Климова Галина - Цветные сны стр 4.

Стало быть, он хочет, чтобы все осталось по прежднему. Он сам подсказал ей, как быть. По крайней мере, сейчас, пока она что-нибудь придумает. Ни она первая, ни она последняя.

Наука отца опять пригодилась. Она улыбнулась теплой мысли о нем. Нелегко ему приходилось, доброму, простому, покладистому мужику со своенравной, напористой, признающей только черное и белое матерью, которая руководила людьми, разъезжала по командировкам, редко заглядывая на кухню, в огород, да и в спальню мужа. Но, ничего, жизнь прожили, и дальше живут. В большей степени, благодаря отцу, его сдержанности, умении не выносить сор из избы. И Наташа даже представить себе не могла, что могло быть по-другому, что мать с отцом могли расстаться. И Васька тоже будет ей когда-то благодарен. Женщина присела на диван, вновь взяв в руки вазон с любимой фиалкой, Воспоминания унесли ее в далекие школьные годы.

* * *

Выпал первый снег. На школьном дворе стоял беспощадный бой в снежки. Вот кто-то свистнул, и с разбега направил снежок в лицо Наташи. Девочка зажмурилась в ожидании неминуемой холодной лавины. Но вдруг из толпы мальчишек кто то бросился в ее сторону и принял удар на себя. Снегом ему залепило щеки, нос, глаза. Он вскрикнул и закрыл лицо ладонью. Наташа бросилась к своему защитнику. Первое, что она увидела, когда парень убрал руки с лица, были глаза совсем необыкновенного цвета. Кареглазой девочке всегда нравились люди с голубыми глазами. А у юноши они были даже не голубыми, а синими. Волосы же были черные, как смоль, курчавые и длинные . Незнакомый ей мальчик был отчаянно красив.

Прозвенел звонок, дети бросились к двери, и Наташа потеряла незнакомца из виду. Но ненадолго. После звонка учитель физики Валентин Сергеевич привел в класс новичка .

 Это Василий Соколов. Будет учиться в вашем классе. Иди, Василий, садись пока к Руслановой, а там разберемся.

Мальчик с синими глазами плюхнулся на парту рядом с Наташей. Под удивительно красивым глазом красовался багровый кровоподтек.

Эту «историю из восьмого класса» Василек часто рассказывает друзьям, представляя себя в ней настоящим героем.

Наташа была в школе председателем совета дружины пионерской организации. Ее знал каждый ученик, потому что по субботам на большой перемене она стояла во главе общешкольной пионерской линейки и кричала:

 Дружина, равняйсь, смирно! Председателям советов отрядов приготовиться и сдать рапорта!

Затем принимала рапорта «подчиненных» и под завистливые взгляды девчонок сверстниц благосклонно завершала : «Вольно!».

Кличка «бригадир» прилипла к Наташе еще со школы. Ее мама на ту пору была учительницей, бабушка бригадиром в совхозе, А девочка с детства брала на себя ответственность в рещении важных вопросов коллектива, в котором училась. Ее уважали, к мнению ее прислушивались даже самые скандальные девчонки и недоверчивые мальчишки. Эту кличку, Василек перетащил из школьной жизни в их семейную жизнь. Она была, пожалуй, единственным оскорблением из уст мужа, адресованных жене за годы их совместной жизни.

В отличие от многих мальчишек, борющихся за право таскать портфель Наташи, дежурить с ней на перемене в коридоре, или еще лучше после уроков в классе, Василек вел себя иначе и команде «смирно» не подчинялся.

Он был лириком и романтиком по натуре. Писал стихи, любил поэзию Надсона и Ахматовой, настолько артистически читал наизусть выученные стихотворения у доски и на праздниках, что никто даже не подумал подвергнуть его за это насмешкам, как это часто бывает в подростковой среде по отношению к мальчишкам. Он не стесняясь, уступал девочкам место, пропускал их вперед при входе и выходе из класса, дарил учительнице цветы и подарки. Словом, как заметила одна из учителей в учительской во всем естестве этого мальчика «чувствовалась порода и внутренняя интеллигентность».

Спустя год другой Василек превратился в красивого юношу: высокого, атлетически сложенного. Девчонки липли к нему, используя любой представившийся случай. А Наташа все больше сторонилась. Василек нравился ей с их первой «снежной» встречи, но сильная по характеру и волевая от природы, она не подавала виду. К тому же, несмотря на популярность, страдала комплексом неполноценности, или заниженной самооценки, на что ей неоднократно указывала мать.

Девочка понимала , что красотой не блещет. Она была невысокого роста, с несколько полноватой фигурой, короткими ногами с тяжеловатой поступью. Носила в школу грубые хлопчатобумажные колготки, которые смешно собирались и оттопыривались на коленках, когда она вставала с парты. Под школьную форму она всегда надевала свитера «под горлышко».

Никто не знал, что так девочке удавалось скрывать ярко красные бляшки псориаза на шее. По той же причине Наташа гладко прилизывала волосы, опуская их до середины уха и собирая в пучок не на макушке, а на затылке. Это совсем не походило на модный «конский хвост». Кожа головы была покрыта струпьями, которые слились воедино и образовали под волосами плотную сухую корку, похожую на панцырь черепахи. Девочка всегда с непрекрытой завистью провожала взглядом девченок, которые после уроков, сняв шапки, нарочно расплетали косы и, небрежно разбросав длиннющие волнистые волосы по плечам, в окружении мальчишек шли домой.

Но зато лицо Наташи было безупречно красивым: полные, яркие, изысканно очерченные губы, крупные карие глаза под взлетом бровей, немного широковатые скулы, родимое пятнышко над верхней губой, природный легкий румянец и ямочка на левой щеке.

Держалась она со всеми мальчишками ровно, непринужденно, без кокетства, игры и фальши.

***

Василек родился и вырос в Ростове в семье интеллигентов. Его отец был художником, а мать работала в издательстве иллюстратором детских книг. Одна из комнат их квартиры служила отцу мастерской. Василек любил бывать там и смотреть, как он в длинном черном фартуке, с измазанными руками, смешивал краски на большой тонкой дощечке, выдавливая их из узких, длинных тюбиков . Готовые картины отца почему-то были завешены тряпками. Когда отец выходил из мастерской, Василек то и дело заглядывал под них, но ничего интересного для себя в «мазне», как называл свои творения отец, почему-то не находил.

Одна из его законченных картин висела в спальне родителей на стене. Василек часто вглядывался в нарисованное, пытаясь выхватить из него очертания каких-либо понятных ему предметов, явлений или действий, но тщетно. Каждый раз он видел только яркие бесформленные пятна разных размеров, линии, точки, обрывки и усеченные части каких-то геометрических фигур. В углу были указаны фамилия отца и название этого творения «Цветные сны».

Родители матери были тоже выходцами из культурной среды. Василек часто оставался у бабушки с дедом, когда родители уезжали в разные города, где в картинных галереях и выставочных залах устраивались выставки картин отца. У бабушки с дедом была огромная библиотека, в которой отдельную центральную полку занимали детские книги с мамиными иллюстрациями. А еще там было много книг классиков русской и зарубежной литературы. Будучи маленьким, Василек складывал из них домики и баррикады. Бабушка ругалась, а дед добродушно смеялся. Научившись читать, мальчик, перекладывая книги, невольно запоминал их авторов и названия. Затем начал пробовать их читать. Особенно ему нравились книжки, где тексты были напечатаны узким ровненьким столбиком. Как объяснила бабушка, это были стихи. Вот так поэзия, которую так любил юноша, вошла в его жизнь.