Климова Галина - Цветные сны стр 3.

Дом близнец жил своей привычной жизнью: зажигались огни окон, задергивались занавески, родители звали домой заигравшихся во дворе детей. Из одного окна слышалась пьяная брань, из другого, как аккомпанемент к ней, неслась музыка. У подъездов на лавках ворковала влюбленная молодежь, в беседках азартно резались в карты мужики. Собаки и коты рылись в полных мусорных баках.

Весна набирала обороты. Из балки за пустырем густо пахло цветущим терном.

Наташа привычно сунула ключ в замочную скважину, но провернуть его не смогла.

 Что за черт? Опять заклинило?  женщина давно просила мужа починить замок.

 Мам, давай я!  ринулся к замку Васька.

 Подожди, я попробую еще раз,  остановила сына Наташа, и вдруг явственно услышала за дверью шум, какую-то возню и скрип двери на лоджию.

Входная дверь была закрыта изнутри ключом, который остался в замочной скважине. Никогда ранее ни Наташа , ни Василек не прибегали к подобному способу. Во-первых, дверь закрывалась автоматически. Да и привычки закрываться изнутри практически у всех жильцов дома не было. Кого здесь бояться? Все, как говорится, свои. Живут и работают вместе.

Противные холодные струйки пота побежали по спине.

 Я сейчас! Уже иду!  донесся голос мужа.

За долгие годы болезни Наташа привыкла к боли. Боль, ждущая ее за дверью, была ей незнакома. Щелкнул замок, и Наташа отчаянно шагнула в эту Боль.

Машинально ответила на привычное чмоканье в щечку мужа, повесила на крючок теплый больничный халат, слушая, как Василек объяснял сыну, почему оказался дома, а не на работе. Ничего особенного и оригинального он не придумал. Собрался, дескать, на работу, разболелась голова, выпил таблетку, уснул и ничего не слышал.

 Как банально, мысль пронеслась и мгновенно оборвалась.

Ноги сами понесли в спальню. Она тщетно заставляла себя не смотреть в сторону кровати. Задержала взгляд на тумбочке: несколько предательских свежих капелек застыли на ее поверхности.

 Наверное, вино , безучастно подумала Наташа.

 Тебя отпустили домой?  наиграно радостным голосом спросил Василек, стараясь не дышать в сторону жены.

Ничего не ответила. Скользнув взглядом по гладко выбритому красивому лицу мужа , женщина на миг закрыла глаза и шагнула на лоджию, вдохнув запах чужих духов и табачного дыма . Ни Василек, ни Наташа, ни друзья мужа, вхожие в их семью, не курили. На оконном штапике лежала тонкая, длинная недокуренная, но уже погасшая сигаретка со следами помады.

Наташа выглянула в окно лоджии. А вот и недопитая бутылка вина под окном и два бокала из недавно подаренного Наташе набора. Мысленно взбунтовалась: «Зачем бокалы то выбросили?» Затем обрадовалась: «Подумать только целехонькие!»,  и усмехнулась этой нелепой радости.

Машинально повертев сигаретку в руках, Наташа попыталась вернуть ее на место. Окурок упорно скатывался с тоненькой деревяшки, а девушка зачем то повторяла свою попытку вновь и вновь.

За окном удушливо пахло черемухой. Осенью саженцы этого деревца завезли на микрорайон и свалили в огромную кучу, кто желал, брал и высаживал у подъездов. Так под окнами дома появилась аллея черемухи. Словно поняв свое назначение, деревца зацвели в первый же год после посадки. Наташа глубоко вдохнула, затем еще и еще, так, что голова закружилась. Отчего то вспомнился любимый напев матери: «Цветет черемуха к похолоданию».

 Мам, ну где ты пропала?  вывел ее из прострации Васька.

 «Только не руби с плеча. Не сейчас. Потом»,  мысленно велела себе женщина. Вспомнился отец, который когда-то учил ее самообладанию. Дочь смеялась и говорила, что она всегда спокойна и такие упражнения ей не понадобятся. Да вот, видно, пришло время. Наташа сосчитала до десяти, «надела улыбку» и шагнула в квартиру.

 Идемте чай пить! Живо!

Зазвонил телефон. Это Светка осведомилась, добралась ли она домой и как себя чувствует.

Мало помалу Наташа овладела собой и окунулась в привычные заботы надо успеть приготовить еду, постирать Васькины вещи, полить цветы.

Уложив сына, Наташа шагнула в спальню. Василек, как обычно в период ее лечения, укутав жену одеялом, чмокнул в ухо и отодвинулся.

 Спокойной ночи, родная моя!

Сама того не ожидая, Наташа рванулась к мужу. Ею вдруг овладела всепоглощающая страсть, смешанная с ревностью и отчаянием.

У Василька дух перехватило. Он никогда не знал жену такой, он и подумать не мог, что она может быть такой. Из-за ее постоянных недомоганий, он обращался с ней в постели осторожно, секс всегда был стандартным и торопливым, и Василька часто после близости не покидало чувство вины. Жене ведь больно, а ему требуется. И вдруг такое!!! Восхитился, изумился и испугался одновременно. Но все мысли сразу поглотили нега и наслаждение.

 Ну, ты, мать, даешь! Ведь нельзя нам!  отдышавшись проговорил виновато .

 Да брось ты «лечить», докторов хватает! Соскучилась просто!  «новая» Наташа вновь удивила мужа, и, выскользнув из его объятий, убежала в душ.

* * *

Будучи маленькой, Наташа удивлялась взрослым, когда те говорили: «Душа у меня болит». Все допытывалась, где у человека душа, какая она на вид. Девушка прислушалась к своему самочувствию. Ей было жутко плохо. Что болит: голова, руки, сердце, живот? Вроде как ничего, и в то же время все. Вокруг нее словно образовалась огромная плотная саднящая оболочка. Вот такой она оказалась большой, ее Душа.

Женщина закрыла глаза и стала под душ. Открыла горячую воду. Тщетно. Резко включила холодную воду. Боль не проходила. В отчаянии Наташа схватила мочалку и принялась драить ею себя до боли. Кожа запылала, вернув благоразумие. Бляшки псориаза запылали огнем.

Собственно, что произошло? Кто- то, ароматно пахнущий, курил изящную сигаретку с ее мужем и пил вино из подаренных ей друзьями бокалов, а потом зачем-то выпрыгнул вместе с ними под сень черемухи в окно лоджии. Больше ничего не было. Она не будет больше ничего себе представлять. Она заставит себя. Она сильная.

Наташа тщательно с ног до головы покрыла себя толстым слоем крема, высушила волосы. Василек спал или делал вид, что спит. Наташа, укрыв разметавшегося во сне Ваську, прошла в гостиную.

С какой любовью она ее обустраивала. По-особому, по-своему. Спорила и ругалась с матерью и подругами, которые гонялись за дефицитными громоздкими мебельными гарнитурами, которые назывались стенками.

В своей гостиной Наташа обустроила зеленую зону с напольными, подвесными и настольными горшками и кашпо. Ничего, кроме дивана, кресел, телевизора, магнитофона, маленького низкого столика, небольшого прозрачного шкафчика с посудой для гостей, дорогих портьер и ковра в просторной комнате не было.

«Стильно, удобно и не так, как у других», оценили со временем интерьер и мать, и подруги.

Особое место в интерьере занимали горшки с комнатными фиалками. Их называют сенполии. Это было хобби Наташи. Она носилась с ними, как с писаной торбой. Выращивала разные сорта растения из листочков, выпрошенных у других любителей . Уход за ними занимал много времени. Надо было следить, чтобы на них не падали прямые солнечные лучи, поворачивать из стороны в сторону, чтобы розетка цветка формировалась симметрично. По народным поверьям фиалка-символ чистоты и невинности. Она притягивает чистоту и порядок в доме, заряжает домочадцев светлой энергией и отгоняет от них негативные мысли.

Наташа взяла в руки один из горшочков, вдохнув легкий аромат цветка. Затем подошла к шкафчику, открыла коробку с дорогими бокалами. Все они уже были на месте. Василек молниеносно замел следы: пока она была в душе, обежал вокруг дома, забрал бокалы и даже успел сунуть их в коробку. Вымыть, правда, не успел. Представив эту картину, Наташа внезапно рассмеялась.