Всего за 149 руб. Купить полную версию
Ты уверена, что эти фотки понравятся Рене? С опаской спросила я Лесли, когда мы отсмотрели все кадры.
Она оставила меня за главную. Эти фотки нравятся мне. Если её что-то не устроит, то пускай сама участвует в фотосессиях.
Вряд ли Лесли такая же храбрая один на один с начальницей. Но так даже лучше. Ответственность за удачные снимки для журнала переместились на плечи Лесли, а я с чистой душой могу отправляться домой и продолжать лечение простуды и разбитого сердца сахаро- и градусосодержащими препаратами.
Ищи свои снимки в воскресном выпуске. Два разворота и обложка. Подмигнула Лесли. Получилось очень эффектно.
Дом милый дом. Зайдя в подъезд, я заглянула в почтовый ящик и обнаружила там письмо. Хм, странно. Я не веду ни с кем переписок. Белый конверт с моим адресом, подписанный корявой рукой. Ах вот оно что. Имя Тони Скайлера в строке отправителя.
Я разорвала краешек конверта и достала из него белый листок с такими же еле понятными буквами и триста пятьдесят долларов.
Твоя половина. Я привык держать своё слово. Моё предложение всё ещё в силе, если вдруг надумаешь чуточку разбогатеть или восстановить справедливость. Спасибо за снимки.
Скайлер
Тони Скайлер и правда держит слово. Невзирая на то, что я отказалась от гонорара, он всё равно прислал мне половину того, что сдирает с клиентов за суровую правду. Интересно, как муж той вертихвостки в окне отреагировал на улики? Пришёл в ярость, смирился ещё на стадии подозрений, почувствовал облегчение? Ещё более интересно, как Тони Скайлер раздобыл мой адрес. Он не знал ни моей фамилии, ни номера квартиры. Хотя чему я удивляюсь он ведь частный детектив. Наверняка ему не впервой искать адреса.
Я почувствовала, как улыбка невольно расползается по лицу. Такое необычное знакомство у нас получилось. И уже второй раз новый знакомый помогает мне забыть о Гранте и его жене.
Зои Харт?
Боже! Подпрыгнула я от неожиданности. Вы меня напугали!
За спиной неоткуда возник совсем молодой парень, года на три младше меня. Но вся его молодость спряталась за излишне строгим выражением лица и таким же строгим костюмом. Брюки и пиджак делали его ещё худощавее. Не самый лучший выбор, особенно, по соображениям практичности. На улице только обед, а уже жарит. Как бы он не спёкся во всей этой шерсти и деловитости.
Извините. Так вы Зои Харт?
На гипсовом лице без единой поры зависть всем девушкам, что каждое утро разукрашивают себя пудрой не появилось ни дружелюбной улыбки, ни намёка на искреннее сожаление. Кто этот парень?
Да, это я. А вы кто?
Меня просили вам передать.
В моих руках появился второй конверт, побольше и из более дорогой бумаги. На обеих сторонах ни марки, ни обратного адреса. Только моё имя посередине. В отличие от каракуль Тони Скайлера, выведено красивыми, словно годами отточенными линиями. Я чуть не выронила конверт, узнав этот стиль.
Он вас прислал? Но что внутри?
Мне велено только доставить письмо по этому адресу и вручить Зои Харт лично в руки. Парень указал на открытый почтовый ящик с цифрой «30» и добавил: Увидел номер квартиры и предположил, что вы и есть мисс Харт. Всего хорошего.
Хотела я окликнуть его, всучить письмо и отправить обратно, откуда пришёл. Что бы ни ждало меня внутри, мне неинтересно. Так я себе говорила, но надпись «Зои» на конверте насмехалась надо мной и манила вскрыть его поскорей.
Зайдя в квартиру, я положила письмо от Гранта Беккета на журнальный столик и стала играть с ним в гляделки. Слишком много вопросов роилось в голове. Слишком много злости и обиды всё ещё тянули сердце к полу. К чёрту. Покончу со всем этим побыстрее.
Этот конверт был поувесистей, чем тот, что прислал Скайлер. В нём явно что-то потяжелее клочка бумаги и трёх купюр. Любовное послание на несколько страниц, оканчивающееся мольбами вернуться? О чём еще говорить в письме, как не о любви? Просто побоялся явиться на мой порог лично, чтобы я во второй раз не отправила его к чертям. На мгновение мне и правда захотелось, чтобы было так, но затем я отругала себя и прогнала эти жалкие мысли.
Гранта Беккета не будет в моей жизни. Мужчина, что обманывал раз, обманет ещё ни единожды. К тому же, на счету Гранта можно засчитать сразу две огроменные лжи, ведь он не был честен ни со мной, ни со своей женой.
Набрав побольше спасительного воздуха в лёгкие, прямо как перед заплывом на шестьсот метров, я вскрыла уже второй за день конверт.
Первым в мои руки упал лист с так же аккуратно выведенными, как и на конверте, словами. Они переплетались и составляли целую рукопись. Не помню, когда так сильно волновалась в последний раз.
Зои! Так больше не может продолжаться.
Я была права! Сейчас он напишет, что не может без меня жить. За эти два длинных дня понял, что тоже любит меня и хочет вернуть. Уйдёт от жены, забудет про сыновей, купит нам дом и увезёт меня с собой. Вот только я больше не представляла такое наше совместное будущее. Ни ценой его семьи, что наверняка любила и нуждалась в нём. На чужом несчастье счастья не построишь, ведь так? Я знала, каким будет мой ответ на эту мольбу, но стала читать дальше.
Я думал, мы взрослые люди и расстаться сможем по-взрослому, но я ошибался. Ты так просто не оставишь меня в покое.
Что?! От возмущения я чуть не опрокинула вазу с искусственными розами. Обида противным червячком прогрызла дорогу прямо в сердце.
Я знаю, что ты была у моего дома. Тебя засняли камеры видеонаблюдения. Тебе крупно повезло, что жена ничего не узнала, иначе я бы сильно разозлился.
Ну, нифига себе. Звучит устрашающе. Почти угроза с обещанием отплатить по счетам. В конверте оказалась распечатанная фотография с той самой камеры, о которой говорил Грант. Она спряталась где-то под крышей гаража и давала отличный угол обзора на то самое дерево. А за ним барабанная дробь я собственной персоной. Притворяюсь сыщицей, хотя с моим-то видом больше похожа на сумасшедшую. Я-то по глупости думала, что останусь незамеченной. Чёртовы современные системы безопасности. Хорошо хоть Грант не платит охранникам, которые бы вышли и пинками вышвырнули меня с Шервуд-стрит. И что он не прознал о нашей секретной операции по проникновению на территорию соседнего дома за пикантными подробностями жизни его обитателей.
В конверте лежало что-то ещё, но я даже побоялась брать это в руки. Предпочла дочитать разоблачительное письмо. Пальцы сдавили бумагу, пока глаза вперились в чёрные чернила. Грант любил писать чёрной ручкой. Делал исключения только для важных документов. Я даже дарила ему дорогущий серебристый «Паркер» в бархатном футляре, что обошлёлся мне в половину месячных сбережений. Я дарила ему подарки, пока он кормил меня враньём.
Из-за того, что у нас было, я предлагаю тебе разойтись по-хорошему, без ссор и скандалов. Прошу тебя, Зои, оставь меня и мою семью в покое, иначе я забуду о своём снисхождении. Мне нужны гарантии того, что наш роман не всплывёт, поэтому надеюсь, этой суммы хватит. Если жена или кто-то другой узнает о нашей связи, тогда я найду способ тебе отплатить той же монетой. Не думай, что сможешь тягаться со мной. Несмотря ни на что, мне было хорошо с тобой, но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Забудь меня и прощай.
Грант.
Ещё на середине мои глаза утонули в слезах. Не от того, что это письмо стало жирной точкой в наших отношениях. А от того, с каким безразличием и даже злостью он пишет. Ненавистью пропитана каждая закорючка, словно не было того года, когда он притворялся моим единственным. Словно я была пустым местом, девочкой по вызову, противной букашкой на его идеальной жизни.
Соседи уже устали слышать нескончаемый плач из моей квартиры, но я зарыдала снова. Только-только глаза высохли от вчерашних слёз, как снова накатило. Как он мог?! Не только обманывать, но и угрожать. Это письмо не просто просьба оставить его в покое, а предупреждение, прямое обещание стереть меня с лица земли, если хоть одна живая душа узнает о нас.