Всего за 249 руб. Купить полную версию
Слова Димы меня почему-то ранили. Да, он говорил правду. И эта правда больно ударила по самолюбию. Мне всё ещё хочется казаться сильной, а я вместо этого выгляжу несчастной и недолюбленной.
Когда он входит после короткого стука, я уже выплакала все слёзы и смотрю в потолок. Дима садится рядом на стул, тяжело вздыхает.
Хреново вышло, Ир.
Да уж.
Прости меня, малышка, его «малышка» заставляет меня вздрогнуть. Потому что тут же слышу: «Моя маленькая узница. Моя Райхана». Я не хотел тебя обидеть. Меня самого потрясла эта ситуация. Я понятия не имел, что он тебя найдёт.
Да. Я тоже, наверное, всё-таки вру. Я знала, что Халим меня найдёт. Просто вышвыривала эту мысль из головы. Наивная дура, вот кто я. Подставила не только себя. Под удар могут попасть и тётя Глаша, и Дима со всем его фондом.
Прости меня за мои слова. Я не хотел обидеть тебя. Я понятия не имею, что переживают женщины, которых похищают. И я не вправе тебя судить.
Всё нормально, Дим. Не извиняйся. Ты был прав, когда сказал, что возможно он и не такой уж насильник Я тоже иногда в этом сомневаюсь. И ещё кое-что Я спала с ним добровольно. Я танцевала для него танец живота, целовала его и занималась с ним оральным сексом. И всё это я делала по собственному желанию.
Лицо Димы каменеет. Ещё бы. Такое признание. Но мне не стыдно. А он слишком хороший, чтобы оставаться в неведении. Пусть сейчас уйдёт и больше не приходит. Тётю Глашу я смогу защитить. А вот Диму вряд ли. В том, что шейх Халим эль Хамад скоро нагрянет сомнений уже нет.
Кхм Дима откашливается, отводит взгляд. Мне эта информация ни к чему, Ира. Я знаю, что ты была в плену, а чем тебя там принуждали заниматься на добровольных началах не моё дело. Знаешь, я девчонок разных оттуда вытаскивал. Некоторые были из борделей. Я таких ужасов наслушался, что ты уже меня ничем не удивишь и не испугаешь. Ир, я же не просто так таскаюсь за тобой. Ты мне понравилась очень. Я понимаю, что сейчас говорить с тобой об этом неправильно, но Не отталкивай меня от себя. Я знаю, что нужен тебе. И бояться за меня тоже не надо. Я не маленький мальчик, постоять за себя в состоянии.
Вот этого я и боюсь. Их противостояния. Потому что Дима, каким бы сильным не был не выстоит. Он просто не понимает с человеком какой силы и власти может схлестнуться. А я знаю.
Халим опасен. Для нас всех. Но больше всего я боюсь за Диму. Он прав, я хочу его оттолкнуть, но не получается. Слишком упёртый, слишком уверенный в себе. Халим таких не любит. Он крошит таких людей в пыль.
Дим, спасибо, что пришёл и за поздравления тоже. Но тебе уже пора. Прошу, уходи. Между нами ничего не может быть. Я люблю другого. И каким бы он ни был, это не изменится.
ГЛАВА 8
Ваш подарок доставлен, мой эмир.
Поднял глаза с извивающейся танцовщицы на силуэт, который в дыму кальяна было плохо видно, усмехнулся.
Отлично. Можешь идти.
Ещё кое-что, эмир.
Что?
Она была у врача. Беременность решила сохранить.
Ясно. Ты можешь идти.
Дверь закрылась, а танцовщица опустилась к ногам Халима, заканчивая свой танец. Схватил её за волосы, потянул на себя.
Ну и как тебе подарок, Райхана? Нравится?
Да, мой эмир, то ли это произносит танцовщица, желая ему угодить. То ли он просто дичайше пьян. А может и то, и другое.
Я не говорил заканчивать. Танцуй! швырнул её на пол, снова влил в себя бокал виски.
Девка поднялась, чтобы продолжить, а чьи-то руки обвили его шею.
Мой эмир Это я, твоя непокорная Райхана. Как ты хочешь наказать меня? горячий шёпот в ухо и его тело от одного её имени содрогается от нетерпения.
Встань на колени, бросил ей, и девка слезла с дивана, опустилась перед ним. Ты знаешь, что делать.
Пока одна сосала его член, облизывая его, словно леденец, а вторая танцевала, он смотрел на них и понимал, что никаким суррогатом её не заменить. Ни одной красивой женщиной. Почему? Что с ним случилось? Чем эта сука отравила его?
Отец был прав, когда говорил, что женщины коварны. Стоит лишь раз дать слабину и вот она уже в твоём сердце, крошит его, рвёт на куски. Похоже, отец знал, о чём говорил. Поэтому он менял женщин еженедельно. Чтобы ни одна подолгу в его постели не задерживалась. Он был прав. Стоило бы прислушаться к его советам.
Но почему она оставила ребёнка? Почему не убила его? Не вырвала из себя все воспоминания о нём? Разве не это она хотела сделать, когда бежала от него?
Ответов не было. Вопросов больше тоже. Он подождёт. Выждет какое-то время, а потом, когда боль схлынет, он вернётся, чтобы воздать ей по заслугам. Сдерёт с неё кожу заживо, когда она не будет того ожидать. Как сделала с него она, превратив его дни и ночи в агонию.
Отвали! оттолкнул от себя девицу, поняв, что кончить не сможет. Всё тело будто в камень обратилось и ни на что не реагирует.
Мой эмир, что я сделала не так?
Ничего. Просто проваливайте обе! швырнул им денег и девки принялись ползать по полу, собирая их.
Собрали быстро и за дверь шмыгнули. А он глаза закрыл, схватившись за член и её лицо представил. Как бы сосала у него она. Как бы касалась пальцами осторожно. Как бы смотрела на него своими красивыми глазами и повторяла его имя, пока он долбился бы в её промежность.
Кончить смог только так. Только представляя её лицо, губы, руки. Глаза, большие и бездонные. В них отражается небо и солнце. В них он столько раз видел себя
Без неё корёжило и рвало на куски. Без неё не дышалось. И он ненавидел себя за это, потому что понял теперь у него есть слабое место, ударив по которому, его можно уничтожить. Хорошо, что она уехала. Так для неё же безопаснее. Именно поэтому он отпустил.
Мой эмир, голос Давии прозвучал твёрдо, без заискивающих ноток. Я могу войти?
Ты уже вошла, застегнул штаны, отшвыривая от себя салфетку, в которую кончил. Нет, дело не в Давии. Дело в нём самом. Он ненавидел себя сейчас. Презирал. Шейх удовлетворяет сам себя. Это даже не смешно. Это жалко.
Я могу поговорить с тобой?
Говори, раз приехала, наполнил свой бокал, сделал хороший глоток.
Она поддела носком туфли женские трусы, отшвырнула их в сторону. Прошла к соседнему дивану, присела на него.
Что ты делаешь, Халим? Зачем ты так поступаешь с собой?
Хорошие вопросы. Как узнаешь на них ответы, обязательно поделись со мной.
Халим, милый Неужели ты правда так сильно её любишь? Ты же страдаешь По ней, да? Тогда зачем тебе я? Убей меня. Возьми нож и убей, это будет милостивее, чем вот так вот Ты убиваешь меня своей нелюбовью, своим равнодушием. Ты не приходишь ко мне по ночам, всё время сидишь в этом дворце. Я уже ненавижу его. Ты сослал меня в ад. Мне всё без тебя немило.
О, тогда ты точно понимаешь меня, усмехнулся и резко подался вперёд. Так, что Давия отшатнулась. Ты никогда не заменишь мне её. Знаешь почему?
Знаю. Её ты любишь.
Верно. Так что езжай домой и оставь меня в покое.
Нет, я не оставлю тебя. Хочешь побей, хочешь за волосы из дворца вытащи. Но я останусь.
Зачем? Тебе нравится, когда я тебя унижаю?
Нет. У меня та же беда, что и у тебя. Я люблю.
ГЛАВА 9
С тех пор, как я получила подарок от эмира эль Хамада прошло несколько месяцев. Он больше не давал о себе знать, а я делала вид, что обо всем забыла, тщательно спрятав его подарки. Казалось, если не буду их видеть, всё прошлое исчезнет, забудется. Я снова пыталась себя обмануть.
Дима так и не оставил меня, как я не старалась его оттолкнуть. Он то и дело таскал мне сладости и цветы, ухаживал как за членом своей семьи. Порой мне становилось неловко и стыдно оттого, что я не могу ответить ему взаимностью. Едва ли я смогла бы, даже захотев.
Я, кажется, вообще разучилась любить. Разумеется, кроме моего мальчика, который то и дело шевелился и пинался в животе. Казалось, он нестерпимо хочет на свободу. Такой же сильный, как его отец. Такой же упрямый.
Я могла говорить с ним часами, поглаживая свой большой живот, и малыш пинался изнутри, будто отвечая мне. Мне хотелось скорее взять его на руки, заглянуть в глаза. Отчего-то мне казалось, что он будет похожим на Халима. С таким же тёмным взглядом и смуглой кожей. Со сложным характером и упрямством. А может это всего лишь мои дурацкие мечты. Я хотела видеть в своём сыне его отца. Хотела, потому что так и не забыла, не смогла вычеркнуть его из своего сердца. Халим остался во мне, в своем сыне. В нас. И уходить не собирался.