Всего за 299 руб. Купить полную версию
По инициативе Султан-Мута был организован «Маджлисул-улама» (Совет мусульманских богословов). Он координировал все дела, связанные с организованными мероприятиями по религиозным вопросам и по вопросам внешней и внутренней политики, экономики подвластного ему государства.
Многие ученые отмечают, что крупным событием в духовной жизни дагестанцев стало возрождение в конце XVI начале XVII вв. (именно во время жизни Султан-Мута) средневековой арабоязычной культуры. Этот период И. Ю. Крачковский называет своеобразным ренессансом-возрождением. Военный историк Н. Дубровин описывает прибытие Султан-Мута в Эндирей так: «Прибытие князя, знаменитого своей предприимчивостью, храбростью и умом, со значительным числом ему преданных было как бы откровение свыше (в деле) правления и власти гражданского, и все они незаметно и без принуждения, покорились ему как слабый сильнейшему, как необразованный просвещенному».
О том, какие разительные перемены произошли в Эндирее после прибытия Султан-Мута, свидетельствуют слова Эвлия Челеби, который гостил у Султан-Мута: «Это город древний, средоточие мудрых, источник совершенств, обитель поэтов и умиротворенных. Его ученые обладают мудростью арабов и великими знаниями. Искусные врачи здесь несравненны».
Как видим, прав был Дубровин, когда писал, что «появление Султан-Мута было как бы откровение свыше».
Об усилении роли Эндирея в политической жизни Кавказа свидетельствуют не только русские и восточные, но и ряд западных источников. Так, например, Якоб Рейнегс пишет: «Из всех Кавказских народов Андрие (Эндирей) за первейшее почитается, где каждый чужестранец и беглец находит себе защиту и прибежище, и для того стекается сюда великое множество людей из разных народов».
В одном из преданий говорится о том, что Султан-Махмуд очень жестоко наказывал тех, кто пытался разделить людей по этническим и расовым признакам: «Ни у кого из нас нет преимущества над другими. Вы можете быть лучше или хуже другого лишь по одному признаку лишь по тому, насколько лучше служите своему Господу Всевышнему Аллаху, а во всем остальном это не ваша заслуга, а милость Творца». Чтобы укрепить дружественные отношения между народами, Султан-Мут заключал интернациональные браки. Он был женат на представительницах разных народов Кавказа дочерях самых влиятельных на Северном Кавказе в то время феодалов: кабардинского князя Мудара Алхасова, аварского хана, кайтагского уцмия и на племяннице Алибека Кази-Кумухского.
Политическая деятельность Сутан-Мута была направлена на усиление общекавказского единства. И политика была успешной, хотя ему сильно противодействовали не заинтересованные в этом великие соседние державы Россия и Иран. Фактически на огромной территории Северно-Восточного Кавказа Султан-Мут создает подобие большого государственного образования союз свободных независимых удельных владений, племен и общин, связанных между собой договорными обязательствами. Этот союз имел огромное прогрессивное значение. Он укреплял дружественные, братские отношения между народами Кавказа, усиливал содружество в военном отношении, торгово-экономическое сотрудничество, взаимопроникновение и обогащение культур. Религия Ислам была главной и основной нитью, связывающей народы в этом союзе.
А. С. Пушкин, А. С. Грибоедов, М. Ю. Лермонтов, А. А. Шишков, В. Т. Нарежной, А. И. Полежаев и др., декабристы А. А. Бестужев-Марлинский, Н. М. Лорьер, А. В. Веденяпин, А. И. Корнилович посвятили горцам много строк, полных глубокого сочувствия. Они мечтали, говоря словами А. С. Пушкина, о «временах грядущих, когда народы, распри позабыв, в великую семью соединятся». Ту же самую цель преследовал и наш герой Султан-Мут. Да прибудет мир и милость Аллаха над великим героем Кавказа.
Среди миллиардов людей, которые ходили по земле с момента зарождения человечества, лишь немногих по праву помнят за их исключительные навыки и влияние на историю. Среди них твердо стоит и наш следующий герой, которого европейские редакции называли «Лев Черкесии». Кем был этот герой, который на протяжении 20 лет стоял во главе конной партии и мужественно сражался, пока не скончался от множества боевых ран?
Об этом далее
Кизбеч Шеретлуко
«Лев Черкесии»
«В его облике, в зловещем спокойствии его рта и в диком блеске его пронзительных серых глаз было нечто такое, что без предварительного объяснения со стороны его соплеменников я бы мог принять его за льва».
Джон А. Лонгворт
Внешняя политика любой империи во все времена заключается в завоевании, подавлении и порабощении. Давайте перенесемся в те далекие трагические годы XIX века.
Уже все вокруг покорились России: цари тянули свои алчные руки к Иерусалиму и даже Египту. Русские эскадры бороздили Средиземное море, а русские армии доходили до Вены, Константинополя, Берлина и Парижа. Но здесь, рядом с Россией, оставалось пространство благородства и свободы под названием Черкесия, и ее вожди наносили унизительные поражения полчищам царских войск. Это был вызов Империи. И враг беспощадно уничтожал адыгское население, не щадя ни женщин, ни стариков, ни детей. Горели жилища, горели хлеба, безжалостно вырубались знаменитые адыгские сады, которые любовно и бережно выращивали столетиями. Но враг получал достойный отпор. История черкесского сопротивления насчитывает более сотни талантливых предводителей адыгского происхождения. Одним из них является незаурядная личность, сочетающая в себе образ рыцаря, бесстрашного воина и талантливого полководца. И все это не мешает этому человеку оставаться духовно богатым, жизнерадостным и веселым, а также не мешает безгранично любить свою родную землю и быть готовым на любые жертвы, чтобы защитить все то, чем живет его народ. И имя этой незаурядной личности Кизбеч Шеретлуко.
«А не слыхали ли вы, что сделалось с Казбичем? спросил я. С Казбичем? А, право, не знаю Слышал я, что на правом фланге у шапсугов есть какой-то Казбич, удалец, который в красном бешмете разъезжает шажком под нашими выстрелами и, превежливо раскланивается, когда пуля прожужжит близко; да вряд ли это тот самый!» пишет Михаил Лермонтов в романе «Герой нашего времени».
Так русский поэт и писатель намекнул читателю, что он знаком с фигурой знаменитого адыгского (черкесского) воина, непримиримого врага Российской империи.
Правдивый историко-психологический портрет героя дан также на страницах романа «Бесланий Аббат» адыгского просветителя Хан-Гирея: «удивительно влиятельный среди шапсугов Кзильбич из Шеретлуковой фамилии», «стоило только разослать гонцов от имени Кзильбича, и тысячи стекались под его предводительство».
Расцвет предводительской деятельности Казбича приходится на 18101839 годы. С кем только не встречался Казбич в эти годы на поле брани! Он предводитель шапсугских отрядов, нигде не прошедший азы военного искусства, противостоял таким, как Бурсак, Власов, Завадовский, Бескровный, Кухаренко и многим другим предводителям регулярных царских войск. То с 700 всадниками атакует 14-тысячный отряд и обратит его в бегство, то 900 его воинов победят многие тысячи солдат противника и отобьют пленных из девяти аулов. В одном бою Кизбеч получил семь ран, но победил.
Кизбеч выступал не только организатором военных походов, но и выказывал личное мужество и героизм. В начале июня 1837 года он в одиночку бросился на стражу Николаевского форта, пленил солдата и прихватил с собой девять винтовок. Помимо мужества и храбрости, он отличался благородством воина и очень ценил отвагу. Вот один из примеров этого.