Всего за 149 руб. Купить полную версию
И Грант Беккет мог его исполнить. Он многое мог со своими деньгами и влиянием. Если я побегу в первую попавшуюся газету и расскажу о том, что он не такой белый и пушистый, каким все его считают, то сама окажусь в немилости у людей, а Грант сдует пылинки с дорогой рубашки и останется для всех примерным семьянином и успешным бизнесменом. Таких любят, таким всё прощают. А такие как я становятся отбросами общества, коварными разрушительницами браков, от которых лучше держаться подальше.
Двадцать минут и упаковка салфеток вот, что успокоило меня. Только наплакавшись всласть, я вспомнила одну фразу из письма, на которую не обратила внимания. Которая стала невидимой во всей этой грубости зловещих угроз.
«Надеюсь, этой суммы хватит».
Это ещё что значит?
Я запустила руку в конверт в третий раз он всё ещё не опустел, как моя душа. Там лежала ещё одна бумажка, гораздо меньше и воздушнее плотной бумаги с текстом и распечатанного снимка камеры видеонаблюдения.
Чек. Подписанный Грантом Беккетом. На десять тысяч долларов.
Моё молчание, как и моя любовь, стоили так мало.
Глава 5
Ты шутишь?! Десять тысяч долларов?
Я позвонила Даффи, как только пришла в себя, вытерла слёзы, смыла сопли и отчистилась от горечи. Она всё ещё торчала в душном офисе, но выкроила минутку на меня, потому говорила шёпотом. Однако после новости о чеке с четырьмя нолями позволила себе вскрикнуть и нарушить спокойствие редакции.
И что ты будешь с ними делать? С такими-то деньгами? Даффи наверняка уже подсчитывала количество туфель, которые она могла бы прикупить на такую сумму, но меня не радовал ни один цент из этих десяти штук.
Дафф, это не подарок на день рождения от щедрой бабули, слегка раздражённо ответила я, покручивая чек в руках. Несерьёзность подруги могла как вылечить грусть, так и вывести из себя. Это откуп от мужчины, которого я почти полюбила.
Как сильно тебя должны обидеть, чтобы ты перестал любить человека? Как глубоко в сердце должны вогнать нож и сколько раз повернуть? Грант пока что нанёс два удара и даже не знаю, какой больнее. Знать, что тобой пользовались на протяжении целого года. Или трястись от страха, потому что тебе угрожали расправой. Не в буквальном смысле, но всё же.
Ты должна взять эти деньги.
Другого совета от Даффи и ожидать не стоило.
Не знаю, Дафф.
Ты ведь не собираешься и дальше вмешиваться в их брак?
Я не смогла и рта раскрыть, потому что не хотела врать. Когда тебя поливают ложью так долго, ты по-другому начинаешь относиться к обманам. И уже сам ни за что не захочешь обманывать других.
Зои. Настойчиво прошептала подруга в динамик. Ты ведь не пойдёшь к его жене и не расскажешь правду?
А как бы ты поступила на моём месте?
Милая, я бы обналичила чек, отпраздновала свободу и забыла этого мудака.
Ответ в духе Эстер Макдаффи. У неё всегда всё было слишком просто. Заваленный экзамен по математике чёрт с ним, поехали есть мороженое в «Баскин Роббинс». Парень бросил прямо перед выпускным, оставив без пары надевай самое сногсшибательное платье и покажи ему, что он потерял. Вселенная то и дело даёт тебе пинка посмейся вместе с ней. Я была не готова пока смеяться или бежать в банк за грязными деньгами, что я получу за то, что буду держать рот на замке. Словно плата за шантаж, которого не было.
Может тебе ещё разок помелькать перед его камерами, глядишь, он пришлёт ещё пару чеков? Попыталась пошутить Даффи, но тут же заныла. Ну же, Зои, перестань быть такой
Какой? Обиженной, скучной, глупой? Как ты не понимаешь? Впервые за двадцать семь лет я что-то почувствовала к мужчине, а оказалась его любовницей. Мне сложно смириться с этим и сложно быть такой весёлой, как ты.
Прости, ты права.
На заднем плане я расслышала какой-то голос, вроде как окликающий подругу по имени.
Одну минуту! Мне пора бежать, но ты пока не делай никаких глупостей с чеком.
Каких таких глупостей?
Ну не знаю, не рви его в порыве ярости, не опускай в шредер, не выкидывай случайно вместе с упаковкой из-под пиццы. Это ведь десять штук, Зои.
Тебя послушать, так мне нужно заламинировать его или ещё лучше повесить на стенку в рамочке.
Даффи издала непонятные звуки вроде кривляний, а потом послышался хлопок, будто она врезала себе ладошкой по лбу.
Чуть не забыла. И тут же заорала в сторону. Сейчас буду! У меня важный разговор! А потом снова мне. Прости, Рекс беснуется, что статья не готова, а нам пускать выпуск в печать уже завтра.
Я сильно сомневалась, что Рекс Харпер сможет отчитать Даффи, сказать ей что-то грубое или обидное. Мало того, что он был человек с добрым сердцем, пусть немного и нервный, но мне всегда казалось, что он неравнодушен к моей подруге. Это было видно во взгляде, когда они находились в одном помещении. Как-то раз я подметила это Даффи, но она лишь засмеялась и назвала меня дурочкой. «Он слишком добр ко мне и только», тогда сказала она.
О чём это я? Ах да! Рене твои фотки очень понравились.
Правда?
А это приятно слышать. Если Рене Бернард снизошла до похвалы, то ты ещё чего-то да стоишь.
Можешь налюбоваться на них в этом выпуске. Номер появиться в продаже уже в воскресенье. Собственными глазами видела макет обложки с одним из твоих фото. Вышло просто волшебно. И, дорогая Её резковатый и самоуверенный голосок стал нежным, как торт «Три шоколада». Такую Даффи, без налёта из пафоса и шика, я обожаю. Постарайся отвлечься от всей этой истории. Я бы приехала к тебе после работы, но вся неделя уйдёт на то, чтобы распланировать субботнюю вечеринку. Ты будешь в порядке?
Конечно, Дафф, я уже большая девочка. Всё равно у меня нет заказов на эти дни, поэтому я думаю съездить домой.
Выходит, с доброй издёвкой подстегнула подруга. Не такая уж ты и взрослая девочка, если едешь к мамочке.
Не нужно быть взрослым, чтобы искать утешения под родительским крылом.
Начальник Даффи ещё трижды окликал её, пока она никак не могла повесить трубку и вернуться за свою статью, но, в конце концов, на линии запикали гудки. Чек, что так и остался в моих руках, обжигал пальцы, будто я ухватилась за горячую спичку. Конечно, я не собиралась выбрасывать или рвать его. Во-первых, не хотела, чтобы у Даффи случился инфаркт. А во-вторых, это самые лёгкие деньги, которые когда-либо появлялись в моих руках. Пусть появились они не самым честным, и надо признать, благородным способом, но только идиот откажется от десяти тысяч долларов.
Но в то же время, принять их значило бы станцевать под дудку Гранта. Признать, что он победил. Отступить и оставить мысли о том, чтобы раскрыть миссис Беккет глаза на её мужа. А я ещё не решила, вмешиваться мне в эту кашу или оставить её подгорать.
«Налюбовавшись» четырьмя нолями вдоволь, я спрятала чек в комоде с нижним бельём, чтобы он не попадался на глаза ни мне, ни потенциальным ворам, которые бы решили наведаться ко мне в моё отсутствие. Даффи просила отвлечься, а в пустой квартире отвлекаться особо не на что. Лишь спотыкаться и ударяться носом в свою никчёмность и одиночество.
У меня ушло полчаса на то, чтобы побросать самое необходимое в виде пары джинс, блузки, свитшота, сменного белья, фотоаппарата куда же без него! и косметички в спортивную сумку, заказать билет на автобус до Кингстона и почувствовать, как душа успокаивается. По счастливой случайности, ближайший рейс отправлялся через сорок минут, так что я тут же распрощалась с унынием своей квартирки и взяла такси до автовокзала Сауз Стейшн.
До дома, настоящего дома, откуда я уехала на пару с Даффи покорять большой город сразу после школы, всего час езды, но как же редко я там бываю. По большим праздникам и особенно скучным выходным. Мама удивится моему внезапному приезду обычно я не сваливаюсь вот так, как рояль со второго этажа, но она обрадуется. Почти неделя в стенах родительского дома настоящее блаженство для того, кто усомнился в мире и ищет пристанище для души. Как хорошо, что не нужно отпрашиваться с работы, брать отгулы за свой счёт или уламывать начальницу вроде Рене о двух днях отдыха на коленях.