Потом к русским отошли земли Мюшкюра главного оплота поддержки Хаджи-Давуда. Поначалу это возмутило и османов, но 12 июня 1724 года в Стамбуле был подписан мирный договор, по которому Османская империя признавала за Россией прикаспийские провинции как добровольно уступленные Ираном территории, а Россия признала за Турцией Закавказье.
Сам Хаджи-Давуд Мюшкюрский никогда не признавал условий этого договора и всегда выступал против него. Он намеревался создать независимое государство на всей территории Ширвана от Дербента до Куры и открыто заявил о своем несогласии с новыми границами. Османскому султану был невыгоден хан Ширвана, который накалял отношения с Россией. У османов не было желания вступать в войну с Империей и уж тем более терять Ширван в ее пользу. В мае 1728 года турецкий султан пригласил Хаджи-Давуда на переговоры в Гянджу. Хаджи-Давуд прибыл туда вместе с приближенными и семьей, включая четырех сыновей и двух братьев. Однако его стремление к самостоятельности и неуправляемость пугали турецкие власти, посему по прибытии в Гянджу его предательски взяли под стражу и 5 октября вместе с семьей и приближенными вывезли в Турцию.
Первоначально Хаджи-Давуда сослали на остров Родос, а затем в Гелиболу, где он умер примерно в 1735 1736 годах.
Из всего вышеприведенного Хаджи-Давуд предстает перед нами как человек честный и мужественный, который всю свою жизнь отдал борьбе за свободу и счастье своего народа. Отражение образа Хаджи-Давуда в истории как народного героя и заступника свидетельствует о том, что его деятельность находила понимание и поддержку в широких массах. Великий полководец, искусный политик, выдающийся мыслитель, легендарный вождь освободительной борьбы народов Восточного Кавказа, неугомонный поборник веры, свободы и нравственности именно таким он приходит к современным поколениям из глубины истории. Да помилует Аллах льва Ислама и поборника веры Хаджи-Давуда Мюшкюрского.
Малая речка при обильных дождях превращается в грозную, бурную реку. Также немощные, малочисленные народы становятся грозной силой, когда у них есть мужественный, сильный, образованный лидер, который преодолевает пределы физических и моральных возможностей и служит образцом человеческой воли и стойкости духа настоящего горца. Тому доказательство все ранее перечисленные истории и их творцы. Однако за этими великими умами стоят еще более великие умы. Именно такие личности остаются за кадром и часто подвергаются забвению. Но не в нашем случае. Так кем же был горец, который научил имамов воевать с оккупантами и приложил руку в их становлении? Об этом далее
Мухаммад Ярагский
«Проповедник из Яраги»
«Каждый, кто хоть однажды услышал проповеди шейха Мухаммада, превращается в тигра Ислама и непобедим в битвах с врагом».
Имам Шамиль
Народы Кавказа имеют богатую историю, они испытывали и горе, и радость, вместе переживали тяжелые и счастливые моменты. И всегда лучшие сыны Кавказа поддерживали друг друга в тяжелый час.
Имя и история нашего героя до сих пор сплачивает братскими узами народы Дагестана и Чечни. Он был главным идеологом освободительной борьбы горцев Кавказа XIX века. Органично сочетал в себе мыслителя, религиозного деятеля, да и просто высоконравственного и смелого человека. Ермолов впервые упомянул его имя как «кюринского шейха» и «главного виновника» волнений в Южном Дагестане и Кубинском вилаяте. Из-за своей сильной тяги к знаниям и учебе с детских лет он стал исламским ученым. Он изучил множество шариатских наук. В Дагестане не было человека, превосходящего его по знанию Корана.
Значительная часть жизни Ярагского прошла в родном ауле. Там он преподавал в медресе, которое впоследствии стало известным учебным заведением. К набожному Мухаммаду приходили ученики из близких и дальних мест Кавказа, алимы и духовные деятели, чтобы соприкоснуться с настоящей верой и высшим знанием. В медресе науки и религия переплелись воедино. Из его стен вышло немало ученых деятелей, прославивших Дагестан далеко за его пределами. Вскоре обычный лезгинский аул стал известным не только на Кавказе, но и в России, Европе, на всем Востоке.
Народно-освободительной борьбе горцев Дагестана и Чечни против царского режима предшествовала достаточно длительная подготовка. Ее возглавляли выдающиеся духовные лидеры и ученые, религиозные авторитеты. К их числу относится и шейх Мухаммад Ярагский. Особое внимание Ярагский обратил на подбор высших руководителей вооруженной борьбы горцев. Примечательно, что движение горцев в 2050 годы XIX века возглавили образованнейшие люди редчайший случай в мировой истории. Мухаммад Ярагский, Джамалуддин Казикумухский, Гази-Мухаммад, Хамзат-бек, Шамиль были крупными учеными, блестящими ораторами и пламенными пропагандистами, людьми с глубокими нравственными убеждениями, честными и храбрыми. Они имели большие книжные коллекции, вели переписку и писали научные труды, стихи и статьи на нескольких восточных языках, в том числе на арабском. Пробужденные учением Мухаммада Ярагского о вере, свободе и справедливости, горцы Дагестана, всего Восточного и Северного Кавказа в упорной и многолетней борьбе за религиозную, национальную и индивидуально- личную свободу показали изумившие мир образцы мужества и храбрости. В 1830 году он выступил перед собранием представителей духовенства Дагестана в Унцукуле, где призвал всех к продолжению газавата. Там же по его указанию Гази-Мухаммада избрали имамом. Мухаммад Ярагский начал свою деятельность в Дагестане с того, что решительно потребовал повсеместно отказаться от адата и перейти к шариатскому законодательству. Он выдвинул идеи антифеодального, антиколониального протеста и справедливости. В своем обращении к горцам он говорил: «Первый закон нашей веры это свобода во всех отношениях. Ни один мусульманин не должен быть рабом другого и, еще того меньше, жить порабощенным чужими народами. Второй закон равноценен первому, ибо один без другого не может существовать».
Он выдал свою дочь замуж за Гази-Мухаммада. После его гибели, Мухаммад Ярагский способствовал избранию имамом Хамзата-бека из Гоцатля. А когда и Хамзат-бек был убит, имамом был избран Шамиль, и Ярагский поддержал его.
В учении Ярагского свобода выступает в качестве главного условия жизни. С этим связано и полное социальное раскрепощение горцев. В его учении нет политической риторики, социальной декларативности, откровенной демагогии. Оно ясно, понятно и доступно любому человеку. Ярагский и его последователи не призывали к захвату чужих земель, угнетению других народов. Напротив, он призывал к объединению дагестанских, кавказских народов в борьбе с несравненно более сильным противником. И им двигало не властолюбие, а свободолюбие. Мухаммад не ограничился изложением своего учения, а четко указал угнетенным народам пути его реализации это его бесспорная заслуга. Он заявил, что колонизаторы и их местные лакеи-феодалы добровольно не откажутся от своей позорной власти. Освобождение народов дело рук самих народов, двойной гнет можно уничтожить только вооруженным путем.
Ярагский даже в почтенном возрасте был очень активным. Он проявил себя не только духовным руководителем горских масс, но и тонким политиком, полностью владеющим обстановкой. Особое место занимают новые формы проповеднической и разъяснительно-агитационной работы в массах: проповеди-обращения, прокламации и речи как на арабском, так и на родном языке. Публичные обращения на языке слушателей делали их содержание доступным. Более того, родная речь пробуждала еще и национальные чувства. Верующие горцы воспринимали проповеди-воззвания на своем языке с особой теплотой. Они могли и дома свободно пересказывать услышанные речи членам семьи, близким и родственникам.