Всего за 419 руб. Купить полную версию
Окей На выходных хоть увидимся?
Не, она не отпустит.
Чего же ты такого натворил?
Да уж, вопрос не из простых.
Ну ты знаешь, как оно бывает. Ладно, я звякну.
Обменявшись привычными «я люблю тебя», мы прощаемся, и я с облегчением перевожу дух.
Чуть не спалил ты меня, Малой.
Он отрывается от бутылочки и сладко зевает. Ему явно нет дела до моих забот.
И половину смеси уже выпил, пора дать ему срыгнуть. Как там Ма учила головку на плечо? Ладно, теперь похлопаем. Раз, два, три
Малыш икает, и по спине у меня течет что-то теплое.
Фу, чувак! Я вскакиваю с дивана. Этого ребенка на меня стошнило. Он вопит, продолжает срыгивать, и я тоже уже готов заплакать. Ма-а-ам!
Что еще? заглядывает она в дверь. Еще и ухмыляется Добро пожаловать во взрослую жизнь, Мэверик! О чистой одежде можешь забыть.
И что мне делать?
В другой раз положи на плечо полотенце, а сейчас докорми и дай срыгнуть еще раз.
Так и сидеть, что ли, в блевотине?
Я тебе уже сказала, что мир теперь не вокруг тебя вертится. Учись быть отцом! Вот он, твой лучший учитель.
Лучше бы оставил свои уроки при себе
В дверь звонят, и Ма выглядывает в окно. После того как копы вломились к тебе в дом, поневоле осторожничаешь.
Привет, малыш Андре! говорит она, отпирая дверь.
Привет, тетушка. Ну как, получили результат Дре выкатывает глаза, заметив младенца у меня на руках. Ого! Так он и правда твой?
Угу, киваю я, мой.
Бли-и-ин! Он подходит ближе. Хотя чего тут удивляться, вылитый ты.
Да кто бы сомневался, усмехается Ма, теперь, как видишь, Мэверик весь в делах.
Рад, что хоть кому-то это кажется смешным.
Давал ему срыгнуть, объясняю, а он
Дре тоже ухмыляется.
Всегда подстилай полотенце, братец. Он заходит со спины и смотрит на личико Малого у меня на плече. Че как, племяшка? Я Дре, твой дядюшка. Когда-нибудь научу тебя бросать мяч, раз уж твой папец не тянет.
Вот еще! фыркаю я.
Правда есть правда Надолго его взял?
Я присаживаюсь на край дивана, перекладываю Малого и снова сую ему бутылочку.
А хрен знает. Аиша с матерью нам его подкинули.
Дре опускает конец бутылочки.
Не торопи его. В каком смысле подкинули?
Мы отошли сменить ему подгузник, вернулись, а их и след простыл.
Ни фига себе! Ругаться при Ма Дре не решается. Вы их искали?
Домой к ним сразу поехали, там никого, отвечает Ма. Да чего еще ждать от этой стервы Йоланды?
Ну и ну! говорит Дре. Что ж, ясно. Если нужна кроватка, так от Андреаны еще цела, и коляска тоже. Занесу вам попозже.
Вот спасибо, племянничек! Ма берет с дивана свою сумочку. Схожу-ка я за обедом к Рубену, готовить что-то совсем нет настроения. Ведите себя тут прилично!
Хорошо, отвечаем мы в один голос. Хотя кузену уже двадцать три, мою Ма он слушается беспрекословно.
Она уходит, и Дре присаживается ко мне на диван. Наблюдает, как Малой сосет бутылочку.
Ну ты прям настоящий папаша, Мэв.
Самому не верится.
Понятное дело. Отцовство, оно такое. Зато теперь я и представить себе не могу, как жил бы без моей крошки хоть и бедовая она ого-го.
Скажешь тоже, смеюсь я, ей же всего три годика.
Да она уже думает, что знает все на свете, и лезет во все дыры! Говорят, трудно с двухлетками, а ни хрена подобного с трехлетками не сравнить. Он вздыхает. Как же я буду скучать по ним, когда у Киши снова начнутся занятия.
В позапрошлом году Киша перевелась учиться в Маркхэм и забрала Андреану с собой. Всего пара часов езды, и Дре навещает их по выходным, а сам из Садового переехать не может, надо помогать тетушке Ните: дядя Рэй год назад слег с инсультом.
Держись, браток, подбадриваю я. Через год Киша получит диплом, в июле поженитесь
Возню со свадьбой еще надо пережить, ворчит он и кладет мне руку на плечо. Ну как ты вообще?
Да никак, если честно. Мою жизнь словно миксером взболтали, ничего не поймешь. Теперь я внезапно чей-то отец, хотя мне и своего собственного не хватает.
Ничего, как-нибудь выдюжу. Сдохну, а не сдамся!
Да справляюсь помаленьку.
Тут поневоле сдрейфишь.
Кого мне пугаться, грудного младенца?
Того, что с ним связано. Я сам слезу чуть не пустил, когда в первый раз взял на руки Андреану. Такая красотка, и вдруг моя собственная, и мне за нее отвечать.
Я гляжу на своего сына и, черт побери, чувствую то же самое.
Решил тогда, что стану самым лучшим отцом, какого она заслуживает, продолжает Дре. Пришлось резко взрослеть вот и тебе придется.
Да я вроде как и не маленький уже.
Ах да, извини. Дре поднимает ладони. Ты же и впрямь уже мужчина такой взрослый, что крысячишь у нас с Шоном за спиной.
Что? Я едва не роняю младенца.
Ты меня слышал, Мэв Даришь своей девчонке дорогие цацки, меняешь кроссовки каждую неделю. Я же в курсе, сколько денег ты делаешь на нашем товаре, сам же прикидывал, сколько тебе давать, чтобы только слегка помочь тетушке Фэй. Откуда же остальное?
Я укладываю Малого себе на плечо и хлопаю по спинке.
Говорю же, подрабатываю еще
Ага, конечно! Меня не проведешь. Кто тебя научил? Где товар берете?
Я ничего не крал, Дре.
Значит, все-таки проворачиваете делишки на стороне.
Нет, я не в том смысле!
В том самом! Тебя Кинг подбил, да? Как раз в его духе.
Дерьмо, дерьмо, дерьмо.
Дре, я не
Шону я ничего не скажу. Только будь мужчиной, раз уж назвался. Докажи, что ты взрослый. Налажал, так признай честно.
Вот ведь как повернул! Мне и правда совестно скрывать что-то от Дре, он мой старший брат, хоть и двоюродный. Никогда друг от друга секретов не держали и потом, если не признаюсь, он все равно докопается до правды, и тогда Кингу придется плохо.
Я кладу сына в автолюльку, он уже почти уснул. Нет, нельзя подставлять друга. Возьму все на себя.
Окей, угадал, говорю. Я толкаю кое-что на стороне но никто меня не подбивал, я сам нашел ходы.
Какого хрена, Мэв? вздыхает Дре.
Мне нужны деньги! А вы с Шоном только травку и даете
Потому что бережем вас, мелкоту! Толкать серьезный товар опасно, очень! Туда лезть никак нельзя.
Я закатываю глаза.
А сам-то ты что? Еще берется меня воспитывать.
Уметь надо, вот что! Я осторожно, а баклан вроде тебя наверняка засветится перед копами. Короче, бросай все на хрен, и точка! Все и травку, и колеса, и снежок, что там у тебя. Все!
Как это все? Издеваешься, что ли?
Я серьезно, Мэв! Тебе теперь о сыне думать надо.
А тебе о дочери.
Вот и учись на моих ошибках, может, станешь лучшим отцом, чем я, говорит Дре. Думаешь, мне нравится так зарабатывать, хоть и ради Андреаны? Просто уже влип по уши, куда теперь деваться а ты еще нет! Он тыкает меня пальцем в грудь. Найдем тебе постоянную работу где-нибудь в «Уолмарте» или «Макдаке»
Да какие там деньги?
Зато чистые! Я поговорю с Шоном, может, уговорю тебя отпустить.
Ты с ума сошел? Шон ни за что не отпустит, сам знаешь. Вспомни, как вышло с Кенни.
Кенни когда-то играл в футбол за нашу школьную команду, а потом получил стипендию от хорошего универа и решил слиться. Не хотел, наверное, чтобы там узнали о его связи с уличной бандой. Только из Королей так просто не уйдешь, разве что за кого-то срок отсидишь либо тебя вышвырнут. Кенни выбрал второй путь. Старшие так его избили, что он впал в кому, а когда пришел в себя, ни о каком футболе уже не могло быть и речи. Короче, не стоит оно того.
Ничего, что-нибудь придумаем, говорит Дре.
Я качаю головой.
Не обманывай себя, брат. Да и с какой стати мне уходить? Короли наше семейное, ты же знаешь.
Ты должен разорвать этот порочный круг, стать лучше меня, дяди, нас всех. Жить честно!
Тебе легко говорить, сам-то вон на «бэхе» раскатываешь! Лицемер ты, друг. И дурак, если думаешь, что я откажусь от таких денег, особенно теперь, когда у меня ребенок на руках.
Вот как? Окей, кивает Дре. Если не бросишь, сдам тебя тете и дяде Дону.
И что травку мне позволил толкать, тоже расскажешь?
Запросто! Как мужчина, признаю свой косяк. А еще расскажу Шону про Кинга.
Кинг ни при чем, говорю же!
Ага-ага, конечно. Без него тут не обошлось. Молчи сколько угодно, мы с Шоном сами разберемся.