Всего за 305 руб. Купить полную версию
Я не думал, что ты забудешь так много, тем временем говорил Вершинин. Не думал. Почему ты начал убивать за деньги?
Не знаю, я не помню этого, покачал головой Плетнев.
Это пытка не помнить, кивнул Вершинин. Не помнить, есть ли у тебя семья, дети. Не помнить родителей. Ты похож на образованного человека. Наверняка учился в хорошей школе. Учителя были умными и добрыми людьми, и ты научился у них всем замечательным вещам, которые нам известны. Но почему нас не учат главному? Умению правильно мыслить. Если бы ты в свое время умел думать правильно и был в состоянии принимать верные решения, ты бы наверняка не взялся за это ремесло. И наверняка у меня все сложилось бы иначе, если бы я мог думать правильно. Возможно, сейчас все было бы по-другому
Плетнев закрыл глаза. Наверно, в этот момент он пытался сорвать покровы со своей памяти.
Она вернется нескоро. Вершинин пригубил вино. Ешь, Сергей, ешь. В психдиспансере такого не подают, только таблетки.
Я не помню психдиспансера, покачал головой Плетнев.
Тебе ввели препарат, нарушающий кровоснабжение головного мозга. Сейчас в твоей голове беспорядок. Воспоминания перепутались, а твой ум болен. И вылечит тебя только время. Я бы тоже хотел забыть прошлое Внезапно горло у Вершинина перехватило судорогой. Но потом я вспоминаю обо всем! Вспоминаю и вижу последний день
Неужели я так болен? Из всех сказанных собеседником слов Плетнев осознал только те, что касались его лично.
Вершинин какое-то время сидел окаменев.
Ты слышишь это?.. он посмотрел на Плетнева.
Что? шепотом спросил тот.
Мертвые говорят они говорят мне сделать все по-другому он резко встал. Я оставлю тебя.
Вершинин поднялся в кабинет. Сел за письменный стол и положил перед собой пистолет из вороненой стали. В этот момент он чувствовал желание спуститься в столовую и покончить с маскарадом одним выстрелом. Но сдержался. Время еще не пришло, он не подвел Плетнева к краю бездны.
А Плетнев тем временем вышел из дому на крыльцо и замер. Было очень тепло, даже сейчас, после захода солнца, не прекращалась капель. Воздух был чистым, пропитанным ароматом отсыревшей древесины, талой воды и еще чего-то, что приносит с собой только весна.
От окон особняка падал на сугробы приглушенный шторами свет. Он выхватывал из вечерних сумерек деревья и кусты сада. Плетнев полной грудью вдохнул и улыбнулся. Он не помнил прошлого, не помнил зимних оттепелей и аромата весны, но сейчас это было ему приятно. Возможно, вся его жизнь была отравлена погоней за деньгами и убийствами, но он этого не помнил. Не помнил обстоятельств, толкнувших его на путь, в конце которого он очнулся в этом доме. Сейчас ему так приятна была тишина и покой чудного вечера.
Плетнев спустился с крыльца и прошел в сад. На деревьях были развешаны кормушки для птиц. Плетнев прошел от одной кормушки к другой и, остановившись возле последней, внезапно рассмеялся. В этот момент на его сердце было легко. Он не ведал того, что совершил в прошлом, и прошлое не тяготило его.
Когда он вернулся в дом и поднялся на второй этаж, Вершинин, стоявший возле окна, спросил:
Что ты делал в саду?
Воздухом дышал. У вас прекрасный сад!
Зайди в кабинет, сказал Вершинин, стараясь не смотреть на него. Я покажу тебе фильм, снятый на похоронах моей семьи.
Он нажал на кнопку пульта дистанционного управления в углу включилась плазменная панель. Камера выхватила панораму городского кладбища. На экране мелькнули кроны вековых сосен. Донесся издалека голос священника, читавшего литию. Камера окатила бесстрастным взглядом толпу провожающих и замерла на трех гробах из резного дуба.
Гробы закрыты, нарочито спокойным голосом произнес Вершинин. Моя машина бронированная крепость. Но киллер придумал, как ее сжечь. Двери заклинило от нескольких взрывов, бензобак был поврежден, горючее вспыхнуло Моя жена и дети сгорели
На экране телевизора похороны шли своим чередом.
Я так сочувствую вам, сказал Плетнев. Это безмерная потеря.
Потеря, эхом отозвался Вершинин. Жене было тридцать пять лет, дочери одиннадцать, сыну пять.
Это печально, кивнул Плетнев, наблюдая за церемонией похорон.
Печально, на мгновение лицо Вершинина исказилось в страшной гримасе. Ты можешь побриться, Сергей. В ванной все готово.
Но вы говорили, что борода нужна для маскировки.
Время игр закончилось, сказал Вершинин. Побрейся.
Как только Плетнев вышел из кабинета, он вытащил из кармана пистолет, передернул затвор, а обойму убрал в карман.
Прошло четверть часа. Плетнев не показывался. Запись похорон закончилась. В доме воцарилась тишина. Вершинин включил запись с начала и вышел из кабинета. Он знал, что даже в таком состоянии Плетнев сильней него. А если память к нему вернулась, то шансы Вершинина и вовсе равнялись нулю. Поэтому он сразу прошел в ванную комнату.
Плетнев сидел на полу, прислонившись спиной к стене. Зеркало и бритва лежали в раковине.
Вы меня убьете?
Ты вспомнил? вопросом на вопрос ответил Вершинин.
Нет. Но я понял, кто я.
Вершинин протянул ему пистолет.
В нем одна пуля, сказал он. Ты можешь убить меня или убить себя. Выбор за тобой.
У меня нет выбора, Плетнев посмотрел на него.
У тебя его нет, Вершинин усмехнулся. Все это время ты жил в Новосибирске. Тебя привезли ко мне сегодня к обеду. Если бы я не устроил облаву на тебя, ты бы продолжал убивать. Убивал, а после этого жил как все. Не нужно обманывать себя, Сергей, ты убийца. И это знаю не только я. А сейчас решай: кому жить, а кому умирать? Я жду. Он ушел в кабинет.
Плетнев поднял пистолет с пола
Вершинин смотрел запись. На экране мелькнули кроны вековых сосен. Донесся издалека голос священника, читавшего литию. Камера окатила бесстрастным взглядом толпу провожающих и замерла на трех гробах из резного дуба.
Скоро свидимся, родные мои, прошептал Вершинин. Недолго осталось.
Дикий кот осторожно пробирался по талому снегу к дому. Когда темнело, он приходил сюда и питался объедками из мусорных баков. В этот вечер было особенно тихо: не бродили перед домом рослые люди, повар не стоял возле заднего крыльца с сигаретой в зубах. Из дому вышел только один человек. Увидев его, кот затаился, а когда человек вышел за ворота и канул в ночи, продолжил свой путь к мусорным бакам.
Где он сейчас? Вершинин стряхнул пепел с сигареты. Кисть его правой руки была забинтована.
На городской свалке, Богоев сел за обеденный стол напротив хозяина. Мои парни там, ждут указаний.
Выпей кофе, Тимур, Вершинин пододвинул к нему чашку.
Спасибо. Богоев пригубил кофе и повторил: Мои парни ждут.
Пусть живет пока, распорядился Вершинин. А когда он оправится, я снова устрою ему ад И еще раз, а потом еще
Вершинин потушил сигарету и посмотрел в окно.
Светало. Тусклый рассвет разливался с восточного горизонта, затянутого сплошной облачной пеленой.
Александр Николаевич! Вершинина окликнул мужчина в темно-синей робе. Вы бы все-таки подумали, лучше поменять в окнах стекло на бронированное.
Зачем мне это, Семен Иванович? произнес Вершинин, не оборачиваясь к собеседнику. У меня машина была бронированная.
Мы все сделали, но стекло есть стекло, пожал плечами тот.
Спасибо, Семен Иванович, Вершинин обернулся и остановил его движением руки. Давайте накладную.
Он подписал необходимые бумаги и вновь принялся смотреть в окно. В этот момент его ум не был отягощен мыслями, но и не был от них свободен. Он отстраненно наблюдал за тем, как за окном мерно вышагивает боец Богоева и второй, такой же высокий парень с аккуратной бородкой, стоит за кованым забором и смотрит в сторону леса. Он слышал, как рабочие без спешки выносят инструмент из дому. И когда в доме стихли шаги последнего из них, Богоев сказал негромко: