Всего за 149 руб. Купить полную версию
Согласен, выдохнул Тихон.
Креслав тут же схватил его руку и резко проткнул палец чем-то острым. Тёмная капля крови тяжело бухнулась на дно бутылочки.
***
Вновь оказался Тихон на берегу озера. Встал у самой воды, расправил плечи, вдохнул прохладный вечерний воздух. Так же он стоял тут недавно, да только теперь всё по-другому. Ему показывались все потусторонние сущности, были видны как на ладони. И слух так обострился, что теперь Тихон замечал, какой шумной оказалась жизнь в ином мире.
Тут и русалки плескались, смеялись да пели. Этими сладкими песнями при случае заманивали к себе молодых парней, просили любви да ласки. Водяной, хозяин его нынешний, булькал, хлопал хвостом по воде, запутывал рыбацкие сети, или просто оглядывал владения.
В лесу шуршали да шептались Кикиморы, пугали заплутавших путников. Леший бродил средь деревьев, следил за порядком. Если люди к лесу без уважения относились, обязательно платили за это. Всякую цену.
Ох, а сколько их ещё было не перечесть Полевики, банники, домовые, овинники, болотники Обычный человек их и не видел, только если те сами не захотели показаться. Бывало, только слышались шорохи да странные вздохи. Люди чаще отмахивались, мол, привиделось-причудилось, сказки всё это бабкины. А для Тихона на все годы службы это стало реальностью.
Он присел, зачерпнул рукой воды свежей, приятной, приложился к ней губами. Только не нужна теперь ни вода, ни еда: он перешёл в тот мир, где все эти земные наслаждения ни к чему.
Вдруг почувствовал Тихон на плече чью-то руку, обернулся, поднялся. Стояла перед ним Настасья такая же, какой он её раньше помнил. Чёрные кудрявые волосы разлились волнами по спине, большие тёмные глаза блестели то ли от слёз, то ли от солнечных бликов. Одета она была в красное платье до самых пят, вышитое диковинными узорами.
Как ты, Настасья? спросил он.
Лучше, чем раньше.
А меня каким теперь видишь?
Таким же, как и прежде, с вызовом ответила девушка. Маменькиным сынком.
Прости меня, дурака непутёвого. Он постучал себя кулаком по макушке. Дубина я стоеросовая. Почему матушку слушал, ума не приложу.
Настасья пожала плечами и сложила руки на груди.
Что было, то прошло. Ты меня тоже прости. Из-за меня придётся тебе у Водяного дно чистить Она немного помолчала и добавила: Служба у него непростая.
Ничего, справлюсь. Он мельком глянул на озёрную гладь. Три года тут да год у колдуна это не вся жизнь.
И то верно. Настасья отвела взгляд.
Тихон горько усмехнулся.
А ведь сбылись наши сны с тобой, помнишь?
Вещие, видимо, были Она отошла на пару шагов. Ну Прощай, что ли?
Прощай, кивнул ей Тихон. Ты обратно в Озерки?
Нет, мне твоя матушка там жизни не даст. Настасья колко глянула в его глаза. Пойду к югу, найдётся и для меня место.
Вольная жизнь, протянул парень. Что ж, пусть дни твои будут радостны.
Настасья слабо улыбнулась.
Береги себя, проговорила она и, развернувшись, спешно побежала прочь.
А ты долго тут стоять будеш-ш-шь? послышался голос, и в его ногу вцепилась тощая рука русалки. Водяной ждать не любит.
Да иду я! бросил он в ответ, а сам ещё раз вокруг посмотрел.
Так хотелось запомнить, и как солнце листву раскрашивало тёплыми цветами, и как травинки от ветра к земле клонились, и как пушистые облака по бесконечному небу проплывали
***
Настасья перед уходом из деревни в дом Тихона заглянула. Сначала с малышнёй о чём-то пошепталась, а потом в избу зашла.
Чего надо? рявкнула на неё Марфа. Тишки здесь нет. Да и потом ты его не получишь.
И никто не получит, спокойно ответила Настасья. Утоп он в озере.
Марфа так ведро и выронила, зазвенело оно, покатилось по полу.
А Настасья исчезла, и с тех пор никто её не видел.
Марфа собрала мужиков, погнала их к озеру, да только так и не нашли Тихона. Долго она проклинала Настасью, рыдала, заламывала руки, казалось, что и жизни уж без него не мыслила, да всё же успокоилась, смирилась. А ребятня потом часто сюда тайком приходили, лежали на траве, булькались в воде, разговаривали с братом, хоть и не видели его.
Нам Настасья сказала, что ты через три лета вернёшься
Мы тебя ждём.
Возвращайся.
А Тихон глядел на них снизу, с озёрного дна, и его холодное сердце сжималось от тоски.
Время тут тянулось слишком долго
За дверью
Лера в деревне гостила с самого раннего детства каждое лето. Могло показаться, что и делать там нечего домов здесь мало, людей тоже, но девочка всегда с удовольствием приезжала. Ведь занятий находилось выше крыши! И по огороду нужно побегать, поискать поспевшую клубнику, сорвать стручки зелёного горошка, забраться на яблоню за дичками. И помочь бабушке с прополкой надо, и полить вечером огород тоже. Поля проведать, что за их домом раскинулись большие, почти бескрайние! Колосилась там рожь с пшеницей, а на тех, что поближе картофель. Иногда бегала Лера по ниве и представляла себя кораблём, что рассекал огромные волны. А колоски вокруг неё шелестели и покачивались, будто соглашаясь играть в эту игру.
А бывало, и в лес её брали бабушка с дедом, а там ещё интереснее! Дятлы по деревьям стучали, вдалеке кукушка куковала, ветки над головами шумели. А уж грибов тут сколько да ягод всяких! Особенно хотелось морошку найти. Разве ж было большее удовольствие, чем съесть спелую, мягкую ягодку с оранжевыми боками? А какое из неё получалось варенье ум отъесть можно!
В доме тоже почти всё Лерочка изучила: и двор с поросятами, и повить, и веранду с сухими травками по углам. Только одно место оставалось ей недоступно.
В чулан не заходи! твердила ей бабушка каждый раз. Нечего там делать. Только пыль собирать. Давно хочу прибраться, чистоту навести, да всё руки не доходят. Ты поняла меня, милая?
И Лера, конечно, кивала в ответ, а сама так и косилась на этот чулан. Ведь всегда жутко хочется именно то, что нельзя.
Сегодня, наскоро позавтракав, Лера убежала гулять. Выскочила в сени, юркнула во двор. Воздух пах тёплым навозом и травой, слышалось довольное поросячье хрюканье бабушка совсем недавно их покормила.
Нет, не интересно.
Тогда Лерочка забралась по ступенькам наверх на повить. Здесь всегда вкусно пахло сеном. Девочка разбежалась и плюхнулась на спину, руки в стороны раскинула, улыбнулась, сдула рыжие волосы с глаз. Под потолком темнели пятна ласточкиных гнёзд. Ласточки давно бабушкин сеновал облюбовали, каждый год птенцов тут высиживали. Острые крылья то и дело мелькали в вышине: птицы залетали внутрь, да выскальзывали на улицу сквозь маленькое окошко. А уж гомону от них сколько было!
Но и здесь уже не интересно девочке.
Она поднялась, вытащила из волос сухие травинки, поправила цветастое платьишко. Куда бы пойти? Чем бы заняться? Может, чёрного кота Сёмку подразнить?
Думала девочка, думала, да и сама не заметила, как остановилась у дверей чулана. Того самого чулана.
Сердечко забилось быстро-быстро. Маленькой ручкой дотронулась она до старых досок, легонько постучала. Никто с той стороны не ответил.
Лера прислушалась: бабуля как всегда гремела посудой за стенкой, а дед смотрел телевизор голоса дикторов было слышно даже сюда. Значит, никто и не заметит, что она в чулан заглянет. Одним глазком! Ведь та-а-ак интересно.
Лера осторожно щёлкнула шпингалетом и потянула дверь на себя. В носу защекотало. Тут было ещё темнее, чем в сенях. Из небольшого оконца сочился призрачный свет, и виднелось, как в воздухе витала пыль, почти совсем как снежинки под фонарём. Совсем и не страшно.
Лера осмелела и шагнула за порог. На стенах висели куртки и тулупы, какая-то рабочая одежда. Слева вытянулся старый диван, ткань у него уже была выцветшая и слабая во многих местах порвалась. Да и сам он провалился посередине. У входа приютился столик. Лера его узнала когда-то на нём стоял телевизор в комнате, но потом купили новый, а этот разжаловали. На столешнице выстроились рядами пыльные банки и пустые вымытые коробки из-под соков. В них бабуля весной сажала рассаду.