Уэбстер Ника - Forest fairy tales стр 3.

Астэри чувствует его беззаботную радость, искорками пробегающую по натянутым нитям-струнам их связи, прежде чем увидеть, как Мэйв в кошачьем обличии вбегает в гостиную. Малыш Х'хирроу цепляется за густую шерсть и весело верещит, подпрыгивая у нее на спине.

Астэри улыбается, машинально гладя завозившегося у нее на коленях котенка. Тот беспокойно дергает ухом, но не просыпается. Мэйв делает круг по гостиной и ложится прямо на ковер у камина, будто не замечая теребящего ее шерсть Х'хирроу. Малыш ползает у нее между лапами, а та отводит морду, уворачиваясь от шаловливых детских ручек.

Ххирроу, глупыш, тянется потрогать огромные белоснежные клыки, но Мэйв мгновенно захлопывает пасть, фыркает и лижет его в щеку. Х'хирроу плюхается на попу, жмурится и хихикает: ему щекотно. Мэйв ловит ее взгляд и в голове у Астэри звучит ее глуховатый голос:

 У тебя славный котенок, девочка. Любознательный и озорной, весь в отца.

И Астэри вспоминает, что та уже воспитала одного дракона. Астэри думает, что ей можно доверить ребенка. Она переводит взгляд на своего второго сына:

 Мэйв Ему нужно дать имя. Не могла бы ты

Мэйв отзывается не сразу, задумчиво щурясь на огонь:

 Новэ. Что означает «перемена». Новая жизнь и новое имя. Новэ Ши'мурра. Я даю ему имя нашего рода и отныне он один из нас. Если понадобится помощь, любой из котов откликнется на его зов. И твой зов также будет услышан, как матери.

За играми и домашними хлопотами время летит незаметно и вот уже закат румянит пушистые бока лениво плывущих над лесом облаков, последние лучи заходящего солнца золотят верхушки деревьев. На Волшебный лес опускаются сумерки.

Астэри поет колыбельную для обеих своих сыновей, чутко прислушиваясь не стукнет ли дверь, не прозвучат внизу в гостиной знакомые скользяще легкие шаги Что-то Тоашш'норр'и задерживается.

 Все в порядке заверяет ее Мэйв я его чувствую. И он в порядке. Если хочешь я побуду с тобой, пока он не вернется.

Астэри с благодарностью кивает.

Позже она получает СМС от блудного мужа и успокаивается окончательно.

Где водятся волшебники

Когда Тоашш'норр'и исчезает на глазах у изумленного продавца, так и не успев ничего купить, он не думает, что нить магии, за которую он ухватился приведёт его на Карнавал. Он очутился в самом центре, сердцевине праздника. Со всех сторон на него обрушиваются чужие голоса, музыка, детский смех. И холод ранних осенних сумерек отступает, растворяясь в чужом искрящемся веселье. У Тоашш'норр'и мелькает мимолетная мысль о том, что он все же не успевает вернуться до вечера, как обещал Астэри.

Мимо снуют люди, в небе взрываются фейерверки, жутковатый клоун зазывает посетителей в шатёр на шоу ужасов, обещая им настоящую магию. Тоашш'норр'и моргнул, осматривая площадь драконьим зрением. Шатер буквально светится переплетением магических нитей. Магия там, внутри и её источник Тоашш'норр'и чует его.

Клоун дежурно улыбнулся, протягивая ему программку на входе. Внутри было полутемно и очень людно. Тоашш'норр'и не без труда находит свободное место и впивается взглядом в сцену. Там, в пятне света, высокий незнакомец в старомодных полосатых штанах и цилиндре шутливо раскланивается со зрителями. Лицо его скрыто в тени, но Тоашш'норр'и видит его улыбку, и в этой улыбке чудится что-то недоброе. А потом незнакомец заговорил:

 Я приветствую вас на Карнавале Судьбы. Вы готовы удивляться? Вы готовы бояться? О, да, будет страшно. А может, и нет. Но вы будете поражены до глубины души. И помните, что бы вы ни увидели это всего лишь. Часть. Шоу.

Он усмехается, растворяясь в тени, и голос из темноты шелестит с едва уловимой насмешкой:

 Наслаждайтесь шоу! Ведь бояться это весело.

Тоашш'норр'и так не думает, но люди вокруг него свистят, кричат и хлопают в ладоши.

И шоу начинается:

Из глубины сцены слышится зловещая органная музыка и в полутьме скользят в странном танце черно-белые люди-тени. Тоашш'норр'и едва сдерживает инстинкты, когда один из них внезапно оказывается лицом к лицу с ним. Метаморф. Смотрит на него его глазами, отражая, как зеркало, кривую улыбку. Люди вокруг ахают, визжат женщины и дети.

На стенах внезапно заплясало иллюзорное пламя, схлынуло, огненным дождём рассыпаясь у ног невысокого смуглого парня. Он улыбнулся шало, развел руками, и пламя заплясало вокруг него, в его руках, пробегая от плеч до запястий и ластясь, будто котёнок. Парень перекидывает огненные мячики с руки на руку, выписывает восьмерки огненным хлыстом и рисует на выдохе огненные знаки. Зрители следят за ним, замерев от ужаса и восхищения. Повелитель огня как он был обозначен в брошюрке с программой вдруг развернулся к левой стороне кулис в приветственно-приглашающем жесте, и навстречу ему выпорхнула девушка. Всплеснула руками и водные жгуты слились с огненными. Она плетет из воды тончайшие кружева и со смехом набрасывает их на парня. Вода в её руках превращается в цветы и улетает облачком под купол. И напоследок вода обращается конем, встряхивает гривой, беззвучно заржав и подставляет спину, увозя за кулисы свою повелительницу.

Вслед за ней раскланялся и Повелитель огня. А потом вода вдруг хлынула со сцены в зрительный зал и осыпалась на присутствующих белыми да голубыми цветами. По рядам прокатился изумленный вздох. Рядом с Тоашш'норр'и кто-то вполголоса прокомментировал:

 Великолепные иллюзии.

Но это были не иллюзии настоящая магия. Тоашш'норр'и чуял это, отзываясь всей своей сутью. Едва зрители немного успокоились как зазвучала нежная и печальная музыка. И в серебристо-лунном свете софитов высоко под куполом взлетели два тонких силуэта. Воздушные акробаты в серебристо-белых трико кажутся диковинными птицами, неподвластными гравитации. Они порхают легко и быстро, звеня колокольчиковым смехом фейри и маняще простирая к зрителям тонкие, белые руки-крылья. Завораживающе красиво и нереально, как прекрасный сон

И с каждым номером Тоашш'норр'и мрачнеет все сильнее: кажется, шоумен собрал в своём цирке всех полукровок и сделал их магию потехой для людей. И у него много вопросов к этому шоумену. Особенно, когда на сцену выходит ребенок.

Очаровательный малыш, чьи кудряшки отливают зеленью молодой листвы, а в изумрудных глазах плещется солнечный свет. И этим солнечным взглядом он обводит зрителей и улыбается. Он поводит ладошками и по шатру разлетаются светлячки, доверчиво садясь на плечи зрителям. Он подходит к немолодой уже даме в первом ряду и кончиками пальцев касается ее шляпки. Шляпка расцветает, дама ахает и тоже расцветает. А малыш идет дальше, творя свою магию, и, словно отзываясь на нее, к нему слетаются бабочки. Светящейся бело-голубой стайкой они порхают над его головой, садятся на волосы

И, кажется, будто вокруг не темные тесные стены шатра, а бескрайний простор залитых солнцем лугов. Вот подул ласковый ветерок, принося с собой запах разнотравья, нагретой солнцем смолы и поспевшей на пригорке земляники. Ветерок игриво прошелся по рядам, растрепывая тщательно уложенные прически, коснулся озорными пальцами одежды, обдал медовым теплом, разглаживая морщины и стирая усталость. Люди, словно проснувшись, заулыбались, посветлели лицами Души их живо откликались на чудо.

Тоашш'норр'и тоже почувствовал ее, эльфийскую магию, которая привела его сюда и источником был этот малыш. И когда тот проходил мимо, тронул его за рукав, шепнув:

 lye lle *

Малыш вздрагивает от звуков эльфийской речи, и Тоашш'норр'и окончательно уверился в том, что не ошибся. И в том, что этому малышу, как и всем полукровкам, не место здесь.